Либо ты, либо я (СИ)

POV Кирилл
Что, блять? Какая ещё, к ебене фене, мама?! В маленьком коридорчике мироновской квартиры стояла шикарная, но немолодая женщина в вечернем платье, оглядывая нас с Максимом заинтересованным взглядом.
- Привет, малыш, - улыбнувшись едва ли правдоподобно, она чмокнула Макса в щёку, глядя при этом прямо на меня, и ушла на кухню, махнув ему рукой, мол, иди за мной. Я себя чувствовал, откровенно говоря, лишним. Хотел было уйти, оставить их самих разбираться в семейных проблемах, но почувствовал, что конфетка намертво вцепилась пальцами в моё запястье. Ну, ладно.
- Что ты здесь делаешь? – безо всяких прелюдий спросил Макс, заходя на кухню вслед за матерью, не особо-то и вежливо. Странно для него.
- Я не могу приехать навестить своих детей? - да уж, едкости этой женщине не занимать. Могу даже сказать, что знаю, в кого куколка такой острый на язычок.
- Ты могла это сделать и раньше. Или ты впервые по нам соскучилась за пять лет?
Женщина в ответ лишь слегка наморщила аккуратный носик – ну точь-в-точь как у Макса! – и отвернулась к окну.
- Я приехала, потому что вам нужно будет ненадолго вернуться домой, - сложив маленькие бледные ладони одну на другую, деловым голосом продолжила мать Макса, имени которой я не знал и даже не мог поздороваться нормально. Всё происходящее на этой маленькой кухне в съёмной квартире казалось каким-то театром абсурда.
- Наш дом теперь здесь. Уже очень давно. И я тебя в гости не приглашал, - не помню, чтобы когда-нибудь видел вообще конфетку настолько разгневанной и льдисто-холодной в своём праведном гневе. Хотя, может быть, пару раз такое и бывало, когда между нами завязывалась очередная словесная перепалка на почве моего долбоебизма.
- Валера умер, - женщина прервала Максову тираду всего парой слов. Я догадывался, но не до конца был уверен, что Валера – это отец Максима. Вот ведь идиотизм, я даже никогда не знал его отчества. – Вам с Соней надо будет приехать только на похороны. Девять и сорок дней я устрою без вас. Но на похоронах вам нужно появиться. Да и с имуществом надо что-то решать.
- Кирилл, - моментально побледнев лицом, куколка повернулась ко мне, отпустив запястье, которое до этого сжимала так крепко, - подожди меня в зале, ладно? Только не уходи никуда.
Да куда я уйду, когда он тут такой прозрачный? Кивнул, уверенно глядя Максу в глаза, и, коротко проведя пальцами по его ладони, ушёл в зал.
А там меня ждал неожиданный сюрприз в виде расстроенной и притихшей Сони. Девушка сидела на диване, сложив руки на коленях и уткнувшись в них лицом, но не плакала. Я присел с ней рядом и осторожно обнял за плечи, чтобы не напугать.
- Ну, чего ты, Соня? – естественно, я знал, «чего», но хотелось хоть как-то разрядить атмосферу.
- Жалко его, - прошептала она немного севшим голосом. Видимо, всё же плакала до нашего прихода. – Он всё-таки наш папа. Максима он не очень любил, а меня… Больше, чем его.
- Всякое случается. Наверняка он был уже немолод. В таком возрасте часто со здоровьем проблемы, - кого я уговаривал, её или себя? Вряд ли их отец был намного старше моего.
- Мама сказала, он поднялся. Как только мы сбежали, закодировался, стал заниматься бизнесом. Расширил свою сеть магазинов. Они с мамой разбогатели ещё больше, - честно говоря, я и представить не мог, что Макс из обеспеченной семьи. Он никогда не вёл себя высокомерно или развязно. Потому что не жил с родителями? Потому что не получал от них денег?
- Видишь? В последние годы он стал лучше. Хорошо уже то, что именно таким его запомнят все его знакомые и друзья, - слабое утешение для дочери, только что потерявшей отца. Я не знал, насколько сильно любила Соня своего родителя, но было видно, что она переживает.
- Да только мы его таким ни дня не видели… Когда у него всё стало хорошо, мы ему были уже не нужны, - тихо всхлипнув, девушка всё же прижалась к моему плечу, и её мелко затрясло. Она плакала несколько долгих минут, не издав при этом больше ни звука. А я прижимал её к себе и гладил по волосам. Что ещё мне оставалось делать? Маленькая, хрупкая. Ей всего восемнадцать лет. Это её безопасностью я когда-то угрожал Максу, отправив с ней на свидание того отморозка? Хотя, это не он отморозок, а я. Самый натуральный. Но сейчас точно не время извиняться за те старые обиды.
