Председатель (СИ)

— Зря вы так, товарищ председатель, — явно расстроился он, — я хороший специалист, а такие случайности у всех бывают.
— Хороший специалист хотя бы на следующий день заметил бы болезнь. Вы же решили спустить всё на тормозах или даже скрыть. Это недопустимо.
Тупин разочарованно отвернулся от меня в сторону овец и теперь угрюмо разглядывал их и молчал.
— Не забудьте провести ревизию лекарств на всякий случай. Если чего-то не хватает, то сразу ко мне. Овцы должны быть здоровы. Нам ещё план выполнять. Работайте.
Ветеринар всё также молчал.
— Вы меня слышали, товарищ Тупин? — спросил я.
— Слышал, — буркнул он себе под нос.
Ладно, хотя бы так.
Я вернулся в козлика и поехал в правление, где тут же созвонился со Светланой Ждановой. Сообщил ей, что в Красной Заре копытная гниль и предупредил, что отправлю официальный запрос на получение нового ветеринара. Я не питал иллюзий, что Тупин и его единственная помощница ветеринарный фельдшер Кудрявцева сумеют обеспечить надлежащий уход для почти двух сотен больных овец, а ведь ещё и другие животные есть, которые тоже нуждаются во внимании. Конечно, есть и другие работники овцекомплекса, но всё же.
Увы, Светлана меня не сильно обнадёжила, сразу предупредив, что хорошего специалиста найти будет трудно. Но тут не до жиру, пусть хоть какого-нибудь пришлют.
Далее я весь день занимался какими-то мелкими проблемами. То с Елиным пришлось снова общаться по поводу парт. билета Тупина, то с бухгалтером опять поднимали старые и новые документы, чтобы сверить планы. Так и день почти весь пролетел.
А к вечеру, Алла напомнила мне о репетиции юбилея. После чего привела меня на знакомое место. Неподалеку от разрушенного клуба, прямо на лавочках, уже сидела толпа артистов.
Что ж, посмотрим, что за номер каждый из них подготовил.
— Добрый вечер, товарищи артисты! — с улыбкой окинул я взглядом ожидающих меня людей.
— Здравствуйте, товарищ председатель! — отозвались они хором, словно уже отрепетировали и этот момент.
Среди ожидающих меня людей были как музыканты, так и обычные дети. Три женщины в одинаковых зелёных платьях с горошком кокетливо улыбнулись мне.
— Так, что у нас там по плану идёт? Кто первый выступает?
После моего вопроса Алла встала с места и открыла небольшой чемодан, что всё время носила с собой. Внутри оказался магнитофон со знакомым мне названием «Романтик», а рядом с ним лежал микрофон.
Она быстро всё подсоединила и сказала:
— Сначала выступит парторг, Борис Николаевич Елин, с поздравительной речью. После чего идёт речь председателя, а далее вручение почётных грамот для работников колхоза, — объяснила она, — ну а затем начинается развлекательная часть, включающая в себя выступления наших артистов и кино!
— Кино? — неподдельно удивился я, — Откуда?
— Вы чего! Кинопередвижка, — объяснила Алла, — они к нам заедут только на вечер, а после мероприятия отправятся в Красную зарю на два дня. 
Речь председателя, ну как же я мог забыть! Без этого никуда. Следует подготовиться.
Один из детей, темноволосый мальчуган лет так семи, сразу же подбежал ко мне и нетерпеливо воскликнул:
— Товарищ председатель, товарищ председатель! Я — первый! Можно начать?
— Ух, какой смелый растёт! — погладил ребёнка по голове, — Будем рады выслушать! Что ты приготовил для нас?
— Я с друзьями буду стишок рассказывать! — от прилива эмоций он то и дело размахивал руками, предвкушая выступление.
— Хорошо, веди своих друзей! 
Я уселся на лавочку рядом с Аллой, а паренёк демонстративно встал в метре от нас, затем повернулся ко всем присутствующим и махнул рукой другим детям, подзывая их к себе. Ребятишки выстроились в линию, подняли с гордостью голову, затем мальчуган начал:
«Когда был Ленин маленький, 
Похож он был на нас, 
Зимой носил он валенки, 
И шарф носил, и варежки. 
И падал в снег не раз!» 
