Книга Судеб (СИ)
Она все говорила и говорила, а по ее щекам стекали слезы. Мне было совсем непонятно, что за причина побудила ее грустить. Но сейчас это и неважно. Вместе с названием, я получил и небольшое воспоминание девушки, где она когда-то встречалась с таким существом в дикой природе.
Тварь невероятно редкая, именно поэтому бывшая госпожа Малуши решила ее искусственно вывести. Защиты от такого типа влияния на мозги почти ни у кого не было, поэтому ни одна из энергий бы не помогли против такого оружия. Видимо контролировать существо так и не научились, и оно досталось в наследство следующему владетелю. Онв свою очередь тоже не нашел ему применение. Лишь энергия звезд могла сдерживать тварь, а когда та исчезла, ярус превратился в столовую.
— Присмотри за детьми, — положил я руку на плечо Малуше, на что получил слабый кивок.
Девушке сейчас придется невероятно тяжело. Видимо энергия смерти изменила Малушу гораздо раньше нашего с ней знакомства. Теперь же, после того как я привел ее в изначальный вид, она потеряла память о многих прошлых годах своей жизни. Надеюсь Василисе удастся привести ее в чувство. Не хотелось бы потерять такого ценного союзника.
Перемахнув через высокий забор, я отбросил все мысли о фамильяре. Ей моя жалость не нужна, лишь буду сбивать ее своим потоком мысли. Надо сосредоточиться на противнике. Насколько Малуше было известно, тварь почти аморфна и передвигается очень медленно. Она похожа на жировую каплю, которая ест все что имеет хоть отдаленное отношение к животной или растительной органике. Подтверждение этих слов я встретил когда наткнулся на ее след. Трава, ветки деревьев, мясо мелких птиц, все это словно искупалось в бадье с кислотой. Но самое отвратительное, это вонь, вонь не до конца переваренных трупов, которые вывалились из тела-капли по пути ее следования. Дикая мерзость. Ну хотя бы долго искать не нужно.
Пройдя по пути следования твари, я нашел ее буквально через десять минут посреди небольшой площади. Мин Инибрин действительно было не очень-то быстроходно. Само существо интересовало меня мало, но вот то что рядом с ним вились мои гвардейцы, это было очень плохо. На моих глазах один из воинов повинуясь приказу переданному через щупальце, засунул руку в тело существа-капли. Дикая боль вернула ему самосознание и он попытался дернуться в сторону, но собственные же товарищи удержали его и начали медленно заталкивать внутрь твари. Тело Мин Инибрин задрожало и немного раздалось в ширь, чтобы уместить в себе еще одного бедолагу. Внутри этого студня уже было не меньше пары десятков тел, а оно все никак не планировало заканчивать этот жор.
— Мата, — неожиданно расслышал я тихий голос Кали где-то метрах в десяти по правую руку от себя. — Что ты делаешь, вернись!
— Ты разве не видишь, сильная боль возвращает им контроль над своим телом, надо хорошо ударить дядю Гарума и тогда он очнется! — в отличии от брата, девочка не собиралась много думать, да и голос она не понижала, поэтому их местоположение не останется тайной еще хоть сколько-нибудь долгий срок. — Я пойду и врежу ему по яйцам, будет больно, но он справится! И другим я тоже ударю, поблагодарят еще потом!
Больше девочка не стала медлить, у нее перед глазами был четкий, а главное идеальный на ее взгляд план. Побить здоровых мужиков по яйцам, убить монстра и слушать благодарности.
— Дурочка, боль от удара быстро проходит, разве что ты их всмятку разобьешь- обреченно покачал я головой и направился из-за укрытия на площадь, где уже начинались первые выкрики боли.
Глава 9
Детские игры. В головах взрослых людей это словосочетание находит очень разный отклик. Кто-то представляет себе игры по типу — дочки матери, прятки, догонялки и другие, в сущности безобидные развлечения. В моей голове детские игры ассоциируются с той плеядой игрищ, где ребенок вполне себе может остаться без глаза или даже без пары пальцев. «Казаки-разбойники» или «догони меня кирпич» лишь верхушка того айсберга, на которую воспитанники детского дома взбираются чуть ли не ежедневно. Наверное, именно из-за моей закалки я и не ужаснулся от увиденного, когда все же вышел на открытую площадь.
