Мировая Война (СИ)

— Учтём и этот фактор. Не останавливаемся, надо скорее к мосту…
В районе разбомбленной терактом улицы обогнули затор, краем глаза заметили пожарных и полицию. Завалы на улице не разбирали, а вот по повреждённым домам работали — видимо искали выживших, или собирали тела погибших. К мосту подъезжать не стали, разместили нашу колонну машин на перекрёстке Пёрл стрит и Норт-Гурон стрит. Пустынные вечерние улицы, темнота окон и злая тишина давили. Напряжение читалось на лицах ополченцев, а уж они-то опытные мужики.
— Командиры взводов — ко мне. — Выбравшись на подножку грузовика гаркнул обернувшись к колонне. Офицеры явились оперативно. Внутри меня заиграла знакомая музыка. Происходящее стало напоминать нашу оборону Бобруйска. — Значит так, машины укрываем во дворах, желательно укрыть сетками или навесами, но это к утру, сейчас выставьте охранение, пару бортов выделить под санитарные нужды. Главное выяснить куда эвакуировать раненых. Это когда наладим связь. Сейчас выставить посты там, и там, и еще по другую сторону Вест-Мичиган авеню. Подходы к нашему оборонительному району должны быть под наблюдением со всех сторон, и в тылу — особенно. Проверить ближайшие дома, никаких гражданских быть уже не должно, но мало ли. Если есть аптеки, оружейные магазины, продуктовые — проверить, и взять под охрану. Всё может пригодиться. Казановский, Шпильман, возьмите десяток стрелков и связистов, и за мной.
У моста тишина, машин, кстати, стало меньше. Может, кто из тех, что застряли тут, сбежали, а может ушлые персонажи приделали транспорту «ноги». Мне главное, что бы в секторе обороны лишних преград не было. Здание склада, к которому днём прижались, пустовало, ворота открыты, кое-где мусор валяется. Задумался над тем постом морпехов, что восточной на окраине Ипсиланти, вернее в его пригороде Дипо. Сделал себе пометку, что надо будет отправить связного и наладить контакт. На складе нашлись некоторые стройматериалы, их сразу занесли в список необходимого для обороны. Стены порадовали толщиной в полметра, кирпич старый, но словно закалённый, гладкий, холодный, надежная защита от пуль. Под этажом на уровне улицы был еще этаж, перепад высот с уровня моста и дороги до реки — три метра. Так вот этот цоколь выходил прямо к воде, несколько ворот на восточной стене к реке и маленький деревянный пирс не намекали, а кричали — склад соединяет сушу и реку как мини-порт. Ворота только оказались деревянные, и не годились в качестве защиты, их так же решили заложить мешками и кирпичом, насколько хватит материалов. Плюсом решили прошерстить ближайшие стройки, вывезти необходимое. За ночь необходимо успеть привести этот опорный пункт, иначе язык не поворачивается его назвать, в приличный вид для обороны. Плюс дом, что напротив, через Мичиган стрит, как ответную часть. Там тоже кирпичное здание, в один этаж, какая-та лавка. Своеобразный тет-де-пон из этих строений сделать. А фланги закрыть окопами. У реки слева и справа пустыри, с редкими деревьями и кустарником. Много следов присутствия людей, ну как же, река, тень, считай парк у воды. Река судоходная, глубокая, выше по течению есть шлюзы. Просто так не переплыть, а значит сильно растягивать силы от моста нет нужды, но вот обеспечить фланговый огонь на дорогу можно — от склада слева река убегает на пару сотен метров на восток, почти параллельно дороге, прежде чем русло делает вновь поворот и возвращается к улицам города. Своеобразный полуостров. Низковато конечно там, дорогу считай и не видно, но вот можно сделать позицию для пулемёта и ПТР. Пользуясь кустами и окопами можно сделать злую фланговую засаду.