Затем он кивнул девочке, что стояла рядом, и та продолжила стих. Для удобства, каждый из детей заучивал по абзацу. Четыре абзаца — четыре ребёнка и продолжали они строго друг за другом.
 
Самый крайний ребёнок закончил стих:
«Как мы, шалить умел он, 
Как мы, он петь любил, 
Правдивым был и смелым 
Таким наш Ленин был» 
Как прозвучала финальная часть стихотворения мне не понравилось. Мальчик произнёс его без выражения, словно кто-то насильно заставил учить стих, который не вызывал никаких эмоций и ассоциаций у ребёнка.
— Как зовут крайнего? — обратился я к Алле.
— Федя! — вмешалась в наш разговор одна из нарядных женщин, продолжая всё также кокетливо улыбаться.
Долго же искала причину со мной заговорить.
Я кивнул в знак благодарности и подозвал мальчика к себе:
— Федя, а вот скажи, кем приходится тебе Владимир Ильич Ленин?
Толпа загудела. Каждый то и дело пытался подсказать ребёнку ответ. Я поднял ладонь вверх, требуя тишины, и все моментально замолкли.
— Дедушка Ленин друг всех октябрят и пионеров, — тихим и неуверенным голосом ответил мальчик.
— А ещё, кто-нибудь может что-то добавить? — посмотрел на детей я.
— Революонер! Ревлюцнер! — девочка попыталась выговорить слово, что так нелегко давалось, затем перефразировала: — Папа говорил, что он освободитель народов!
— Революционер! Верно, — с улыбкой кивнул я.
— Отец коммунизма! — послышался громкий и решительный голос того самого мальчика, кто так жаждал выступить первым. 
Я вновь посмотрел на Федю и добавил:
— Когда-то давно, дедушка Ленин был таким же, как и вы, — обратился к детям я, — Но его смелости хватило, чтобы изменить судьбы всего мира. Ты говоришь о спасителе, Федя, о великом человеке, которого знает каждый. Вам достались строчки неповторимого стихотворения, произносите их с гордостью и выражением!
Я попросил детей выступить повторно. В этот раз стихотворение заиграло совсем другими красками. Федя мальчик умный, сразу понял, что к чему и на этот раз звучал лучше всех.
Под громкие аплодисменты детишки уступили место пожилому гармонисту.
Седой старик в фуражке, словно молодой, поднялся с лавочки и резким движением накинул на себя гармонь, затем сразу же перебирая бешено пальцами принялся наигрывать игривую мелодию:
«Ну так здравствуйте друзья, 
Дорогие зрители! 
Я для вас спою частушки 
Послушать не хотите ли?» 
Толпа захлопала в такт музыки, подбадривая исполнителя, а старик тем временем с улыбкой продолжил петь частушки:
«Люда, Людочка, Людок 
Дай пощупать за задок 
Дай пощупать за задок 
А потом за передок!» 
На эмоциях исполнитель покрутился вокруг себя несколько раз, продолжая наигрывать мелодию.
Услышать что-то подобное я не ожидал. Судя по реакции всех собравшихся — вообще, никто не ожидал! Где-то сзади раздались голоса, обсуждавшие Людку, что работала дояркой. Всем стало интересно, не ей ли старик посвятил серенаду и как отнесётся к этому его жена.
Гармонист тем временем продолжал выступление:
«Я вчера пришёл к врачу, 
Говорю: „Всегда хочу!“...» 
— Стоп! — громко потребовал я, и пожилой музыкант послушно остановился, уставившись на меня непонимающим взглядом.
— Товарищ председатель, хотите на бис? — предположил он, готовясь заиграть на музыкальном инструменте вновь.
— И одного раза хватило! Вас как зовут? — я поднялся с лавочки и направился к старику. Не хватало ещё так опозориться на празднике!
— Дети! Как меня зовут? — корча рожицы спросил старик.
— ДЯДЯ МИТЯ! — выкрикнули хором они.
Он широко улыбнулся в ответ и сказал:
— Товарищ председатель, меня зовут Шапочкин Дмитрий Николаевич! А для всех я просто — дядя Митя!
— Дмитрий Николаевич, — шепнул я, — Как вы смеете исполнять подобное перед детьми? Постеснялись бы!