Миллиардер доминирующий начальник-мудак (ЛП)

— Хм, нет, — заикаюсь я. — Есть последние новости о проекте "Санрайз", но Джесси в лучшем положении, чтобы ввести тебя в курс дела.
— Почему? — спрашивает он, поднимая на меня глаза.
— Ты назначил ее ответственной за это. Помнишь?
— Пусть она введет тебя в курс дела, а потом ты сможешь вернуться и рассказать мне, — отвечает он, печатая на своем компьютере. — Лучше ты, чем она.
Я киваю, все еще борясь со своим решением.
— Браслет, — говорит он, не поднимая на меня глаз. — Тебе понравился? Или ты предпочла бы что-нибудь другое?
— Мне нравится, — отвечаю я, совершенно застигнутая врасплох.
— Слава богу, — говорит он, одаривая меня улыбкой. — Я приложил немало усилий, чтобы убедиться, что тебе это понравится.
— Но почему? — спрашиваю я, с пользой используя эту возможность.
Он поднимает на меня взгляд, его пальцы застывают на клавиатуре.
— Что почему?
— Почему ты продолжаешь дарить мне эти подарки?
— Мне нравится это делать. Я счастлив дарить тебе такие вещи, — отвечает он.
Я глубоко выдыхаю и делаю два шага ближе к его столу.
— Джейден, браслет прекрасен, как и все остальное, что ты мне подарил. Но я не могу продолжать принимать их.
— Почему нет? — он пожимает плечами.
— Не знаю, может быть, я недостаточно ясно выразилась раньше, но я действительно не хочу водить тебя за нос, — отвечаю я. — Из этого ничего не выйдет. Из нас. Несмотря ни на что. Ты отличный парень и просто такой милый, но я сейчас не в том положении.
Он ничего не говорит в ответ, и следующие пару секунд мы просто смотрим друг на друга.
— Хорошо, тогда просто прими подарки, — говорит он почти шепотом. — Это все, о чем я прошу.
Я качаю головой.
— Мне правда жаль, Джейден. Я не могу. Я бы хотела сосредоточиться на своей работе здесь и сделать все, что в моих силах, чтобы добиться успеха. Давай не будем все усложнять. Все уже об этом говорят.
Он вздыхает.
— Хорошо. Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко. Я просто хотел, чтобы ты знала, что ты очень важна для меня. Я имею в виду, все то время, что мы провели вместе, должно что-то значить, верно?
— Так и должно быть, но это не значит, что после этого что-то изменится. Пожалуйста, Джейден, мне это сейчас не нужно, — отвечаю я, буквально умоляя. — Если ты хочешь показать, что заботишься обо мне, есть множество более тонких способов.
— Хорошо, хорошо, — он поднимает обе руки в знак согласия. — Ты победила. Я сдаюсь.
Я тепло улыбаюсь и начинаю отступать, удовлетворенная тем, как завершился разговор.
— Я ничего не обещаю, но постараюсь, — кричит он мне вслед.
Я бросаю на него свирепый взгляд, и он разражается смехом.
— Тебе нужно расслабиться.
— Ты же не хочешь смешивать приятное с полезным, Джейден, — отвечаю я.
Как только я возвращаюсь за свой стол, я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. С Джейденом оказалось на удивление легко иметь дело. Я снова открываю коробочку и тереблю бриллианты на браслете. Стоит ли мне вернуть это?
Или это должен быть последний подарок, который я приму от него? Я закрываю коробочку после долгого, пристального осмотра и убираю ее в ящик стола. Из-за Джейдена так трудно сопротивляться ему.
Кажется, что чем больше я сдерживаюсь, тем больше проблем он мне бросает. Не помогает и то, что он ведет себя так бестолково, как будто не осознает, что его действия причиняют мне боль.
Удивительно, но я нахожу это невероятно сексуальным. Я начинаю печатать электронное письмо Джесси на своем компьютере, но не могу выбросить из головы эту кривую улыбку на лице Джейдена.
Я улыбаюсь про себя. Он погубит меня, если я не остановлю это. Я говорю, что хочу, чтобы это прекратилось, но, по правде говоря, мне нравится играть в эти игры с Джейденом.
  