Складу, собственно, отвели роль центральной точки обороны. Внутри, в глубине помещений нашлась контора, дверь с матовым стеклом и большими буквами «Administration» вела в кабинет с окнами на западную сторону, во двор домов. Пара столов, большие шкафы конторские. И пустой сейф. На полу нашлись разбросанные документы и десятидолларовая купюра. Офицеры с ухмылкой переглянулись — тут или ограбление случилось, или хозяева заведения ТАК быстро убегали, что на оброненный бакс не обратили внимания. Сюда загнал связистов и отрядил сие место под штаб роты — окно в безопасный дворик перепрофилировали в дверь и началась работа по прокладке связи. В соседних комнатах, явно планировавшихся под офис, разместили пункты боепитания и перевязки — еще одно окно во двор наметили как эвакуационное. Благо дома напротив имеют сквозные проходы, можно раненых напрямки до машин вынести, а не ползать на виду у врага транспортом. Дверь во двор была, но не особенно удобная — из общего зала склада, и видная из окон, обращённых на восток. Вроде не беда, но мне не нравилось — больно открыто выходит.
 
К закату уже кипела работа по фортификации. Офицеры и солдаты, опытные люди, копать и строить укрепления умели на ять, плюс строителей из них оказалось немало — русские организовали крупную строительную компанию в конце двадцатых, и, со слов офицеров, в Мичигане занимались немалым числом строек. Дом что определили частью нашего укрепрайона, через авеню, посетил всего раз — там развёл бурную деятельность прибалт, и делал всё чрезвычайно въедливо, но быстро и точно. Я лишь уточнил всё ли в рамках изначального плана и осмотрел место у дома. Ульманс и подвоз кирпича организовал со строек поблизости. Машины пробирались по задворкам домов, на авеню, увы, все еще был затор. Ближе к 8 вечера с востока на Ипсиланти пришли густые тучи, тяжелые как бетонная стена, а с ними порывистый ветер. Стало обидно до скрипа зубов. Ну, где была эта отвратительная погода утром⁈ Почему сейчас? Всё зло, что можно авиация уже сделала, десант высадился. А в ночь будет дьявольская буря… Даже без метеосводки расклад понятен. Небо было поделено пополам — заходящим солнцем с остатками ясного неба на западе, и темнейшей стеной непогоды на востоке. Вновь начиналась стрельба в городе, теперь бой длился ощутимо дольше — не меньше двадцати минут. И вновь наступила гнетущая тишина.
К 9 часам оказалось что прибыли еще 12 человек отряда, мужики пробирались через заторы на дорогах на севере и юге от Ипсиланти. Созвонились с полковником, доложил, что зарываемся в землю и укрепляем позиции, ждём обещанное вооружение. Раст порадовал — пулемёты, ПТРы, гранаты и взрывчатка скоро будут и даже серьезное усиление для нас, но кто это и что это — не сказал, сослался что сюрприз. На вопрос о перестрелке сказал, что накрыли диверсантов, и подробнее сообщат бойцы, что подъедут с вооружением.
Где-то минут через сорок, когда уже пошел мерзкий холодный дождь, со стороны Перл-стрит пришла информация от одного из постов — подъехала какая-то колонна. Прибыв на место, выяснил, что это обещанные полковником подкрепления и поставки оружия. Да еще какие! Роту усилили взводом нацгвардейцев, и взводом тяжелого вооружения Корпуса Морской Пехоты, во главе с Базилоном!
— Как это так вышло, Джон, что тебя отправили к нам, а? — Удивляться было чему. Джон притащил три десятка морпехов и 37 мм буксируемую пушку. И улыбался сержант хитрой улыбкой, но пока не сильно лез — вперёд вышел второй лейтенант-нацгвардеец:
— Второй лейтенант Уош, сэр. Прибыл в ваше распоряжение со взводом гвардейцев, сэр. 25 человек. — Козырнул, вид чуть напряженный, но расслабился, когда я ему пожал руку и улыбнулся, мол: «Все в одной лодке, будь проще». — Привезли вам оружие… И приказ, вам лично, сэр. Но, давайте я его лучше в здании передам, боюсь, текст размоет дождём. — А это меня удивило. Вроде мы и без того выполняем конкретный приказ, и тут нате.
— Старшина! Покажите лейтенанту, где ставить машины и разгружать вооружение. Отведите к офицерам, пусть покажут нашу зону ответственности, и передайте Казановскому, что бы сразу распределил полученное вооружение по взводам. — И сразу к лейтенанту: — Ступайте с сержантом, он вам всё покажет, я сейчас подойду. — Базилон переминался с ноги на ногу явно желая переговорить лично со мной, без лишних свидетелей. Ну что же, да будет так. Отойдя в конец колонны грузовиков, коих собралось тут целых 5 штук, спросил: