Шах и мат (СИ)
Ха, да это же задача из учебника. Я ее помню, решал, когда готовился к первенству. Поставить мат белому королю в четыре хода.
Да, ты попался Устюгов. Расставил на доске фигуры в соответствии с заданием из учебника и думаешь, что можешь взять меня чаем и байкой про несуществующего коллегу? Я пренебрежительно коснулся черного ферзя.
— Вот, ферзя надо отправить на е2. Тогда он либо уйдет королем, либо прикроется слоном. Тогда через четыре хода можно рассчитывать на мат.
Муромцев кивнул. Он все это время добросовестно вглядывался в доску.
— Да, пожалуй, это самое наилучшее решение.
Устюгов выслушал мое объяснение того, как надо ходить дальше. И записал все возможные ходы противника. Выглядел он очень убедительно, как будто в самом деле разыгрывал партию с далеким коллегой. Молодец, актерское мастерство на высоком уровне. Гораздо лучше, чем у Шарова.
— Ну, спасибо, — сказал он наконец. — Помогли мне. Теперь я его щелкну по носу. А то у нас с ним все идет с переменным успехом. То он выигрывает, то я.
Мы поболтали еще немного. Муромцев рассказал, как прошло согласование моей кандидатуры. Затем они вспомнили пару эпизодов из студенческой молодости. Оказывается, мой тренер и полковник когда-то учились в одном институте, были одногруппниками.
— Ничего, мы не позволим, чтобы перспективные игроки не могли участвовать в турнире из-за каких-то дурацких бюрократических проволочек, — убежденно сказал Устюгов. — Если будут какие-то затруднения, сразу обращайтесь ко мне. Без промедления! Сделаем из тебя чемпиона, Архаров.
Я вежливо улыбнулся. Да нет уж, спасибо, постараюсь обойтись без вашей помощи.
— Да и я сам кое-что умею, Яков Христофорович, — сказал я, пристально глядя в глаза чекисту. — Постараюсь вас не обременять без надобности. Разве что в крайнем случае. У вас же здесь полно работы по защите нашей Родины.
Устюгов тоже поглядел на меня. И понял, что я обо всем догадался. Но ничуть не разозлился. Наоборот, в его темных глазах заискрились лукавые огоньки. И чуточку удивления, что я такой сообразительный.
— Ну, давай, до свидания, — сказал он Муромцеву и добавил: — А парнишка у тебя и в самом деле перспективный. Схватывает все на ходу.
Когда мы вышли от полковника, Муромцев поначалу молчал. Затем, когда мы оказались на улице и отошли от здания на Лубянке, спросил:
— Ты догадался, что это была проверка? Узнал задачку из учебника?
Я кивнул.
— Конечно. Очень уж скользкий твой знакомый оказался. Сразу взял меня в работу. Не поспешили ли вы, когда обратились к нему?
Муромцев покачал головой. Ну, о чем тут теперь талдычить? Все равно, что тереть воду в ступе.
— Нет, тебе все равно рано или поздно пришлось бы с ними столкнуться, — сказал тренер, запустив по привычке пятерню в волосы. — И лучше, чтобы ты познакомился пораньше. Я смотрю, ты парень действительно смышленый, все понимаешь.
Ну, а что мне осталось делать? Приходится вертеться, если я хочу получить звание чемпиона. После визита в КГБ мы распрощались на ближайшей остановке и разъехались по домам. Я нуждался в отдыхе, а Муромцев отправился в шахматную секцию. Он там вечно торчал до самого вечера.
— Ну что? — спросила Вера, когда я приехал. Она была первой, кого я увидел, войдя в квартиру. — Что ты молчишь, как рыба? Какой результат, говори быстрее?
Я удивился, что она знает о моих турнирах. Старшая сестра была вечно занята по работе, в своей химической лаборатории.
Рано убегала на работу, возвращалась поздно вечером. У нее был парень, тоже какой-то ученый «ботаник», с ним она часто проводила вечера. Мы почти не пересекались, разве что на выходных.
— Выиграл, — сказал я после небольшой многозначительной паузы. — Я теперь чемпион Москвы.
Вера завопила от радости и обняла меня.
— Молодец, братик! Как же я рада за тебя. Я сразу была уверена, что у тебя получится. Ты если захочешь, всего сможешь добиться.
