Мировая Война (СИ)
— Неудачная ночь. — Раскрывать горькую подоплёку ситуации не хотелось. Не к чему.
— Прооперировали? Какие прогнозы, капитан?
— Говорят нужно еще две операции, пересадка кожи и еще что-то, но… Нет на это времени. Послушай, ты можешь достать мои вещи? Надо вернуться в роту. Тебя пустили в больницу, или как это теперь называют. — Неопределённо взмахнул здоровой рукой.
— Временный госпиталь. Я как раз получил медикаменты и кое-какое снаряжение, так что да, пустили… Хотите бежать? — Понимающий взгляд с лёгкой ухмылкой. — Понимаю, нечего сейчас тут делать. На востоке перед рассветом канонада гремела, авиация в небе только вражеская, но нас пока не бомбили, думаю, к обеду здесь станет не до лечения раненых. Все нервные, собираются эвакуироваться… Ладно, ждите, скоро вернусь. — Майнер резко стал серьезным и выскользнул из комнаты. Забрезжила надежда быстро отчалить, но надо сначала поесть. Тяжело левше без ведущей руки, но, благо, мне правая не была чуждой, и пить и есть, и застёгиваться ей я умел без проблем. Проглотил ещё теплый омлет с беконом, тост с джемом и кружку кофе, всего этого мне даже на один зуб было мало, но хоть что-то! Вести о канонаде на востоке подымали в душе волну. Британцы и канадцы скоро будут здесь, иначе не может быть. Они взяли фантастический темп, применяют самые изощренные методы ведения войны, и отмахать от границы до Ипсиланти чуть больше 40 километров. Днём здесь точно будет бой. Вопрос только с кем? Десант или передовые части наземной армии? Надо вернуться в роту. Руку долечим потом.
Меньше чем через полчаса вернулся немец. За спиной хаверсак крепко заполненный имуществом. Кой немец тут же скинул с плеч. Опытный мне знакомец попался — рюкзак-то этот хитрый, положено крючками к поясному ремню крепить спереди и сзади, только с ремнём и снимается. Но если знать, то можно правильно соединив крючки получить сносные лямки и не мучиться снимать всё с ремнём.
— Оружие, снаряжение и обувь со склада, всё включая трофеи. Форму пришлось добывать у гвардейцев. — На край постели легли британские ремни и подсумки, револьвер и рюкзак Стирлинга, комплект джинсовой формы — брюки и куртка и мои ботинки, грязные, но целые. Бонусом стала офицерская рубашка с капитанскими шпалами в правом отвороте воротника, и буквами U. S. в левом. — Это я тут взял, размер, кажется подходящий. Если что, это не с мертвеца. Капитан потерял ногу, выжил, рубашка уцелела.
— Поможешь одеться? — Брезговать или удивлять уже не было желания. Война дело безумное.
— Помогу, и потом с вами отправлюсь. Думается мне, помощь медика не помешает ни вам, ни тем с кем вы в одном строю будете. И руку пронаблюдаю…
Новенькую рубашку пришлось немного располосовать, не желала забинтованная кисть с дощечкой проходить в рукав. Джинсовая куртка оказалась свободной, тут даже руку получилось спрятать. Собранный, подпоясанный, с оружием я чувствовал себя спокойнее.
— Кабинет главного врача на этом этаже, но надо выйти на улицу и обойти здание со двора, там, в коридоре столпотворение. — Майнер повёл меня за собой, и я не сразу понял, зачем мне к главврачу? Только через минуту, когда успели выскочить и свернуть за угол смекнул. Документы! Кто попадает в лапы медицины удерживается ими на всех уровнях — от физического, до юридического. Здание, кстати, оказалось какой-то средней руки гостиницей переделанной из обычного двухэтажного жилого дома. На улице и во дворе машины с медицинскими и просто армейскими обозначениями. В основном советские грузовики, те самые, что по лицензии производят. Тут и там беготня, пока не истеричная, но на грани, нервные все. Начали оборудования, коего на улице полно. Скорее всего, его даже не занесли со вчерашнего дня, а тут уже всё, увозить пора. Немец увлёк за собой следом за каким-то доктором, и вот мы, разминувшись с грузчиками, нырнули в двери обычной комнаты сразу за входом в здание со двора.
