Либо ты, либо я (СИ)

- Максим? Ты…? – он не нашёлся, что сказать. Продолжая держать его за руку, я поднялся по лестнице на свой этаж и позвонил в дверь. Открыла нам милая и домашняя Сонька, в фартуке и с ложкой в руке. Она сначала приветливо улыбнулась мне, а затем, разглядев за моей спиной Самойлова, растерянно ахнула, раскрыв рот, и мгновенно нахмурилась, тем не менее, отступив и пропустив нас в квартиру.
- Что он тут делает? – тоном недовольной хозяйки начала сестра, как только захлопнулась дверь.
- Сонь, дай раздеться. Я сейчас всё объясню, - снимая обувь и оставляя её на коврике, я повесил куртку на свой крючок. Кирилл, внимательно наблюдая за моими действиями, проделал всё то же самое и застыл посреди коридора, не зная, куда себя девать. В моей квартире он был впервые.
Фыркнув на растерянность этого давно уже не мальчика, я махнул ему рукой, жестом позвав за собой на кухню. Сонька продолжила возиться с чем-то у плиты, а мы с ним сели по разные стороны стола в пол-оборота к ней.
- Ну так что? – не оборачиваясь, с нажимом в голосе спросила сестра.
- Тут сложная история, Сонь… - я не знал, как бы мне так всё вывернуть, чтобы сестра не волновалась, но и чтобы не соврать совсем уж абсурдно. Я никогда не был мастером в обманах сестры.
- Можно мне объяснить? Он будет полчаса сопли по тарелке размазывать, - Кирилл снова вернулся в образ брутального и высокомерного парня-мажора, проведя ладонью по своим волосам, пытаясь сотворить с ними подобие порядка. Соня в ответ молча кивнула, и он продолжил, не дав мне и рта открыть:
- Ребята в тот раз переборщили, и Максим отлёживался у меня довольно долго. За жестокость я настучал им по голове. Многие расценили это как поддержку стороны Максима и ушли. Они теперь будут неуправляемы. Поджидали его у дома…этой…как её…
- Риты, - подсказала бесстрастным голосом сестра.
- Да, Риты. Думаю, теперь я не смогу на них влиять. Максим в ещё большей опасности, чем раньше.
- И снова из-за тебя, - пришпилила Соня, а Самойлов только рот раскрыл, так и не найдясь, что ответить. – Ты мне одно скажи, Кирилл, - обернувшись к нам, сестра сложила руки на груди и пригвоздила парня взглядом к месту, - Так ты поддерживаешь сторону Максима или нет?
Такого вопроса даже я не ожидал. На данный момент эта ситуация мной виделась как скопление нескольких нелепых обстоятельств. Нелепо то, что Кирилл стал разбираться с дружками. Нелепо то, что они расценили это как поддержку моей стороны. Нелепо то, что из-за недопонимания в их компании он потерял над ними контроль. Но, с другой стороны…
- Да, - я поперхнулся воздухом и обернулся на Кирилла, не совсем уверенный в том, что не ослышался.
- Хорошо, - вполне удовлетворённая столь лаконичным ответом Сонька снова отвернулась к плите и разложила только что пожаренную картошку с грибами по двум тарелкам, поставив их перед нами. – Чай сами заварите, а я пойду к себе. Я готовлюсь к семинару, так что меня не отвлекать.
Вот так мы и остались с ним на кухне совершенно одни. У меня ком застрял в горле, и кусок туда не лез. Я лишь бездумно пялюсь в свою тарелку, иногда поднимая неверящий взгляд на Кирилла. Он это серьёзно или чтобы задобрить сестру? Хотя, ему это незачем. Он же, в свою очередь, уминает за обе щеки, будто впервые видит картошку с грибами или будто не ел пару дней. Но та куча на его подносе сегодня в столовой говорит об обратном. Всё он видел и все он ел.
- Ты чего не ешь? – спрашивает парень, посмотрев мне в глаза так прямо и безо всяких выражений, что я удивляюсь ещё больше. Он вообще способен быть таким…открытым?
- Не хочется. Не могу… - кручу вилку в руках и задумчиво хмыкаю.
- А я вот хочу, - он нагло забрал мою тарелку и в мгновение ока умял всё её содержимое. Невероятно. Верх наглости. Ладно, я всё равно не съел бы.