Ну-ну. Память прежнего Архарова подсказывала мне, как раньше сестра шпыняла колкие и едкие замечания насчет его увлечения шахматами. Ну, а теперь, оказывается, «Сразу была уверена!». Ну ладно, вроде бы она и в самом деле искренне рада за меня.
После ее поздравлений я отправился спать. Но подремать удалось недолго. Меня разбудила Надя и сказала:
— Мне срочно нужна твоя помощь. Ты не забыл о моей просьбе с Борькой? Он опять Леньку отлупил.
Ну что поделать. Раз обещал, надо помочь.
Глава 19. Подготовка к чемпионату
Что же от меня хочет сестра? Этот проклятый, ничего не понимающий, тупой, как пробка, Боря опять лезет на рожон?
Дело в том, что я уже разобрался с нахалом, еще тогда, когда Надя впервые обратилась ко мне за помощью. Не стал откладывать дело в долгий ящик. А почему бы и нет, в конце концов?
Подстерег этого балбеса вместе со своими дружками со двора и немножко отдубасил. Он убежал, но, правда, обещал тогда отомстить. Но затем чего-то затихарился и пропал. А вот теперь объявился снова, видимо, опять набрался смелости.
Я сел на кровати и протер лицо. Вся спина мокрая от пота, футболку хоть выжимай. Поглядел в окно. Как там погода? Еще не вечер, я поспал всего пару часов. Солнце светит, только садится.
А ведь я еще обещал встретиться с Дашей. Если сегодня пропущу с ней свидание, то потом будет масса обид и упреков в невнимании.
— Что там с этим гребаным Борькой? — проворчал я. — Ты предлагаешь опять настучать ему по башке? Сколько можно? Этот твой Ленька не может сам разобраться?
А вот ворчать не надо. Надо было чуток повежливее. Надя тихая и скромная девушка, все принимает близко к сердцу. В отличие от боевой Верки, которая и сама могла бы пойти и навалять обидчику по шее.
Сестра тут же надула губки. Сейчас уйдет и потом неделю не будет разговаривать. Опять же, в отличие от Веры, которая тут же устроила бы скандал и обозвала бы меня бесчувственной скотиной, которая не может помочь сестре в беде.
— Не хочешь, не помогай, — буркнула Надя и отвернулась, собираясь выйти из комнаты. — Ленька уже три раза с ним дрался, но он еще дружков своих притащил.
Хм, это уже другое дело. Более серьезное, чем раньше. Тут можно действительно нажить кучу неприятностей. Особенно для этого Леньки. Я его видел пару раз, вроде неплохой парень, на инженера учится. Надо вмешаться.
— Э, подожди, Надюха, — сказал я, вскочил и поймал сестру за руку. — Ладно, чего ты? Видишь же, я еще недостаточно проснулся. У меня башка гудит. Есть у меня идея одна. Где он, этот Борька лазает?
Сестра все еще дулась и обиженно сказала:
— Он будет ждать скоро Леньку, когда тот придет за мной. Ну, как обычно. Вместе с дружками. Хотят в этот раз избить его так сильно, чтобы отправить на больничную койку.
Против этого лома у меня была парочка приемов. К сожалению, в последнее время мои дворовые кореша тоже затаили на меня обиду. Костян и Плюха как-то при встрече высказали претензии, что я перестал с ними общаться, ходить вместе за угол и отовариваться портвейном, зазнался, задрал нос.
Закопался по уши в книжки, в шахматы, занялся спортом и саморазвитием. Короче говоря, стал чуть ли не комсомольцем. Поэтому, если я сейчас вряд ли мог рассчитывать на их помощь.
Услышат мою просьбу, пошлют, куда подальше. Мол, когда мы тебе не нужны, общаться не хочешь, а теперь, когда припекло, сразу прибежал за поддержкой. Тоже справедливо, по-своему.
— Ну, ты поможешь? — Надя требовательно смотрела на меня. — Что я тебя, так часто прошу, что ли?
Я улыбнулся и указал сестре на дверь.
— Не боюсь, сделаем все, что надо. Ты мне пока что разогрей ужин, а я пока сделаю пару звонков. И пойдем, разберемся с твоим Борькой раз и навсегда.
Мы поужинали и я дождался контрольного звонка, а затем подумал над тем, что если еще потеряю слишком много времени, то Даша убьет меня. Странно, что этот день так долго не заканчивается, у меня сегодня произошла масса событий.