Таверна «Ведьмино Зеркало» (ЛП)
— Конечно.
— Больше ничего? — спросил он.
— Мне очень многое дорого. Прежде всего — Клайв. Я люблю его всем своим сердцем. Мы планируем скоро пожениться.
При этих словах он перестал расхаживать.
— Ты бы привязала себя к трупу?
— Он только в основном мёртв, — ухмыльнулась нашей привычной шутке. — Я дорожу своим книжным магазином и баром, моими друзьями Дейвом и Оуэном, Мэг и Сфено, Расселом и Годфри, Джорджем и Коко…
Меня вдруг поразило, как сильно изменилась моя жизнь, какой наполненной она стала.
— Если бы вы спросили меня даже год назад, что мне дорого, я бы сказала, что моя жизнь и «Убиенная Овечка».
Я взглянула на стену стражников с обнажёнными мечами и пожала плечами.
— Возможно, мне было бы безопаснее оставаться дома, закрываясь ото всех, но даже если ты убьёшь меня на месте, за эти последние несколько месяцев я испытала больше, полюбила больше, чем когда-либо думала, что это возможно. Я стою в Волшебной стране, надо мной насмехаются фейри, мне угрожают её воины, и я совершенно живая.
Вернувшись к расхаживанию, он спросил:
— А что сделает твоя пара, если я решу забрать твою жизнь в качестве платы?
Теперь я ухмыльнулась, не в силах сдержаться.
— Он будет ругать меня за то, что я позволила себя убить.
Слёзы навернулись на глаза, когда я снова подумала о нём, оставшемся в одиночестве.
— Он придёт в ярость, соберёт армию вампиров и объявит войну фейри. Независимо от того, победят они или нет, у вас будет легион сверхъестественных убийц, разрывающих ваших людей. В конце концов, насытившись кровью фейри, он будет горевать, и это будет ещё страшнее.
— Ты, кажется, вполне уверена в себе, — сказал он.
Я оглянулась на него, сбитая с толку.
— Не в себе. В нём. Я в нём совершенно уверена.
Когда он возобновил хождение, я почувствовала, что потеряла равновесие. Воин выглядел по-другому. Это было незаметно, но он стал ниже ростом и худее. Когда он снова повернулся ко мне, я не могла сосредоточиться ни на чём, кроме его глаз. Всего несколько мгновений назад они были тёмно-коричневыми, но теперь превратились в завораживающий калейдоскоп цветов.
— А что бы ты отдала, чтобы избежать войны? — его голос был выше, мелодичнее.
— Что угодно.
Когда он остановился передо мной, и, наконец, был сброшен гламур, я поняла, что разговариваю с самой королевой. Толпа, которая, без сомнения, с самого начала знала, что это была она, поклонилась, когда она явила своё истинное лицо. Я была похожа на оленя в свете фар, смотрящего ей в глаза.
— Как насчёт того кулона у тебя на шее?
Она наклонилась, изучая его.
Я дотронулась до резного дракона и покачала головой.
— Мне жаль. Это не моё чтобы отдавать. Бенвейр, матриарх клана драконов, одолжила мне эту семейную реликвию, чтобы я была в безопасности. Я не могу предложить чужое сокровище, как если бы оно было моим собственным.
Раздражение промелькнуло на её лице.
— И это кольцо, к которому ты не могла перестать прикасаться с тех пор, как прибыла в моё царство?
Я сняла его с пальца и предложила ей.
— Так легко?
Она взяла его у меня и изучила, на её лице осветилась признательность, прежде чем она надела его себе на палец.
— Нелегко, вовсе нет, но это символ, а не сама любовь. Это кольцо много значит для меня, потому что Клайв много значит для меня. Однако я с радостью отдаю его тебе в надежде увидеть его снова.
Она прервала зрительный контакт со мной, щелкнула пальцами, и мечи, направленные на моих друзей, были вложены в ножны. На саму Глориану было трудно смотреть. Она излучала силу, облачённую в неземную красоту. Когда она скользнула обратно ко мне, её гипнотические глаза снова заполнили моё зрение.
— Ты, Саманта из клана Куинн, одна из моих, — прошептала она.
Я терпеть не могла не соглашаться с королевой.
— Мэм, я не фейри. Я оборотень и ведьма.
Я почувствовала, как её гнев на мгновение вскипел в моей крови.