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
 
ДЖЕЙДЕН
Я с важным видом направляюсь к лифту, мой телефон звонит и вибрирует в кармане, но я не смотрю на него. Сию минуту у меня назначена встреча, и это меня беспокоит больше всего. Когда я вхожу в лифт, тихий звук закрывающихся дверей эхом разносится по элегантному современному вестибюлю здания.
 
Я бросаю взгляд на подсвеченные кнопки выбора этажа и протягиваю руку, чтобы нажать пункт назначения. Лифт с зеркальными стенами создает ощущение интимности и саморефлексии, когда он начинает свой подъем.
Как только я устраиваюсь, чтобы немного проехаться, я слышу чьи-то приближающиеся шаги. Слегка обернувшись, вы можете себе представить мое удивление, когда я увидел Кариссу, спешащую к тому же лифту.
Из-за черного облегающего платья, которое на ней надето, ей трудно делать большие шаги. Я замечаю на ее левой руке сумочку от Chloe телесного цвета, которую я ей подарил, которая также подходит к ее туфлям. Как только она видит меня, на ее лице появляется теплая улыбка, обнажающая зубы идеальной формы.
Я придерживаю для нее дверь, и когда она заходит, наши взгляды прикованы друг к другу.
— Прости, что я опоздала, — говорит она, когда двери закрываются. — Вообще-то я звонила, чтобы сообщить тебе, что застряла в пробке.
— Так это была ты? — спрашиваю я, не сводя с нее глаз. — Все в порядке. Будем надеяться, что наши клиенты достаточно терпеливы и еще не ушли.
Когда лифт продолжает свое путешествие вверх, достигая промежуточной точки между этажами, маленький отсек наполняется внезапным толчком и серией тревожных механических звуков.
Карисса издает громкий крик, роняя сумку. Я бросаюсь к ней и удерживаю ее на месте. Лифт резко останавливается, и тихий гул его движения сменяется жутковатой тишиной, нарушаемой только слабым звуком нашего прерывистого дыхания.
Мы с Кариссой обмениваемся нервными взглядами, и выражение нашего лица меняется от удивления к опаске. Кажется, что время остановилось, и тусклый верхний свет мерцает, прежде чем перейти в зловещее, приглушенное свечение.
Карисса, которая пыталась сохранять мужественный вид, больше не может скрывать свой растущий страх. Ее глаза расширяются, и она крепче обхватывает меня руками, так что костяшки пальцев белеют.
Она смотрит на меня снизу вверх со смесью страха и уязвимости. Понимая ее страх, я пытаюсь успокоить ее.
— Все в порядке. Я уверен, что они вытащат нас в мгновение ока.
Я глажу ее по волосам, чтобы успокоить, но неуверенность в моем голосе отражает ее собственные опасения. Карисса кивает, но ее дыхание учащается, когда она пытается успокоиться. Ее страх очевиден. Она шмыгает носом.
— Хочешь послушать сказку? — спрашиваю я, пытаясь вывести ее из нашего нынешнего затруднительного положения.
Она снова кивает.
— У меня это не получится, — вздыхаю я. — Я не знаю ни одной сказки на ночь, которую можно было бы рассказать. Я надеялся, что ты скажешь "нет".
Она смеется и шмыгает носом одновременно, и я присоединяюсь к ней, радуясь, что могу рассмешить ее, несмотря на нашу ситуацию.
— Но вот что я тебе скажу? Я знаю кое-какие реальные ситуации, которые могут тебя заинтересовать, — продолжаю я, пытаясь поддержать разговор.
— Какие, например? — спрашивает она.
— Ты знакома с Марком из финансового отдела? Было время, когда он не мог перестать пукать, и обвинял в этом всех остальных в офисе.
— Что?
Карисса смеется.
— Да. Я слышал, как другие жаловались, пока однажды он не сделал это прямо у меня в кабинете, и я ждал, что он посмеет указать на меня пальцем. Угадай, что? — продолжаю я.
— Он это сделал?
— Это был первый раз, когда он признался, что пукнул в офисе, — отвечаю я.
Карисса кладет голову мне на руки и смеется, позволяя себе расслабиться.
— Извини, — говорит она, фыркнув в середине смеха.
— Я бы уволил его, но он хорошо справляется со своей работой, поэтому я отправил его на медицинское обследование.
— Как давно это было? — спрашивает Карисса, смеясь.
— О, всего два года назад.