Рыцарь Резервации (СИ)

Тома закашлялась.
— А вот мою штучку достали из тела юда, — сказала Александра. — Геометрики для них источник энергии, и из-за этого их очень не любят чуды, которые рождаются из подобных артефактов. Мой отец боевой маг-истребитель, и он рассказывал мне про их кладки.
Эх, люблю я поболтать про артефакты! Если эти девчонки знают что-то про них больше общеизвестных фактов, может, стоить сойтись с ними поближе.
Метта была уже наготове и фиксировала каждое их слово.
— Дай догадаюсь, — бросил я первый «камешек» в Камиллу. — Плохие артефакты бесформенные. Энергия в них перемещается хаотично, вредя самой структуре?
Она кивнула.
— Многие не догоняют принцип, но… главное смотреть на искорки, — провела она пальцем по идеально ровной грани своего кубика. — Они бегают вдоль прямых линий и замыкаются. Это означает, что энергия внутри сейчас находится в равновесии, а вот у Томы… Томочка, золотце, можно ваш камешек, пожалуйста? Да ничего я с ним не сделаю, родная!
Девушка-фокс перепугалась, но все же вытащила камешек на свет божий.
— Спасибо, — кивнула Камилла и покрутила его в пальцах. — Вот у него, как видишь, искорки идут вдоль граней, а потом расходятся и испаряются. Это не есть хорошо — как для работы с энергией, так и для целостности кристалла. Тут еще от цвета зависит. Синие, воплощающие эссенцию Движения, — самые простые, но и при этом самые нестабильные.
— А что будет, когда подойдет их срок? — спросил неожиданно появившийся Женя.
Он вошел так тихо, что даже я его не услышал.
Камилла пожала плечами:
— Он, скорее всего, прослужит, где-то пару лет, а потом либо лопнет, либо перегорит. Все зависит от самого кристалла — насколько он прочен сам по себе. Но во что-то действительно важное я бы не стала совать такой.
И передав Томе камешек, она приторно улыбнулась. Рыжая хотела снова бросить их в ложбинку между своих сисечек, но, подумав, сунула в карман.
— Говорят, в поезде тоже стоит синий, — заметил Женя.
— Да, но там стоит кое-что побольше — не какая-то там пирамидка, а многогранник-додекаэдр, не меньше, — кивнула Камилла. — Даже моим кубом такой мощный двигатель не разогнать, но какой-нибудь небольшой генератор, точно побежит.
Мы еще немного поговорили про устройства и кристаллы, и тут Александра задала логичный вопрос:
— А у тебя, Устинов, есть геометрик? Давай, хвастайся!
— Нет, — вздохнул Женя, методично уничтожающий свой немаленький кусок торта. — Да и мне такой как у Яра не подойдет. Мне нужен зеленый — где есть эссенция Жизни. Но такой стоит втрое дороже, чем обычный артефакт Движения. Мои родичи хотели купить, даже деньги собирали, но цены на них подскочили, и нашей деревне такой оказался не по карману. Вы, Яр, поди, тоже всем миром собирали на него деньги?
— Угу, — сказал угрюмый кузнец, отодвинув от себя вылизанную дочиста тарелку.
— Поди купили у первого встреченного мошенника, — фыркнула Камилла. — Лучше бы поехали в государственный магазин, чтобы купить по твердым ценам. Там-то продаются артефакты по лицензии…
Она ухмыльнулась и ткнула Тому в плечо:
— А ваш-то явно не лицензированный. Я-то уж узнаю качественную самоделку из тысячи, а у вас явная халтурка!
— Мила, полегче… — протянула Александра.
— Ну а что? На таких вещах не экономят!
Я же присмотрелся к Камилле повнимательней. Если она не врет и реально умеет различать артефакты, то с ней точно стоит подружиться. С Сашей тоже — да и она просто приятный человек.
Яр с Томой скупо поблагодарили за торт и, прихватив меч, вышли из купе.
— Работа будет готова в срок, — кивнул Яр на прощание и скрылся за дверью. Себастьян устало выдохнул.
Эх, надо бы с ними в следующий раз помягче, а то они, походу, переволновались.
Ишь какие напряженные! Наверняка из своей деревни дальше, чем на десять километров ни разу не уезжали. Хотя такая встряска им же на пользу — оба в следующий раз сто раз подумают, прежде чем лезть на других с беспочвенными обвинениями!
Надеюсь, в фоксах просто взыграли эмоции, и они в целом хорошие люди… В смысле, нелюди. Кузнец, да еще и глава общины, на новом месте лишним не будет.
 
