Тайна крови (СИ)
Сестричка исчезла с монитора и, победив енота в борьбе за полотенце, снова появилась в кадре. Пугало сидело у нее на коленях и пытался схватить маленькими черными пальчиками планшет, водил усиками и демонстрировал мне свои ноздри. Вот особенно последнее было информативно. Никогда не видела их настолько подробно.
— Все. Сиди спокойно, иначе на пол пойдешь! — послушный енот сложил лапки на пузико и уставился на меня. Не смогла сдержать улыбку. — Ты это где?
— А, у меня теперь персональный волар. Не спрашивай. Уроки сделали? Как Тан?
— Ой, Ланни. Придется, видно, тебе сегодня с директрисой разговаривать. Он вчера вечером снова улизнул из дома.
Аркха мне на балкон, да что же делать с братом? Кажется, необходимо отложить все свои проблемы на задний план и заняться его трудностями. Конечно, подросткам свойственно преувеличивать масштаб собственных проблем, однако скажи им об этом и навсегда потеряешь их доверие. Только попытка понять их, действительно разобраться в ситуации может чем-то помочь. Но я женщина. А Тану мужская помощь требуется. Возможно, фет Сайонелл поговорит с ним? Хотя брату он почему-то не особо понравился…
— Что случилось, Альби?
— Короче, они с Итаном… ну… в общем он ему лицо разбил.
— Кто кому?
— Тан Хогарду.
— Отелепатеть!
— Я просила Итана не докладывать в службу контроля, не заявлять побои, но его папаша наверняка это просто так не оставит.
Это не отелепатеть, это полный телепатец!
Учитывая, кем является этот самый папаша, ногу дам на отсечение — не оставит. Ну вот и что мне предлагается делать? Как я должна поступить? Все бросить и кинуться домой? Хорошо, кинулась, вот он Тан, что ему сказать? Ай-я-яй? Так ему не пять лет уже, он понимал, что делал. Почти. Ругать? И какой смысл. Запретить выходить из дома и смотреть телепатовизор? Ну ладно, и как я это должна проконтролировать, когда дома меня не бывает сутками? Раньше это были десятки мелких подработок, сейчас пара крупных, но сам факт! Дома меня не бывает, дети предоставлены сами себе и растут, как могут.
— Это все моя вина! — я поджала губы, думая, как поступить.
Трогать Тана сейчас не вариант. Он не станет устраивать драку на пустом месте. Его довели. Значит нужно время, чтобы остыл.
— Пусть Тан не ходит сегодня в школу. Обещаю, что после обеда приеду и поговорю с ним. Предупреди, что я не собираюсь ругать или наказывать его. Я хочу разобраться в ситуации. Мы вместе сходим к директрисе и все уладим. Боюсь, если он пойдет в школу, то только сделает хуже. Нагрубит директору, и я потеряю опекунские права…
— Ланни, не вини себя. Ты и так разрываешься. Думаешь, мы не видим? Когда ты последний раз отдыхала?
Да вот сегодня ночью! Душой, правда, а не телом.
— Вот и я о том. Главное, что мы вместе, а не по чужим семьям. Тан поймет это. Позже.
Странно, что Альби уже сейчас понимает! Моя такая взрослая и рассудительная младшая сестренка.
Пугало не выдержало душещипательных бесед и, поняв, что ему здесь ничего не перепадет, сверкнуло толстым задом, махнуло пушистым хвостом и юркнуло на пол.
— Альби, ты невероятно умная девочка. Я люблю тебя, знаешь?
— И я люблю тебя, сестренка. Все, пойду позавтракаю и пора бежать! Пока-пока!
Я послала Альби воздушный поцелуй и расплакалась. Впервые по-настоящему. В иных семьях дети враждуют за лучшие игрушки, за материнскую ласку, за место у телепатовизора. У нас все было иначе. Мы не могли поделить, кто сегодня помогает маме мыть посуду или кто понесет из магазина пакеты, чтобы ей не было тяжело. Мы были настоящей семьей. Отец и мать для меня примеры, образцы поведения. Знаю, как бы поступил отец. Он бы позвал к себе Тана, запер его в комнате, не пуская туда девочек, и поговорил бы с ним. Как со взрослым мужчиной. Знаю, как поступила бы мама. Сказала бы, что любит его и всегда будет рядом. Что вместе мы справимся с любыми бедами. И справлялись всегда. Правда, справлялись. Когда отец нас оставил, мы лишь больше сплотились вокруг нее. А когда не стало мамы, боялись потерять и друг друга… Но сейчас я не знала, как помочь брату. Да и могла ли? Вспомнив, что Зейда сказала про ребенка, жестко усмехнулась. Ребенок. Да какая из меня мать? Ужасная. Отвратительная. Я сама еще ребенок, не способный разобраться в себе, не способный контролировать собственные эмоции и соблюдать установленные для себя запреты. Что уж говорить об ответственности за других?
