Управляй мной (ЛП)

Убрав графин, наполненный виски, и хрустальные бокалы со стеклянного столика для напитков, я раскладываю на нем все свои кисти и масляные краски. Я устанавливаю на мольберт чистый холст, и на моем лице расплывается улыбка, а в груди разливается волнение при мысли запечатлеть красоту садов Святого Монарха на холсте.
Это место поистине изысканно, его территория похожа на что-то из сказки. Вчера у нас не было много времени на осмотр, потому что мы наткнулись на силовиков Братвы, которые хотят нашей смерти.
Я прекрасно осознаю тот факт, что у наших семей есть враги по всему миру, но я не была готова к такому враждебному приему.
Не буду врать. Вчерашний день стал для меня информационной перегрузкой. Встреча с силовиками Братвы. Обнаружение того, что моя подруга тайно влюблена в одного из них. Встреча с Николаем Ветровым.
Николай Ветров.
Ммм.
В этом мужчине шесть футов с небольшим, он ужасно горяч и так чертовски мужественен, что внутри меня все начинает танцевать румбу при одном только взгляде на него.
Возвращаясь в спальню, я подтаскиваю поближе еще одну сумку и распаковываю одежду.
Николай Ветров. Король кровавых алмазов и кузен главы Братвы. Господи, он настолько могущественен, насколько это вообще возможно.
Интересно, почему он преподает здесь боевую подготовку, когда ему нужно управлять огромной алмазной империей.
Я вешаю платье в шкаф, затем поворачиваюсь, чтобы взять свою любимую кожаную куртку.
Если бы я знала, что Николай Ветров так выглядит, я бы встала у него на пути гораздо раньше. У него широчайшие плечи, которые выглядят так, будто могут нести вес целого мира без каких-либо усилий.
Его черные волосы украшены небольшой сединой по бокам, от чего я без ума. Мне никогда не нравились мальчики моего возраста, и я всегда испытывала слабость в коленях перед альфа-мужчинами с бешеной энергией, которые точно знают, чего хотят от жизни, и не останавливаются ни перед чем, чтобы добиться этого.
Николай Ветров подходит под это описание как нельзя лучше. Вспомните Джонни Деппа. Йена Сомерхалдера. Или даже лучше… Киану Ривза.
Для меня возраст — это просто число.
Не теряя времени, я хватаю черные брюки-карго и футболку, которые мне велели надеть на тренировку, и направляюсь в ванную комнату.
Николай продолжает занимать мои мысли, пока я торопливо выполняю утреннюю рутину. Вчера вечером мы ужинали с директором Козловым, отвечающим за Академию, и меня усадили рядом с Николаем.
Я снова попыталась флиртовать с этим мужчиной, но он лишь отмахнулся от меня с ледяным безразличием. Жаль. Я не ищу романа, который бывает раз в жизни. Достаточно просто потрясающего оргазма. Не слишком ли многого я прошу, верно?
Я хихикаю, надевая эти уродливые ботинки. Когда дело доходит до последней моды, я становлюсь белой вороной. И эта униформа убивает мое настроение.
Одевшись, я завязываю волосы в хвост и хмуро смотрю на свое отражение в зеркале. Боевая форма не идет мне.
Уф.
Тем не менее, я с нетерпением жду тренировок из-за того, что Николай Ветров — услада для глаз.
Конечно, я беспокоюсь о том, что выставлю себя полной задницей перед мужчиной, но, может быть, если я разыграю роль девицы в беде, он согласится давать мне частные уроки. Ключевое слово — "частные".
Да, я прекрасно понимаю, что этот мужчина — один из врагов моей семьи, но я полностью открыта для страстного ненавистного секса.
Кто-то может назвать меня шлюхой, но мне нравится думать о себе как о сексуально уверенной девушке. Последнее, что я собираюсь делать, — это ждать, пока у мужчины вырастут яйца и он подойдет ко мне. Если я вижу что-то, что мне нравится, я это получаю.
И мне нравится Николай Ветров.
Глава 3
Николай
Занятый тренировкой для первокурсников, меня чертовски раздражает, когда Эбигейл и Аврора прокрадываются в студию с пятнадцатиминутным опозданием.
Если и есть что-то, что я ненавижу, так это людей, которые не заботятся о том, чтобы прийти вовремя. У меня появляется ОКР1, когда дело доходит до этого дерьма.