— Одна капля крови фейри делает тебя одной из моих. А в тебе, малышка, — она постучала меня по лбу, — куда больше, чем капля.
Всё, что я смогла выдавить, было:
— Как?
— Ты знала, что ведьма, которая создала оборотней, была из рода Кори?
На мой непонимающий взгляд она продолжила:
— А ты знала, что единственная причина, по которой она смогла это сделать, заключалась в том, что в её венах текла кровь фейри? Все те, кто принадлежит к первородной линии волков, несут в себе её кровь, которая является моей кровью. Вот почему я послала своего солдата испытать тебя. Мне было любопытно. Так много поколений спустя, первая женщина, была ли моя магия всё ещё сильна в твоей крови?
У меня свело желудок. Каждый раз, когда я, наконец, твёрдо вставала на ноги, кто-то появлялся, чтобы снова выбить их из-под меня.
— И?
ГЛАВА 38
Какой псих носит шляпу?
Она сияла, её сверкающее сияние заставляло моё сердце петь.
— О, да.
Она сняла с пальца крошечное золотое колечко.
— Возьми его в обмен на кольцо, которое ты мне предложила. С его помощью ты сможешь найти дорогу обратно в Волшебную страну, чтобы мы могли снова поговорить.
Это была тонкая золотая лента с выгравированными символами, которые сверкали на солнце. Её руки были гораздо более изящными, чем мои, поэтому я надела кольцо на мизинец.
— И я ожидаю приглашения на свадьбу.
Звук вернулся. Я не заметила его отсутствия, но когда королева отошла от меня, сложилось впечатление будто конус тишины был снят. Видела ли толпа, как мы разговаривали, кольцо? Я подумала, что нет, поскольку охранники Мэгги, Грима и Лиама только что убрали руки с рукоятей своих мечей. Она дала нам минутку свободного времени, чтобы поговорить.
— Теперь вы можете идти, — сказала она, поднимаясь по ступенькам в свой дворец. — Я даю вам безопасный проход. Ты позаботишься об этой угрозе раньше, чем я решу сделать это сама.
Я встала и поклонилась вместе с её народом.
— Спасибо. Мы так и сделаем.
Обратный путь к дереву прошёл на удивление без происшествий. Королева обещала безопасный проход, и ни один из фейри не вызвал её неудовольствия. Даже тот злой страж, с которым мы столкнулись по дороге, отсутствовал на обратном пути.
— Почемумывозвращаемсяктомудереву? — прощебетал Пиппин.
— Потому что Сэм сказала, что знает, где выход. А теперь заткнись. Этот вопрос был задан дважды, и на него был дан ответ.
Терпение Мэгги было на исходе.
Мы все были немного встревожены. Очевидно, я была не единственной, кто думал, что они не выберутся из Волшебной страны живыми.
Когда мы вернулись к дереву, мы обошли массивный ствол сзади, где, по мнению Пиппина, была завеса между мирами.
— Я понятия не имею, сработает ли это, но на всякий случай все возьмёмся за руки, — поглядев на их растерянные взгляды, я добавила: — В цепочку. Пиппин, держи меня за ухо.
Я протянула Мэгги левую руку. Кольцо королевы было на правой, и я хотела вести этой рукой.
Как только Лиам и Грим присоединились к цепочке, я дотронулась до ствола, на который указал Пиппин. Кора на мгновение замерцала, а затем появилось зеркало. Шагнув обратно из зазеркалья, я крепко ухватилась Мэгги. Все должны были вернуться вместе со мной.
Мгновение спустя мы впятером стояли в таверне «Ведьмино Зеркало». Пиппин завопил и спрыгнул с моего плеча, выбегая из тёмной таверны.
— Большое вам спасибо, что пошли со мной.
— Эх, я же тебе говорила. Нам заплатили.
Мэгги взяла свой телефон. Она оставила его на стойке бара. Постучав по экрану, она сказала:
— Два дня, — она взглянула на Лиама и Грима. — Гораздо лучше, чем мы ожидали.
— Я думал, как минимум, месяц, — проворчал Грим.
— Да, — Мэгги ухмыльнулась. — Минимум. Итак, — сказала она, снова постукивая по экрану, — телефон почти мёртв, но заряда должно быть достаточно, чтобы вызвать пикап.