На месте оказалась поразительно быстро. Переоделась, наскоро закончила уборку (за чем рейгверды взирали с удивительным спокойствием и снисхождением). А вот кстати могли бы с ведрами тяжелыми помочь! Я им намекала, но те изображали из себя недалеких умом. Да и аркх с ними!
Коллеги по ведру сегодня уделяли мне меньше внимания. Все были возбуждены предстоящим поединком между Харви и тор-аном. Сейчас, когда голова прояснилась, а события ночи несколько затерлись в памяти, поняла, какая я невероятная идиотка! В первую очередь мне следовало не гордячку из себя строить, не обиженную девицу, не задницей вилять, а расспросить фетроя о поединке. Что нас теперь ждет, стоит ли волноваться и могу ли я чем-то помочь? Конечно, я не супер герой, но все же, наверняка моя помощь, учитывая искру, может как-то пригодиться…
Я уже завязывала пуанты в пустом зале, когда сработал планшет.
Ползучее Великородие: «Ты веришь в Лисмен Эколоджик, я верю в тебя. Проекту дан зеленый свет, но как по мне — это фантастика».
Следом пришла еще одна ТМС-ка:
Ползучее Великородие: «Альберта с земельной искрой. При поступлении практика в Лисмен Эколоджик будет существенным бонусом. Могу устроить. За поцелуй J».
Смайлик? От фетроя Хартмана? Вид у меня был весьма озадаченный. К тому же, он подумал об Альби? Сам?
— Хорошие новости?
Голос Максимилиана, глубокий, бархатный, мягкой волной разлился по пустому залу, наполняя его необычайным теплом.
— Привет. Сестра, — я быстро загасила экран, подавив желание послать в ответ сотню смайлов-поцелуйчиков. Альби будет вне себя от счастья! Да и я вне себя от счастья. Хартман меня послушал? Невероятно. Примерно настолько же, насколько и смайлик в его сообщении!
Но почему я в действительности не ответила? Из-за требования Зейды? Из-за присутствия Макса? Из-за собственного желания держать свое сердце на расстоянии от него? Не знаю. Но факт остается фактом. Я оставила планшет рядом с открытой сумкой и принялась за ленты.
— Не стоит. У меня для тебя подарок.
Фет Ронхарский бросил олимпийку на лавку, рядом со мной, снял с плеча кожаную сумку и извлек оттуда маленькие пуанты, затянутые блестящим жемчужным атласом. Совершенно новые. Мои глаза сверкнули как две звезды ясной безоблачной ночью.
— Ты подписала контракт. Получи рабочую форму, — подмигнул он.
— Отелепатеть! — я сжимала в ладошках вожделенные пуанты с уже сломанными косточками, только надевай и танцуй. Они приятно пахли кожей, деревом и натуральной тканью. Тут же стянула с себя старые, уже почти обветшалые, и втиснула ножки в новую обувь.
Максимилиан без разрешения опустился к моим ногам и начал медленно завязывать ленту на первом пуанте. Замерла, не зная, как реагировать. Зейда отчасти права. Они с Харви поженятся и выкинут меня, как использованный по назначению чехольчик для нерожденных деток. А сейчас передо мной сидит идеальный образчик мужского совершенства: мускулистый, широкоплечий, красивый, обаятельный, добрый, заботливый…
Не сразу поняла, что он закончил шнуровать и уже смотрел на меня с не меньшим интересом.
— Осталась довольна?
— Более чем. Ты красивый мужчина. Кажется, это я уже говорила.
— Ничего не имею против повторения, — он выпрямился и протянул ладонь. — Время поджимает. В центр зала. Сегодня до двух я в твоем распоряжении. После у меня репетиции с другими группами. Начинаем с отработки сольной партии, затем разучиваем «Блюз для двоих».
И ни слова про лигари. Посмотрел только и смолчал. Хорошо это или плохо?