Наивность (СИ)

— Нет, что ты! — тут же подрывается Гермиона. — Он подумает, что…
— Хватит уже додумывать, Гермиона, — строго произносит Джинни. — Гарри просто проведает дом издалека, если ты не хочешь, чтобы Северус его ненароком увидел.
Гермиона задыхается от благодарности и ерзает на постели, не в силах совладать с эмоциями.
— Джинни, спасибо, — искренне выдыхает она, — я тебя…
— Да-да, знаю, — машет Джинни рукой, — ты меня любишь, что бы ты без меня делала, все понятно, — смотрит она на подругу. — С утра я могу ему позвонить? Мы решили вопрос? Половина третьего ночи, — бросает она взгляд на часы, — я спать хочу.
Гермиона также смотрит на часы. Она что, два часа рыдала без остановки, пока не проснулась Джинни? Мерлин, вот это называется «накопилось». Девушка смотрит снова на подругу.
— Я… Да, ладно, — соглашается она.
— Успокоилась? — спрашивает Джинни, когда поднимается с кровати, чтобы залезть под одеяло.
Гермиона с дрожью вздыхает, ощущая усталость в каждой клеточке тела.
— Ну так, — неоднозначно отвечает она.
Джинни закатывает глаза и залезает в теплую постель.
— Ты меня однажды доведешь, честное слово, — сетует она. — Пора брать деньги за услуги семейного психолога. Я клянусь бородой Мерлина, мой декрет полностью бы окупился за короткий срок.
Поворчав еще немного, Джинни выключает свет и укладывается спать. Этой ночью даже Гермионе удается уснуть, и она бесконечно радуется, когда, разгрузив за разговором все мысли и хорошенько прорыдавшись, ей совершенно ничего не снится.
С самого утра Гермиона полностью вливается в ритм плана, который они ночью продумывают с Джинни. Сразу после завтрака Гермиона направляется к ректору университета и поднимает вопрос о досрочной сдаче экзаменов.
Поскольку девушка находится на хорошем счету, да и близкая подруга Блейза Забини, одного из лучших выпускников того года, ректор идет Гермионе навстречу и, пожав руку, принимает ее пожелание.
Гермионе назначают сразу четыре экзамена на первой неделе июня, но она оказывается совсем не против. Даже наоборот, просит оставшиеся два поставить на выходные той же недели.
Администратор только округляет глаза, но заводит все в систему и отдает ей новенькую зачетку.
Джинни также договаривается о досрочной сдаче, и ей тоже идут навстречу, но, пожалуй, не по той же причине, что у Гермионы. Джинни обладает поразительной харизмой, а еще декан ее факультета — женщина, а по совместительству еще и мать троих детей.
Договориться о досрочной сдаче, учитывая ее положение, оказывается даже проще, чем Гермионе. Экзамены Джинни также назначают на первой неделе июня, а по трем из них девушка получает автомат, чему не может нарадоваться.
Гарри выполняет просьбу Джинни и на следующий день после их разговора наведывается в поместье Снейп, но осторожно, не привлекая к себе ненужного внимания.
Однако опасения его оказываются бессмысленны. На воротах даже нет защитного заклинания, поэтому Гарри без проблем попадает на участок. Он заглядывает в окна, но ощущение складывается такое, будто весь дом пустует, словно заброшен. Нигде не горит свет, никакого движения.
Гермиона переживает от каждого его следующего слова.
— Там вообще никого нет? — не верит она своим ушам, взволнованно покусывая подушечку большого пальца.
Джинни держит в руках телефон с громкой связью и внимательно слушает.
— Нет, — с помехами отвечает Гарри.
Гермиона нервно облизывает губы.
— Гарри, мне очень нужно знать, куда они переехали, — просит она. — Пожалуйста, ты можешь как-то это узнать?
Из динамика какое-то время слышится только треск.
— Я узнаю, — наконец отвечает он. — Позвоню, как будут новости.
— Спасибо, Гарри, — задыхается от благодарности Гермиона.
Они прощаются, и Гарри кладет трубку, оставляя раскладушку на столе. Он снимает очки и трет на мгновение лицо ладонями. Его бесконечно радует, что девочки возвращаются раньше конца июня, но за подругу он беспокоится.
