Адвокат Земли и Литера Погибели (СИ)

— Адвокат, у меня ещё один вопрос. Очень серьёзный.
— Да? И какой же?
— Меня Миссионер точно здесь не найдёт?
— Да никогда в жизни! Ни один злобный космический осьминог не сообразит проверить среди сотен стареньких питерских двориков конкретно этот. Ну я бы точно не сообразил.
— Но он же меня нашёл на площади!
— Это потому что ты, как идиот побежал от него.
— Но я слышал его голос у себя в голове! Он сказал мне, что нашёл меня! — возмутился Андрей.
— Ха-ха-ха! А ты уверен, что он только тебе это сказал? — засмеялся в ответ Адвокат. Сначала Андрей не понял, что имел в виду его собеседник, а потом догадался. Миссионер сказал: «Я тебя вижу» телепатически, но сказал всем. Его голос в своей голове слышал каждый, кто был на площади, но побежал лишь один Андрей, — если бы ты был внимательнее, то наверняка бы заметил, как вся площадь обернулась, пытаясь понять, кто им только что сказал столь странную фразу. Я тоже услышал «Я тебя вижу» и понял, что преступник где-то рядом, а затем увидел несущегося со всех ног Петра Первого, и тут мне всё стало предельно ясно.
И тут парень почувствовал, как у него подкосились колени. Его зашатало и он рухнул на диван. У Андрея полностью ушли все силы и навалилась внезапная усталость. Адвокат подбежал к нему и, убедившись, что тот не ушибся, улыбнулся.
— Это наконец-то закончил своё действие венерианский чай. Ты же знаешь, что энергия не берется ни откуда и не уходит в никуда? Так вот. Чай ускорил процесс восстановления, но за счет твоей же энергии. Отсюда и усталость навалилась. Ты поспи. Как проснешься, нам предстоит много дел.
И Андрей заснул. Ему снились далекие миры с пылающими небесами, спящими морями и мечтающими реками. Он видел невообразимые планеты, где люди состояли из облаков, а их города из песен. Ему снилась вселенная, а ей снился он сам.
  
Глава 6
 
Андрей ощутил сквозь сон, как что-то небольшое, теплое и мурчащее запрыгнуло на него, свернувшись калачиком на груди. Парень приоткрыл глаза и увидел дрыхнущего на нем черного кота. Пушистый тихо сопел и слегка подергивал одним ухом.
— О! Ты проснулся? — спросил сидевший в кресле Адвокат.
— Да… судя по всему. Сколько я спал?
— Четыре часа.
— Всего-то? А чувствую себя словно на всю оставшуюся жизнь вперед выспался.
— Это всё эффект венерианского чая. Ещё он ускоряет восполнение энергии.
— Изумительный чай!
— Ага. Просто волшебный.
— Ваш кот… — Андрей аккуратно указал рукой на спящего на нем Арктура.
— Не бойся. Можешь вставать. У него тоже есть неотложные дела.
— Дела? У кота? — Андрей приподнялся, кот неуклюже сполз с него на диван и остался с недовольной мордой лежать кверху пузом.
— А у кого их нет! У всех есть дела и у тебя в том числе.
— Это какие же ещё?
— Давай. Вставай. Пойдешь со мной и узнаешь.
Парень поднялся с кровати и направился к стене. Адвокат с удивлением посмотрел на него, пытаясь понять, почему он остановился именно там. Конечно, обои в помещении были красивого золотистого цвета с узорами, являющимися репликой орнаментов одного далекого внеземного дворца, но неужели они были настолько интересными?
— Ты чего ждешь-то, Андрей?
— А? А мы разве не отсюда выйдем? — Адвокат еле сдерживал смех, глядя на растерянное лицо молодого человека.
— Только не говори мне, что ты подумал, что у меня в доме обычных дверей нет! Иди сюда и не валяй дурака! И ты тоже, Арктур, идешь с нами! — черный кот спрыгнул с дивана и подбежал к своему хозяину, обувавшемуся в прихожей. Вскоре к ним присоединился и Андрей во всем своем петровском одеянии. — Тебе надо бы сменить одежку. Заметный слишком.
— Мы можем заглянуть ко мне в общагу.
— Исключено! Миссионер запросто может нас там поджидать. Первым делом мы заскочим туда, где решим вопрос твоего странного прикида.
Адвокат открыл дверь в парадную и, поманив за собой жестом остальных, вышел. Андрей с Арктуром последовали за ним. Была глубокая ночь. Ещё днем непривычно чистое для Петербурга небо вновь затянулось темными тяжелыми облаками, сквозь которые еле-еле просвечивала луна. Андрей осторожно осмотрел сгустившийся вокруг них мрак ночной, опасаясь, что где-то в тенях притаился священник-убийца из далеких космических просторов, но, к счастью для него, опасения не подтвердились.
 
