Сопряжение. Чернильный маг 5 (СИ)
Невероятно сложный выбор. И, чтобы в будущем не терзаться муками ошибки собственного выбора, я решил предоставить этот выбор на волю Фортуне.
— Если выпадет орёл — я иду на миссию. Решка — и Яда подменяет меня в команде захвата.
— Юху!!! — вскинув в восторге кулак воскликнула дочь Дьякона.
Из кармана в руке появилась монетка. Звонкий щелчок большого пальца и, вот, мельхиоровый кругляш уже сверкает в воздухе. Ещё так удара сердца, и по тротуарной плитке разносится задорный колокольчик металлического звонка. Который, впрочем, практически сразу обрывается отцовским каблуком.
Чувствуя как колотится сердце, я подхожу к папе. Тот, в свою очередь уже поднял мельхиоровый кругляш и, закусив губу, продемонстрировал его мне.
— Похоже очередной одарённый решил, что ты ему должен. Забавно.
Глава 18
Хлесткий и режущий слух звук рвущейся тряпки ознаменовал открытие портала. От лиловой воронки пахнуло холодом и тишиной. Но всего на секунду, потому как вселенная не терпит пустоты, а потому, спустя всего один такт сердца, меня дернуло вперед и засосало в портал.
Кромешная всепоглощающая тьма сменила солнечную террасу апельсинового сада. К горлу тут же подскочил комок, а сквозь позолоченный гермошлем я увидел звёзды. И не только их. Внизу, совсем маленькие, точно прилипшие к смоле светлячки, с земли на меня глазели огоньки больших и малых городов.
И всё равно было страшно. Да и не удивительно, суборбитальный прыжок с высоты почти сорока километров будил что-то первобытное, неизведанное… Такое, от чего становились дыбом волосы. И всё равно это бы незабываемо и прекрасно!
На высоте восьми километров начала обугливаться краска. Белая и термостойкая, и даже её качества не хватало. Внутри скафандра не было жарко: пусть и одноразовая, но вполне себе хорошая система кондиционирования и многослойный бутерброд теплоизоляции создавали вполне себе приемлемую температуру. Но смотреть как сначала пальцы рук, а затем и всё тело вспыхивает, превращаясь в то ли метеор, то ли болид, было подавляющее.
В голове то и дело проскакивала мысль: «А вдруг костюм бракованный? Вдруг так не должно быть. И сейчас я почувствую невыносимый жар, а после, спустя всего несколько секунд, и вовсе сгорю точно фитиль керосинки».
Но даже такой опыт был сильнее страха. Я прекрасно понимаю, что даже такая яркая смерть это совсем не окончание. За ней последует перерождение и новый прыжок в стратосферу. А иного, тем более легального, способа попасть в Ватикан не существовало.
На высоте два километра сработали маневровые движки ранца. Стрельнули гравикомпенсаторы. Высокотехнологичные то ли приборы, то ли артефакты на границе магии и механики погасили инерцию и приняли на себя весь удар. Я же отделался лишь лопнувшими капиллярами в белках глаз. Что могло произойти, если бы гравикомпенсаторы не сработали? Очень просто! Около космическая скорость помноженная на скорость моего тела столкнулась бы с всей мощью маневровых двигателей костюма, и мои потроха тонким слоемнанесло на внутреннюю поверхность экзоскелетной брони.
А так, отделался, можно сказать, лёгким испугом.
На высоте в полкилометра сработали интегрированные в бронепластины артефакты. На этот раз маскирующие. Сначала обугленная поверхность скафандра пошла рябью, точно старый телевизор, а потом чёрно-коричневые струпья горелой краски приобрели тон апрельского неба над Римом. И экзокостюм слился с синевой, маневровые двигатели сбавили скорость, так что приземлился я почти удачно — снес два балкона и сел на чей-то микроавтобус.
Любопытства посторонних глаз удалось избежать. Благо переулок оказался узким и нелюдимым, да и на площади Святого Петра вот-вот должна была начаться пасхальная речь папы. Собственно, туда мне было и нужно. А потому сверившись со смартом, на который транслировалось видео с дрона, я нашёл север, прикинул азимут, и лёгкой трусцой спешил на площадь.
— Ты почти пришел. Что ты видишь перед собой? — «вела» меня Настя.