— Вильгельм забыл что? А… Понятно. — Крепкий мужчина лет шестидесяти с модными усами и лысой головой возился с большой стопкой документов на столе. На врача он не был похож от слова совсем: растрёпанная рубашка с закатанными рукавами, брюки с подтяжками и замызганные туфли. Обыкновенный уставший клерк в захолустном городке, а не врач. Только грязный халат со следами крови на вешалке у входа намекал на медицину. — Временный капитан Пауэлл…– Из стола на свет мужчина извлёк коробку с армейскими документами, множество АйДи и бумаг. Кое-где мелькали красные пятна, иногда бумаги несли следы повреждений. Через пару мгновений из стопки на стол легли мои и трофейные документы. Сверху легла тонкая папка с непонятными бумагами. — Забирайте и не возвращайтесь. Надеюсь, в следующий раз вас собирать будут уже другие доктора. И пусть они платят жизнями.
— Я не просил разменивать мою руку на чужие жизни! — За долю секунды в груди поднялся такой шквал, что я заорал на доктора.
— OUT! NOW! — С не меньшей яростью кричал доктор, пока его лицо наливалось красным.
Майнер вытолкал меня на выход, подхватив бумаги.
— Пока он и его жена оперировали вашу руку, капитан, привезли их сына, ранение в живот, обширная кровопотеря, осколки в брюшине, сепсис, смерть. Не дождался операции. Здесь нет вашей вины, и их тоже. Война. — Буднично, без обиняков медик рассказал краткую подоплёку истории пока мы пешком уходили прочь от больницы. Буря в душе успокоилась, так же как и началась. Вины нет, да? Наверное, так и есть. Очень многие умирают, и еще больше умрёт, получит ранения, станет инвалидами. Не мы сами себе раны наносим, не мы себя под молотки войны загоняем. Хотя вру, я сам иду, но враг оттого не становится невиновным. Он пришёл сюда.
Пасмурное небо серым потолком висело над головами. Я слушал мир, оглядывался по сторонам и думал, как быть — отголоски работы артиллерии на востоке пришли без предупреждения. Враг идёт, а я не в рядах вверенной мне роты, не контролирую процесс подготовки к сражению. Майнер уверенно повёл меня через городок, через одноэтажную застройку в восточном направлении, а сам потихоньку изучал папку с рукописными записями. Похоже моя миниатюрная карта пациента, со всеми известными данными по ранению. В один момент нас нагнала полицейская машина. Первое на что обратил внимание, нет ли в салоне чернокожих. Так, на всякий случай, вдруг опять диверсанты? Пассажиров, кстати, там было полно: кроме водителя еще четыре человека, один коп на переднем сиденье, и трое в гражданском одеянии на заднем.
Повезло нам, сначала копы напряглись, оружием грозить начали, но узнали медика, и резко подобрели. Подбросили нас до моста, раненому мне уступили место на переднем сиденье, а Вилли и коп поехали на подножках, зацепившись за окна машины. Из-за нехватки военных и общей ситуации в городке мобилизовали в нацгвардию полицию. Распетрушили хранилище вещдоков участка, вытащили наследие лихих 30ых, оружие всяких гангстеров, а там было что посмотреть: Томпсоны, БАРы, Льюисы, разномастные самозарядные пистолеты и ружья. Выдали уцелевшим после терактов правоохранителям и отправили работать, как и раньше, с одной лишь маленькой поправкой. Теперь всяких бандитов, мародёров, диверсантов дозволено валить без суда и следствия. Так что нам повезло, на диверсантов мы в принципе походили…
К мосту вернулись, когда с востока потекли тонкие ручейки войск и техники. В основном очень жалко выглядящие ручейки. Пара кварталов на подходе к нашему укрепрайону стала иной — дороги тут и там перегорожены блокпостами, вместо бетонных блоков зигзаг проезда организован битыми машинами, заполненными для массы обломками камней и металлоконструкциями. В окружающих домах, незаметные на первый взгляд мелькают ополченцы и гвардейцы. Нашу машину остановил вышедший из подворотни русский ополченец, признавший меня в лицо. Очень скоро мы оказались на заднем дворе склада у моста, и к нам вышли Казановский и Шпильман. А вместе с ними интересный штемп: бочкообразный невысокий мужик в американской форме, и знаками различия капитана:
— Well-well-well! Временный капитан Пауэлл. Бежал из госпиталя, не смотря на ранение, верно? Похвально, мужественно. Рад знакомству! — Офицер дружелюбно поздоровался и приблизился, протягивая руку для рукопожатия. — ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ капитан национальной гвардии штата Мичиган Кевин Моррисон. Командир сводной роты. На основании приказа господина полковника принял командование. Тебя же никто не ждал так скоро. Как рука? Самочувствие? О и медика с собой привёл, славно!..