— Эй! Не отставай! Зимние ночи в Петербурге длинные, но не бесконечные! — Адвокат бодрым шагом шел впереди вместе с семенящим рядом Арктуром. Андрей ускорился, чтобы их нагнать.
— Так куда мы все-таки идём?
— Не могу сказать. Это должен быть сюрприз! — уклончивый ответ Адвоката насторожил Андрея, и он остановился. Мужчина, заметив, что его спутник приотстал от него, тоже замер и обернулся, — Что-то не так?
— Да… Пара вопросов возникла.
— Каких же?
— Почему никто не помнит судебного заседания?
— А! Ты об этом? Мы им всем провели коррекцию памяти.
— В смысле, вы ее стерли?
— Нет. Мы скорее помогли интерпретировать события в не травмирующем ключе.
— Как это?
Адвокат задумался над тем, как объяснить своему собеседнику такое сложное понятие, как многослойная поликонтролируемая мнемоническая коррекция, простыми и доступными словами.
— Смотри… Ты что-то только что увидел или узнал. Когда у тебя об этом воспоминания будут точнее и яснее? Сразу после или спустя, скажем, лет десять?
— Ну конечно сразу.
— Вот, а когда событие было давно, мы все склонны его упрощать и видоизменять в угоду нашим представлениям. Детали размываются, важные черты становятся чем-то совсем противоположным, и вот человек уже помнит совершенно другое событие, не имеющее ничего общего с правдой!
— Хм… Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь… Вы каким-то образом ускоряете этот процесс? И вы направляете его в нужное вам русло?
— Ого! Арктур! Ты видел это? Парниша, походу, начинает понимать! — сказал Адвокат, взяв кота на руки. Андрей засмеялся.
— Ну. Я просто предположил. За сегодняшний день я понял, что вообразить можно что угодно.
— Именно! Да… Мы делаем так, чтобы событие, произошедшее, было задвинуто как можно дальше в памяти человека, а затем мы помогаем мозгу интерпретировать так, как нам нужно.
— Ладно. А мама моя?
— А что мама твоя?
— Это ты ее в Оренбург доставил?
— Да. Подкинул ее через дверь. Путь напрямую не близкий все-таки.
— Ну спасибо.
— Да не за что!
— А теперь реально серьезный вопрос. Тот, что меня сейчас волнует. Ответь на него честно.
Адвокат заметно напрягся.
— Ты меня собираешься отвести на коррекцию памяти?
— Ха-ха! Что ты? Нет, конечно!
— Правда? Ты меня не обманываешь?
— Во-первых, я этого не хочу. Ты не представляешь, как занятно наблюдать твое удивленное лицо, каждый раз, когда ты видишь что-то совершенно новое для тебя. Мне в мои десять тысяч лет все кажется очень скучным и обыденным, но твое неподдельное изумление меня развлекает.
— Ха! То есть я для тебя развлечение? А во-вторых?
— А, во-вторых, твой мозг хранит нейропакет, который может быть поврежден во время коррекции памяти. Даже если б я очень хотел, то не стал бы корректировать тебя. Уж больно ценные сведения содержатся в твоей черепушке.
Ещё какое-то время Адвокат с Андреем молча шли по улицам Петербурга, но вскоре остановились напротив закрытой парикмахерской. Она была запрятана в самом сердце одного из дворов-колодцев, так что случайно наткнуться на нее во время прогулки было невозможно. Адвокат обернулся и с довольной физиономией указал на заведение.
— Вот! Мы пришли!
— В парикмахерскую? Мне стрижка не нужна, да и закрыто…
— Или обитатели парикмахерской хотят, чтобы ты так подумал. Посмотри внимательно! Что необычного ты видишь здесь? — Андрей прищурился, пристально разглядывая, вывеску и дверь. По началу он не замечал ничего выбивающегося из общей картины, но затем его взгляд уперся в странный цилиндрический столбик, подвешенный рядом с вывеской. Он был окрашен в чередующиеся белые, красные и синие полоски, которые винтом обвивали его сверху до низу. Андрей точно помнил, что где-то встречал такие столбики раньше, но конкретно где вспомнить не мог.