Увы, из-за появления этого странного деда все планы полетели к чертям. В командной рубке творился хаос, основная команда спорила кого брать на мою подмену, и лишь моей Проклинательнице хватило самообладания не поддаться общей истерии.
— Толпа, — начал заводиться я. — Это же площадь Святого Петра! Здесь вокруг одна сплошная толпа! Я здесь всего три минуты, а мне уже успели впарить сувениров! Как считаешь, Бабе Яге понравится сувенирные тарелочки с Папой Франциском девятым?
— Не знаю, — не разделила юмора Настя. — Крестной вообще нравятся харизматичные мальчики помоложе.
Признаться, от таких откровений я немного припух. Во-первых, я конечно знал что бабушка Насти является богиней Смерти и она неплохо общается с языческим проводником неупокоенных душ. Но чтобы Яга была Настиной крестной…
Однако, ещё больше меня смутило заявление о том, что древняя, как и все языческие боги, Яга является целительницей, как бы это помягче сказать, младшего офицерского состава.
— Так, внимание! — перестав напевать песню про младшего лейтенанта, собралась Настя. — Замри на месте и никуда не двигайся. Объект под кодовым именем «Аполлон» от тебя на восемь часов. Ты его не видишь, но он тебя заметил и движется навстречу. Напомню, мы не знаем что от него ждать, поэтому советую активировать амулет чёрного солнца.
— У меня идея получше, — буркнул я и, присев на одно колено, приоткрыл торбу контрабандиста.
В следующую секунду из неё выскочила мантикора. Выскочила, чтобы вызвать воодушевлённые возгласы зевак из толпы, отвлечь себя внимание и дать мне несколько секунд чтобы, примерив оборотную маску, сменить личность.
Впрочем, странный и почему-то смутно знакомый мужчина не повёлся на мой маскарад. «Странно» — промелькнула в моей голове мысль. На создание этой маски-образа неодаренного парня лет двадцати у меня ушло больше двух часов и полный запас Эфира. Того самого Эфира, что, по моим сведениям, являлся эксклюзивным ресурсом меня, как одарённого! Таинственный пятый элемент жизни позволял создавать полную его замену. И более чем реальное воплощение моих нарисованных друзей было ярким тому доказательством.
Однако даже сил изменяющего реальность не хватило, чтобы обмануть незнакомца.
— Что за маскарад? — беззлобно улыбнувшись в бороду произнес незнакомец. — Зачем? Какой в этом смысл, если фамильные ты не притушил Глаза Ньёрда?
— Кто ты такой? — сквозь зубы процедил я.
Знаю, что это было ребячеством, однако обиду за раскрытую маскировку я воспринял на личный счёт, и потому этот прилизанный пенсионер с обложки мне уже не нравился.
— А ты не догадываешься? — улыбнулся старик.
А следующую секунду его глаза вспыхнули с золотом. И, клянусь, подобный блеск глаз я уже видел. В зеркале, во время бритья.
Дыхание перехватило. Да и ещё бы! Не каждый день встречаешь человека с твоим родовым даром.
— Ты… — на эмоциях, едва не сорвавшись петушиный крик, промычал я.
— Да, Магнус. Меня зовут Ньёрд.
* * *С самого начала всё пошло не по плану.
Падение выдалось ожидаемо сложным. Прыжок из стратосферы — это тебе не первый шаг из туристического самолёта, с пристёгнутым сзади инструктором. Такой если и считается прыжком с парашютом, то его можно сравнить скорее с в вечернем променадом по Патриаршим прудам, нежели с жёстким боевым десантированием на территорию потенциального врага.
Легкий и невесомый воздух обрёл плотность и не щадящую жёсткость. На самом выходе из каверны потрала тяжёлый десантный бронеэкзоскелет закрутило в штопоре, и Константину потребовалось изрядная доля самообладания, чтобы не опозориться в глазах новой команды.
Особенно в глазах Пуговки. Это сопливая мелкая дрянь негативно влияла на всю команду, но таланта её одарённости отрицать было нельзя. Хрупкая миниатюрная, хоть и весьма своенравная, девушка заменяла с собой тяжёлую штурмовую группу. Но даже так дюжина суровых, прошедших ад и Израиль ветеранов вряд ли могла сравниться с воспитанницей ЗИЛа.