— Вот бука, эта Камилла! — посмотрела им вслед Метта. — Хотя ей есть за что на них обижаться.
— Как там Геллер? — спросил я Женю, когда дверь за здоровяком закрылась.
— Дыхание ровное, ворчит и курит как паровоз. Жить будет. Шах тоже.
— Ты молодец, — сказал я и положил руку ему на плечо. — Они оба теперь твои должники.
— Думаешь, они станут моими слугами? — хмыкнул Устинов.
— Так, господа, было очень приятно поболтать, — сказала Камилла, поднимаясь, — но, думаю, нам пора. Аки скажи «спасибо» за то, что Женя спас тебя от той птицы, и пойдемте.
— Аригато… в смысле, спасибо, — сказала Аки, поклонившись. Однако в ее глазах остался какой-то незакрытый гештальт.
— Не за что… — проговорил я.
Вдруг Аки глубоко вздохнула и, подхватив свой кривой меч в ножнах, сделала осторожный шаг вперед.
— Я…
Она набрала она в грудь побольше воздуха, и не успел я удивиться, как японка упала на одно колено.
Меч Аки протянула мне на вытянутых руках.
— Я ваша навек, господин.
  
Глава 7
 
Повисла пауза. Даже Ленский немного охренел. Метта хихикнула и шлепнула меня по колену:
— Берите, чего хлопаете глазами? Не каждый день такая милашка дарит такую красоту да и себя в придачу. Нашему-то мечу все равно кирдык!
Аки продолжала молча держать свой клинок в строгих черных ножнах.
— Ну не настолько же ты ему благодарна, Аки? — удивленно приподняла бровь Камилла. — Он, конечно, герой и всем накостылял, но…
— Я ваша навек, — тверже проговорила Аки и требовательно качнула ножнами с мечом.
Когда я взял подарок, девушка тут же подскочила на месте. На ее устах заиграла торжествующая улыбка. Я все еще не понимал, и за нее ответила Александра:
— У Аки в клане, если юноша спас девушку, она пойдет с ним хоть в огонь, — улыбнулась она. — И, похоже, вы, сударь Марлинский, только что приобрели верного союзника!
Аки покраснела и закивала.
— Повезло тебе, Илья Тимофеевич, — ухмыльнулся Ленский. — Мне бы такой союзник точно не помешал.
— Ладно, мы все же пойдем, пока она не предложила вам руку и сердце, сударь, — сказала Камилла, поднимаясь из кресла. — Она только недавно здесь и многого не знает. Мне дали задание и глаз с нее не спускать, пока не доберемся до Шардинска, но как уследишь за этой любопытной козочкой? Она весь поезд облазила — любит узнавать всякое новое, видите ли! Вот и попалась в лапы тем озверевшим типам, глупенькая!
— Так а в чем весь сыр-бор? — спросил я. — Яр упомянул про смерть отца и брата. Да и Тома ее явно ненавидит, и не просто так.
— Обычное дело среди нелюдей, — пожала плечами Александра. — Все же соотечественники Аки — тоже то еще зверье. Ой…
— Так, ты чего несешь⁈ — нахмурилась Камилла, и ее глаза вспыхнули. — Давно это было, поняла!
— Да не так уж и давно… Всего-то… Ой, зачем дерешься⁈
Однако Аки, словно ничего и не слышала — продолжала кивать и повторяла:
— Аригато! Я ваша навек, Марлин-сан!
И Мила с Александрой, подхватив ее под руки, решительно утащили подругу прочь из купе.
— Аригато! — раздалось из коридора. — Я ваша навек!
Ленский, наконец, не выдержал и, запрокинув голову назад, от души расхохотался.
* * *
Нет, все же Ленский оказался славным малым. Пусть он и себе на уме и немного заносчивый, но у кого нет недостатков? Я бы остался еще подольше, однако дело клонилось к вечеру, а тут еще и его гвардеец очнулся и потребовал всем покинуть помещение ссыльного.
Башка у него была перевязана платком, а сам он ни сном ни духом о том, кто ударил его по башке и расцепил локомотив с остальным составом.
Ленский зазвенел на него наручниками:
— Толку от тебя никакого, Степан! Как жизнь мне усложнять, так ты самый первый, а как террориста поймать, то… Эх, ни украсть, ни посторожить… Папиросы есть? Нет? А, и черт с тобой!