Проводники света (СИ)
- Ты так прекрасна!
- Ты тоже красив, Колояр. Чист душой, хорош телом и способен любить меня, вот почему я возвысить тебя хочу. Желаю, чтобы душа твоя тоже соединилась с духом звёзд, и ты стал бы мне равен.
- Разве такое исполнимо? - глаза юноши широко распахнулись, в груди затрепетало сладостное предвкушение. - Да я... я даже грезить не дерзнул бы!..
- А ты дерзни! - Нега взяла его за руки. - Вот как я! Осмелилась на тебя положиться, и ты меня не подвёл, дар мой принял и сохранил, хоть и заплатил за это жестокой схваткой с нежитью и тяжёлой лихорадкой. Но всё уже позади, тебе удалось вырваться со дна пруда, а мне - вновь спуститься из небесного мира, поэтому мы опять вместе и знаем, кто навку-водяницу послал, чтобы отнять у тебя мой дар.
- Кто же это, Нега? Кто?!
- Колдунья. Злая колдунья из соседней общины!
- Неужто старая Ракита? - удивился Колояр. - Её все считают доброй целительницей, что тайны трав и гаданий ведает.
- Не туда смотришь! - отмахнулась Богиня. - Ракита слишком слаба, в травах только и понимает, куда уж ей с нечистью единиться! Нет, тут ворожит другая - молодая да сильная!
- Подожди, Нега, ты... - Колояр догадался, конечно, о ком речь, но никак не мог поверить в столь... несуразные обвинения. - Неужто ты и впрямь говоришь о Деяне?!
- Да, я говорю о ней! - без тени сомнения заявила дева. - Ибо она - могучая чёрная ведьма!
- Но... - юноша замотал головой. - Я не понимаю! Она ж никому ничего плохого не сделала! Мальцам со всего племени помогает, ни разу зла не чинила. Сам Перун её стрелой отметил, да не убил, а очистил и даром ведовским наделил.
- Перун? что за бредни?! - взгляд девы посуровел, в голосе зазвенел лёд. - Не било её никакой стрелой, выдумка это всё, чистая небылица!
- Пусть так, но... - Колояр нахмурился. - Все к ней за помощью ходят и знают: любого младенца она вылечит! Не может она злой колдуньей быть, ты ошибаешься!
- А ты забываешься!
В зелёных глазах Неги вспыхнули отсветы молний, и чуть ли не раскат грома послышался, заставив юношу умолкнуть, вспомнив о её божественном происхождении.
- Ваши души для меня как на ладони, поэтому я никогда не ошибаюсь! - отчеканила дева. - Я покажу тебе, кто такая на самом деле ваша Деяна-кудесница и как изуродована её душа!
Нега развернулась и двинулась через полянку к деревьям. Колояр медленно побрёл следом.
- Эй! - она обернулась, и луна высветила совершенный изгиб её шеи. - Ты что, так и собираешься еле плестись? - Нега щёлкнула пальцами, и ноги сами понесли Колояра вперёд. Его душа плыла рядом, переливаясь всеми цветами, среди которых ярче всего выделялся пурпур с красноватым отливом.
- Козни нам строит не сама Деяна, - примирительно проговорила дева, когда юноша приблизился, - а дикая нечисть, с которой она в своё время связалась. Тёмные низшие силы. Они сами не могут проникнуть в человеческий мир, и действуют через колдунью. И она готова пойти на всё, лишь бы прогнать меня из своих владений.
- Да нет у неё никаких владений, у старейшины Горислава в доме живёт...
- Узко смотришь, Колояр, - мягко, без тени упрёка, молвила Нега. - Под владениями я разумею весь ваш мир.
- Но...
- Ты любишь меня? - резко перебила его Богиня, внезапно останавливаясь и разворачиваясь к нему лицом.
- Люблю! - сладостное томление пронизало его всего, от макушки до пяток, когда Нега нежно погладила его по щеке и прильнула к груди. - Да! Люблю всем сердцем!
- Тогда следуй за мной! - дева отстранилась, её изумрудные глаза сверкнули в темноте яркими лунными бликами. - Всегда следуй за мной, и я покажу тебе всё!
Она взяла его за руку и устремилась вверх. Закружились перед глазами Колояра золотые искры, затмевая и небо, и землю, стремительно уходившую из-под ног.
* * *
Интересно, кто же это всё сделал? - поражалась Вера, глядя с холма на бывший лысорский бассейн. Яма была полностью засыпана утрамбованной землей, огорожена неглубокой канавкой и насыпью из выбранного грунта. Ближе к тому краю, где Вера, чуть больше двух месяцев назад, кротом зарывалась в землю, торчал деревянный столбик, с верхней части которого глядело грубо высеченное - топором, скорее всего, - лицо... мужское вроде бы, с бородой. Возле столбика притулился широкий плоский камень, а примерно в полуметре от него, ближе к центру площадки, располагалось выложенное маленькими камушками углубление, чёрно-серое от углей и золы. Напротив кострища, на одной линии с камнем и столбиком, виднелся проход, ограниченный двумя деревянными чурбачками.
Огромная сосна, что чуть не прибила Веру, была распилена, порублена и аккуратно рассортирована на три кучи: в первой лежали чурбаки, во второй - колотые дрова и обрубки толстых веток, а третья состояла из лапника.
Вера спустилась с холма и, вдыхая характерный запах затушенного костра, принялась фотографировать с разных сторон площадку, обнесённую, будто старинная крепость, миниатюрными валом и рвом. "Кто знает, что это значит?" - выкладывая в соцсетях снимок, написала она.
Раздался шум крыльев, заставив отвлечься от смартфона и задрать голову: над площадкой кружил ворон - похоже, тот же самый, что с криками сорвался с осины, когда Вера подходила к холму. Кусты неподалёку зашуршали, и из леса к площадке вдруг вышел знакомый мужчина!
Лет сорок-пятьдесят, лицо и одежда такие же, как в Вериных снах...
- Добрый день! - улыбнулся он и замер, внимательно разглядывая гостью.
Пару раз каркнув, ворон спустился вниз и приземлился мужику на плечо - чёрный блестящий птичий глаз уставился прямо на Веру.
- Здрасьте, - откликнулась она, пока в голове роились неутешительные мысли о маньяках... с топорами - она глянула на порубленные дрова, странными ритуалами - взгляд упал на столбик с камнем и кострище... а если он тут не один?!
- Пожалуйста, не бойтесь, я не маньяк! Я тут один и без оружия, - мужик поднял руки.
Он что, ещё и мысли читает? - Вера попятилась к холму.
- Да подождите, прошу! Это просто жизненный опыт, да и по лицу вашему нетрудно догадаться, о чём вы думаете. Вот, смотрите - я стою, не двигаюсь. Я видел, что вы узнали меня, так давайте поговорим!
Она стала бочком подниматься по склону, не отрывая глаз от мужчины.
- Подвеска в виде рыбки, она у вас есть? - неожиданно крикнул он, когда Вера уже добралась до вершины пригорка.