Наивность (СИ)

— И с каких пор тебя беспокоит чужая личная жизнь, золотая девочка? — прищурившись, спрашивает Забини.
Гермиона непроизвольно прикусывает язык. Действительно. Они столько времени сосуществуют в гармонии на работе с Блейзом по одной простой причине: ни он, ни она никогда не затрагивают личные темы.
Это табу, которое они оба обозначили еще в самом начале работы.
— Бросай привычки старого отдела, я такого не одобряю, — смотрит на нее парень, снова запустив руки в карманы брюк. — На работе нет места межличностным отношениям.
Гермиона чувствует, как вспыхивают щеки. Мыслей в голове просто осиный рой. Ох, Мерлин, зачем же она так поспешила с выводами! От злости на саму себя к глотке подкатывает ком, который Гермиона старается сглотнуть.
— Так что возьми себя в руки и работай, — довольно жестко произносит Блейз. — Через два часа жду договор для компании Эндрюса.
Гермиона кивает. Делает она это так, чтобы распущенные волосы скрыли водопадом пылающие от стыда щеки. Это мало помогает. Закончив монолог, Блейз уходит в свой кабинет и впервые на памяти Гермионы прикрывает за собой дверь.
Он никогда ее не прикрывает.
Обида на саму себя душит еще сильнее.
Значит, она совершает глупость, когда додумывает собственные наблюдения без помощи других. В офисе действительно слышался запах духов Джинни, она была в этом уверена, да и Блейз выглядел тогда слишком уж мокрым для не такой высокой температуры в помещении.
Гермиона хмурится. Блейзу хотелось этого с Джинни, он прямым текстом ей это говорит, но этого не случается. Девушка задыхается от осознания.
Подругу она знает слишком хорошо, не зря она, значит, первым делом увидев ее, решает, что Джинни устраивает кому-то разнос с самого утра. Кажется, именно это и происходит. Джинни осаждает горе-кавалера со всей присущей ее характеру пылкостью.
Сердце гулко стучит в груди от осознания.
Мерлин, что же я сделала!
Гермиона закрывает на мгновение лицо ладонями. Ей срочно нужно будет поговорить с Джинни. Прямо сегодня. В идеале, конечно, прямо сейчас, но работа никуда не денется. Следует прекратить поддаваться своей излишней импульсивности.
Гермиона обещает сама себе, что к Джинни поедет сразу после работы. Без лучшей подруги тяжело жить даже пару дней. Все равно, что кто-то забирает частичку тебя самого, когда она намертво к тебе припаяна.
Мысль о скорой встрече помогает Гермионе воспрять духом.
Она даже забывает на какое-то время о неурядицах вокруг, полностью сосредоточившись на работе и подруге, как вдруг в фойе разбивается о поверхность лакового стола знакомый голос.
— Я кофе свой уже больше получаса жду, — произносит Блейз так неожиданно, что заставляет Гермиону подпрыгнуть.
— Извини, — машинально произносит она, подняв голову и встав с места, — сейчас все будет.
Блейзу и самому не хочется выходить на деловой стиль общения и прибегать к холодности, но Гермиона так непривычно для самой себя выдает ему сегодня с утра порцию осуждения на личную тему, что это задевает его.
Забини просто хочет, чтобы все вернулось на круги своя. Чтобы они могли спокойно общаться, вместе обедать, с утра за чашкой кофе болтать ни о чем, пока телефонные линии еще перекрыты. Гермиона умная, как собеседник она Блейзу очень импонирует.
Он пока даже не знает, что такого можно сказать, чтобы у них снова все стало нормально.
Расстроившись, Забини возвращается на свое место и сразу берет в руку трубку, чтобы связаться со следующим клиентом и поскорее занять себя. Обычно так день проходит быстрее.
Гермиона ставит чашку на кофемашину и нажимает кнопку. Схватившись за ручку холдера, девушка бездумно смотрит на какой-то документ, валяющийся на столе, и сжимает губы. Она даже не представляет, как аккуратно извиниться перед Блейзом за то, что она сейчас ему выдала.
Она действительно не имеет права такое говорить ему, потому что это его жизнь, а не ее. Он же в ее личные дела носа не сует, хотя очень многие, особенно те, кто с ней совершенно не общаются, хотят свой нос в ее дела сунуть.