 
Я слежу за Каспианом, Сейджо и близнецами Алмейда, которые тренируются здесь последние три месяца.
— У нас проблемы, — слышу я шепот Эбигейл, в ее голосе сквозит смех.
Проблемы — это еще мягко, блять, сказано.
Две женщины придвигаются ближе и делают ужасную попытку принять боевую стойку.
Эбигейл заливается смехом, и это выводит меня из себя.
Со злостью, пульсирующей в моих мышцах, я иду к девушкам. Не желая терпеть их дерьмо, я огрызаюсь:
— Сначала вы проявляете неуважение ко мне, опаздывая, а затем нарушаете порядок на уроке.
Глаза Авроры расширяются, но у нее хватает здравого смысла выглядеть виноватой.
— Мне очень жаль.
— Мы опоздали всего на пять минут, — осмеливается Эбигейл нагло дерзить мне. — И я не знала, что нам запрещено смеяться.
Наши взгляды встречаются, и на мгновение я поражен всеми эмоциями, вспыхивающими в ее нежно-карих радужках. Веселье, желание и дерзкий настрой смотрят на меня в ответ.
Я киваю, принимая молчаливый вызов, которое она демонстративно бросает мне.
Ты связалась не с тем мужчиной, девочка.
Единственный способ заставить этих двух принцесс мафии понять — это трудный путь. Они здесь, чтобы узнать, как сохранить себе жизнь, и пора бы им это понять.
— Похоже, сначала мне придется обучить вас серьезности боя, — говорю я. Я машу рукой Сейджо, затем указываю на Аврору. — Вы двое будете сражаться.
Эбигейл смотрит на меня с ужасом.
— Это несправедливо, когда мужчина дерется с женщиной.
Не в нашем мире.
Мрачно усмехнувшись, я указываю на мат для спарринга.
— В нашем мире нет такого понятия, как справедливость, мисс Сартори. — Я перевожу взгляд с Авроры на Сейджо. — Деритесь или покиньте мой класс.
Сейджо Шинода — солдат якудза, который умеет неплохо драться. Он планирует навредить Авроре, и это чертовски досадно, но это единственный способ взять Эбигейл под контроль, иначе она превратит мою жизнь в сущий ад со всем своим флиртом и легкомысленным поведением.
— Почему Аврора? Почему не я? — Спрашивает Эбигейл, ее прекрасные черты лица напряжены от беспокойства, которое наконец-то начинает проступать.
— Скоро узнаешь, — бормочу я с ухмылкой.
Иногда нужно быть жестоким во благо другим, и, честно говоря, если кто-то не является моим родственником или одним из немногих людей, которых я называю друзьями, я не испытываю никакого сострадания.
Скрестив руки на груди, я киваю Сейджо и Авроре, чтобы они начали бой.
Мое внимание разделено между матом для спарринга и Эбигейл, чтобы я мог видеть ее реакцию, потому что если она не усвоит урок сегодня, то не усвоит его никогда.
Аврора находится далеко за пределами своей зоны комфорта, и она не знает, что делать, когда Сейджо атакует. Ударив ее ногой в голову, он валит ее на пол.
— Прекратите это! — кричит Эбигейл, шок и паника еще больше искажают черты ее лица.
Я игнорирую ее и смотрю, как Сейджо продолжает атаковать. Он валит Аврору на спину, а затем начинает выбивать из нее все дерьмо.
Мои мышцы напрягаются, и мне приходится усилием воли сдерживаться, чтобы не сорвать Сейджо с Авроры. Я не нахожу удовольствия в том, чтобы смотреть, как избивают женщину.
Господи, не могу поверить, что Д'Анджело и Сартори отправили сюда своих дочерей без какой-либо предварительной подготовки.
Эбигейл и Аврора должны узнать, насколько жесток наш мир, иначе они долго не проживут. Моя сестра в десять лет могла надрать задницу взрослому мужчине.
Я качаю головой, не в силах понять, почему родители этих двух женщин вырастили их такими уязвимыми.
— Господи, — всхлипывает Эбигейл, и когда она бросается вперед, я вытягиваю руку, чтобы остановить ее. Я хватаю ее, дергая к себе, моя хватка безжалостна, и не дает ей вмешаться.