 
К тому моменту, когда Соня вытерла влажные дорожки со щёк и немного успокоилась, не без моей помощи, в коридоре тихо хлопнула входная дверь, и через секунду в комнате появился Макс.
- Я к Рите поеду, - Соня моментально подскочила с места и ураганом закружилась по комнате, собирая какие-то вещи, заставив нас двоих немного выпасть из реальности.
- Сонь, не надо, - проскрипел Макс, наблюдая за ней больным взглядом, но та лишь отмахнулась от него. – Точно к Рите? Я ведь позвоню, проверю.
- Я сама позвоню, как доберусь до неё, - скороговоркой выпалила девушка, стоя уже в коридоре и обуваясь. Макс только обнял её на прощание и закрыл за ней дверь, ещё раз пригрозив, что обязательно позвонит и проверит. И, цитирую: «Не дай Бог тебя там не окажется, уши оторву»!
- Не хочет, чтобы я видел её слабой, - пожал он плечами, грустно улыбаясь, когда вернулся ко мне в зал. Я этого решительно не понимал. При мне она не боялась показать свою слабость, а при родном брате – да. Женщин мне никогда не понять.
Макс снова тяжело вздохнул и, сгорбившись, как столетний старик, сел прямо на пол возле дивана, прислонившись к нему спиной, а боком – к моей ноге. От колена вверх поползло тепло от его прикосновения. Через секунду он всё-таки решился прижать голову к колену и немного расслабиться. Я знал, что ему нужно всего несколько минут. Несколько минут тишины и покоя, когда рядом кто-то просто молчаливо поддерживает и радеет за тебя всей душой. Без лишних размышлений я прикоснулся к его мягким волосам и зарылся в них пальцами, осторожно поглаживая и пропуская сквозь пальцы гладкие прядки. Приятно было и мне, и ему, мне кажется. Он молчал некоторое время, а потом медленно поднялся и забродил по комнате, ища свой мобильник. Позвонил Рите. Убедился, что к ней приехала расстроенная и совершенно разбитая Соня. Кажется, они там устроили себе сеанс кинотерапии.
- Точно всё нормально, Рит? – видимо, на той стороне трубки, устав от Максовой тактичности, его отнюдь не тактично послали, потому что он, чуть поморщившись, убрал телефон от уха и, немного погодя, неуверенно нажал на отбой.
- Обгавкали тебя, сердобольный? – естественно, я своей башкой, полной опилок, не придумал ничего лучше, как пошутить. Но Макс лишь благодушно улыбнулся и кивнул.
- У тебя есть чего-нибудь выпить? – он подвис на несколько секунд, соображая.
- Вроде, в холодильнике было пиво. Тоха приносил как-то раз. Но я его не особо жалую.
- Тащи сюда, - махнул я ему рукой с видом знатока. Ему бы совсем не помешало сейчас выпить немного.
Вернулся ко мне в зал Макс уже с бутылкой в руках. Я к этому времени сполз на пол, прислонившись спиной к дивану, как он сам сидел несколько минут назад. Посмотрев на меня сверху вниз, он усмехнулся, вздёрнув вверх только один краешек губ, и уселся рядом.
- Я без понятия, как его открывать, - честно призналась конфетка, отдавая мне в руки холодную скользкую бутылку. Достав из кармана ключи, к брелку на которых давным-давно была прикреплена ещё и открывашка, я справился с этим делом на раз-два и протянул пиво Максу. Он поморщился, но взял и несмело отхлебнул, сразу скривившись.
- Фу, ну и гадость. Как это вообще можно пить?
- Как-как? Молча! – я наглядно ему продемонстрировал, как надо пить пиво, сделав пару смелых глотков, и улыбнулся во все тридцать два.
- Ты придурок, Самойлов, - пробубнил он в ответ, но продолжил нашу рулетку.
Мне безумно хотелось задать ему вопрос, гложущий меня уже несколько лет, с того самого момента, как я узнал о его «особенности». А с недавнего времени я ещё и связал вместе некоторые факты его биографии. Вообще-то, сложить дважды два было несложно, но мне было необходимо его подтверждение, прежде чем я сделаю окончательные выводы. Казалось, момент отнюдь не самый подходящий, но не о его отце же мне с ним сейчас говорить? Это было бы ещё куда более бестактно, как мне кажется.