 
Гермиона достает из холодильника сливки и ставит их на столешницу. Она уже собирается закончить напиток, как вдруг взгляд падает на брошюру, лежащую рядом. Девушка берет ее в руку. Это информация об университете, которую Блейз оставляет ей на прошлой неделе.
У нее так и не доходят руки ее прочесть, на фоне других проблем в жизни Гермиона снова и снова откладывает на потом решение, которое находится исключительно в ее интересах. Она же любит учиться. Невозможно сильно любит.
Времени на ответ остается не так много, на фоне этого ограничения здоровый эгоизм Гермионы просыпается от долгого, мучительного сна. Она вдруг понимает, что хочет учиться. Хочет получать знания.
Она хочет пройти курсы в маггловском университете, чтобы быть рыбой в воде в своей сфере. Это особенно пригодится ей, когда отец Блейза вернется на свое рабочее место, и ее условия работы в корне поменяются.
Гермиона не уверена, что отец Блейза будет отвечать на ее вопросы.
А еще Гермиона не уверена, что после случившегося Забини пойдет ей навстречу, чтобы помочь попасть в этот маггловский университет.
Гермиона берет готовый кофе, захватывает свежий Ежедневный пророк и несет все в кабинет к Блейзу. Тот смотрит в свой монитор и почти не моргает, полностью сосредоточившись на работе. Девушка даже язык прикусывает, чтобы ничего не сказать лишнего.
Забини словно не замечает ее присутствия. Гермиона искренне надеется, что он это случайно, а не намеренно. Оставив все на столе, девушка уже собирается уйти на свое рабочее место, но вдруг останавливается и разворачивается на каблуках туфель к нему.
— Мне не собирать документы? — решается в лоб спросить она.
Блейз не сразу, но отводит взгляд от монитора, глядя на стоящую в дверях Гермиону.
— Что? — не понимает он.
— Для учебы, — сглатывает она, начиная перебирать пальцы от волнения. — Мне не собирать их, да?
Блейз сначала не отвечает, смотрит на встревоженную девушку, оглядывая ее с головы до ног. Получается, Гермиона принимает решения только в стрессовых ситуациях? Это умозаключение вынуждает Блейза чуть хмыкнуть, подняв уголок губ в полуулыбке.
Какая же все-таки необычная эта золотая девочка.
— Ты приняла решение? — спрашивает он, хотя уже знает ответ.
Гермиона кивает.
— Я хочу учиться, — чуть вздернув подбородок, заявляет она.
Забини смотрит на девушку под новым углом. Как же она изменилась за время работы с ним. Изменилась в лучшую, самую лучшую сторону. К девушке возвращается железный стержень характера, она приподнимает подбородок во время ходьбы, у нее чудесный вкус в одежде.
Она словно распускается заново, выбираясь из своей раковины. Блейзу отрадно видеть ее такой.
Он улыбается.
— Тогда собирай, — кивает он.
Гермиона буквально задыхается от благодарности, а теплая улыбка бывшего слизеринца почти до слез доводит. Ох, большинство в ее окружении очень эмоционально зрелые! Не держат подолгу зла, не таят обиду, стараются говорить сразу о том, что беспокоит.
Это открытие поражает.
— Спасибо, Блейз, — искренне благодарит она.
Забини с улыбкой кивает и снова возвращает свое внимание работе. Гермиона сначала какое-то время топчется на месте, а затем все-таки решается, потому что это в ее природе, поднимает голову снова, глядя на парня.
— И извини меня, пожалуйста, за…
— Забыли, — не дает ей закончить Забини и тепло улыбается. — Все нормально.
И эти шаги навстречу друг другу настолько сильно важны, что не передать словами. Они непроизвольно решают сразу забыть все обиды и оставить проблему недопонимания между друг другом.
От этого Гермионе дышится легче, а сам день начинает играть новыми красками.
Вчерашний молчаливый день забывается моментально, они с Блейзом снова работают в команде, и это так радует, что от переполняющих эмоций хочется широко улыбнуться. Блейз снова помогает ей, отвечает на вопросы, которые Гермиона ему задает.