- Я сейчас чаю налью… - теперь рассеянность, одолевшая Кирилла в такси, перепрыгнула на меня. Я беспомощно топтался по кухне, ища пакетики с чаем, затем ища подходящие кружки, потом размышляя, куда могла подеваться сахарница. Закончив суетиться и поставив на стол, наконец, всё, что надо, я с облегчённым выдохом приземлился обратно на свой стул. Чай мы пили в полном молчании.
 
Других вариантов не было – только раскладывать диван. Иных спальных мест в квартире просто не имелось, а мой диван можно было разложить, и он чудесным образом превращался в полноценную двуспальную кровать. Но это же бред спать с Самойловым бок о бок. Идти за советом к Соньке было нельзя. Стелить гостю на полу – неприлично. Ложиться на полу самому – неудобно. В итоге, собравшись с духом, я таки разложил диван. Кирилл в это время был в душе, так что моих душевных терзаний ему наблюдать не довелось. Застелив всё ровненько, положив две подушки и достав второе одеяло, я хмыкнул, довольный своей работой, и быстро переоделся в то, в чём обычно сплю. Переодеваться при парне мне бы не хотелось. Хотя, чего он там не видел…
Он вернулся, несмотря на то, что я умолял всех Богов запереть его навечно в моей ванной. Ну, или хотя бы, чтобы он оттуда испарился. Но чуда не произошло. Он вышел, обмотав бёдра полотенцем, держа в руках свою одежду.
- Повесь на тот стул, - он только кивнул в ответ и снова запустил ладонь в свои теперь уже влажные волосы. Я пытался (честное слово!) не смотреть на его торс, на играющие под загорелой кожей кубики пресса, по которым скатывались к кромке полотенца блестящие капельки воды. Я проиграл эту битву. Слава Богу, парень отвернулся от меня, не успев заметить изучающего взгляда, но и широкий разворот его плеч и накаченная спина заинтересовали меня ничуть не меньше. Да что такое творится-то, граждане?
- Я, конечно, могу спать и голым, но у тебя всё ещё есть возможность избавить себя от этого, - лениво проговорил Кирилл, чуть ли не зевая. За что сразу же получил по морде прилетевшими в него шортами. Ибо нехер.
Бесцеремонно скинув полотенце и даже не отвернувшись от меня в этот момент, он натянул на себя шорты, которые мне были немного велики, а ему оказались вполне впору. Мне искренне захотелось это развидеть. Развидеть…
Выключив свет, я лёг у стеночки, Самойлов сразу же улёгся рядом, раскинув свои лапищи на всю кровать, за что я сразу ткнул его локтём в бок.
- Скромнее, не дома.
Он молчал. Я не посчитал его достойным услышать от меня пожеланий спокойной ночи, так что молча отвернулся к стене и закрыл глаза. Секундная стрелка на настенных часах тикала слишком громко, а сон ко мне всё не шёл и не шёл. Тело рядом не издавало никаких звуков, только ровное дыхание.
Тишина не была слишком долгой. Совершенно неожиданно моей макушки коснулась большая тёплая ладонь и немного растрепала мои волосы, сбоку послышался тихий голос Самойлова:
- Вообще-то я всегда был на твоей стороне.
И тут я замер. Напрягся всем телом и навострил уши, готовясь слушать рассказ-откровение.
- С первой нашей встречи ты мне показался хорошим и интересным. Я хотел подружиться, пытался наладить контакт, но ты всегда был, как проводник под напряжением в 220 вольт. А потом эта «элита» приняла меня в свои ряды. Не знаю, чем твоя ориентация так насолила гоповатым сынкам местных бизнесменов, но меня без вопросов втянули в это дело. Знаешь… А я ведь взял лидерство только для того, чтобы всё держать под контролем. Но я не справился…
Парень шумно вздохнул и помедлил, собираясь с мыслями.
- Я сам себя убедил, что ты меня бесишь, хотя это никогда не было правдой. Просто я бесхребетная амёба, не смог противостоять воле общества. А ты смог, ты защищаешься. Я заставил себя злиться на это твоё упорство.
Продолжая перебирать своими тёплыми пальцами мои волосы, Самойлов не переставал меня шокировать. Да не может быть, не может…
- Ты хороший, Максим. И ты на самом деле мне всегда нравился.
Холод пробежался по спине. Как так случилось, что парень, не дававший мне спокойно жить на протяжении трёх лет, в одночасье высказал мне свою симпатию? Вот только теперь мне следует понять – я ему нравлюсь как человек или именно как парень? Он ведь не может быть геем? Или может? Тихое сопение Кирилла, уткнувшегося своим носом куда-то мне в шею, ответов на вопросы не давало…