Гарри видит Северуса за прошедший месяц всего пару раз в Министерстве. Он выглядит крайне закрытым, даже здоровается с ним всего один раз. Гарри не знал, что они поссорились перед отъездом.
 
В тот момент все его внимание было сосредоточено на Джинни.
Он не знает, как подойти к нему, как завести разговор. Не может же он просто зайти к нему в кабинет и сказать: «Привет! А как дела с Гермионой? Не очень, да? Бывает, что сказать. Кстати, куда вы переехали?» Это было бы глупо по многим причинам.
Северус не стал бы откровенничать с ним.
Поэтому в тот же день, когда Гарри видит Северуса, он лишь кивает ему, а поговорить на эту тему побаивается. Так он теряет целый день, а времени у них и без того остается до отъезда мало.
Девочки уже сдают экзамены, лишний раз дергать их без повода он не хочет, поэтому на следующий день решается, берет себя в руки, собирается с силами и идет к Северусу в кабинет, чтобы получить ответы на свои вопросы.
Задумавшись над тем, как ему начать разговор, Гарри смотрит под ноги и не видит, куда идет. Поэтому, наверное, он сразу задевает кого-то плечом, и хорошее воспитание побуждает его тут же на это отреагировать.
— Прошу прощения за мою неаккуратность, — машинально придерживает он за предплечья предмет столкновения, — мисс Скитер.
— Оу, — сразу расцветает на глазах женщина, — мисс, — смотрит она молодого героя войны снизу вверх, — вы всегда мне нравились, мистер Поттер.
— Благодарю вас, — вежливо кивает Гарри.
— Чего не скажешь о… — Рита тут же замолкает, сжимая губы.
Понимает, что чуть не взболтнула лишнего. Гарри вопросительно вскидывает брови. Рите и хотелось бы сказать пару слов о жене героя войны и ее близкой подруге, но она отказывается от этой идеи.
— Многих других, — растянув губы в улыбке, заканчивает мысль она.
Гарри смотрит на Риту и понять не может, что же с ней не так. Кажется, все тот же зеленый костюм. Та же брошь, те же очки и светлые кудряшки. Чего-то не хватает, но Гарри никак не может понять, чего именно.
Что-то пропало в журналистке. И во внешнем виде, и в голосе.
И во взгляде.
Гарри замечает стопку папок с документами у нее в руках, и джентльмен в нем просыпается моментально. К тому же, так он может окончательно искупить свою вину за нерасторопность.
— Могу я предложить вам помощь? — кивает Гарри.
Рита смотрит на мгновение на папки, а после согласно кивает, хмыкая в полуулыбке.
— Вот поэтому вы мне и нравитесь, — взваливает она на его руки стопку документов и отряхивает руки, поправляя на себе пиджак. — Следуйте за мной.
Гарри едва удерживает равновесие, но не роняет ни одной папки. Мерлин, а она сильная, оказывается! Рита цокает каблуками по коридору, а за ней следом идет Гарри. Идти до ее офиса приходится всего пару сотен метров.
Рита открывает свой офис и оставляет дверь открытой, направляясь к чайнику чая, который парой минут ранее принес домовик.
— Оставляйте на столе, — небрежно машет рукой Рита, возвращаясь к своему занятию. — Желаете чаю, мистер Поттер?
— Спасибо, мисс Скитер, но мне необходимо вернуться в свой офис, — замечает Гарри, когда кладет на стол папки.
— Бросьте, мистер Поттер, свежий черный чай с чабрецом. В стенах Министерства всегда холодно, даже летом, вы не находите?
Гарри уже собирается отойти от стола, как вдруг взгляд падает на два раскрытых письма, лежащих рядом. Парень задерживает на них взгляд непроизвольно ровно в тот момент, когда видит на листе написанное размашистым почерком имя.
Дейзи.
— Да, разумеется, — Гарри даже не понимает, на что отвечает.
Рита продолжает суетиться возле столика с сервизом. Гарри бегает взглядом по строчкам, но не успевает понимать и половины, выхватывает фразы из текста. «Моя дорогая Рита!», «Моя дорогая Розамунд!». Рита снова что-то говорит, Гарри опять отвечает согласием.
«Дейзи чудный ребенок». «Хорошо, что он ее выгнал».