Несмотря на то, что Мин Инибрин занимал добрую половину всего открытого пространства, здесь все еще оставалось достаточно места для гвардейцев и остатков мародёров. Несколько десятков людей и нелюдей, естества которых контролировал монстр. Посреди этого скопления народа, Мата скакала на небольшом пятачке и выписывала ближайшим к себе воинам хорошие пинки. И самое интересное, девчонка каким-то образом умудрялась пробивать сквозь пластину гульфика! Да не у всех такие были, но факт есть факт, девочка била очень сильно.
Что важно, Мата старалась ни на шаг не отходить от Гарума, из-за чего тому доставалось больше остальных. В какой-то момент я даже испугался, а вдруг она действительно решила всмятку разбить его достоинство, лишь бы вернуть его сознание в норму. Если быть честным, ее затея имела под собой основания. Гарум действительно пребывал в сознании, периодически. В моменты пика боли его глаза светлели, и он кричал на Мату, чтобы та уходила, но той, кажется, было плевать. Она просто вошла в раж. Никогда бы не подумал, что девочки бывают такими кровожадными.
— Видимо, все же придется вмешаться, — произнес я сам себе под нос, когда девчонка начала выдыхаться. — Смотреть как мелкая девчушка избивает здоровых лбов, это весело, но не когда рядом с ней еще и огромный монстр…
Мин Инибрин видимо считал также, как и я, а потому решил вмешаться лично. Его навыки управления марионетками оставляли желать лучшего, так что он решил действовать куда как проще, но в разы надежнее. Его студенистое тело крайне медленно пришло в движение, и он начал разворачиваться. Только дурак не понял бы, что он решил отрезать Мате пути к отступлению. Марионетки больше не бросались бездумно на мелкую вошь, они стали окружать ее и плотным строем гнать прямо на монстра.
Девочка начала паниковать, резкая смена поведения противников стала для нее сильной неожиданностью. В какой-то момент, ей даже пришлось оставить Гарума, чтобы увернуться сразу от четырех рук марионеток.
Времени оставалось все меньше, а я все медлил. Медлил, но не потому что не знал, что мне делать, а потому что боялся причинить вред собственным подданным. Не их вина, что они оказались здесь, а их разум в плену. Если я убью тварь, где гарантия что мои воины не умрут вместе с ней?
Впрочем, есть интересная идея. Мародёров ведь не жалко? Нет. Вот и отрубим от твари кусок, где растет щупальце, контролирующее не гвардейца, а отброса клоаки.
В этот же самый момент, когда я принял решение и начал двигаться, из-за того укрытия, где по идее должен был прятаться Кали, раздался очень странный и довольно громкий гул. Это оказалось столь неожиданно, что на него обернулись все: Мата, все еще корчащийся на земле Гарум, марионетки, и даже сам монстр казалось чуть повернул свое желеобразное тело в нужном направлении.
Гул рос, становился все более опасным и близким, пока из-за высокой зеленой изгороди не вылетела повозка. Запряженная одной единственной лошадью, ее борта были оббиты какой-то непонятной тканью. Ветер проходил сквозь ткани и создавал тот самый гул, что вызвал такие нешуточные опасения у всех, кто его слышал. На деле же, повозкой управлял Кали, а значит, хоть какой-либо существенной опасности для окружающих, эта колымага нести не могла. Но ему, кажется, было плевать, мальчишка с горящими глазами стегал бедную животину и абсолютно не мог управиться с ней. Вот только, это его лишь раззадоривало.
Задумка парня казалось такой же гениальной, насколько и тупой. Он в кратчайшие сроки нашел посреди шестого яруса какую-то телегу с тягловой лошадью и решил с ее помощью помочь своей сестре. Вот уж действительно, тактик.
Кстати, насчет отсутствия опасности — это я погорячился. Повозка влетела на площадь и буквально протаранила строй марионеток, раскидывая их как игрушки. Прямо-таки кегли в боулинге. Сам Кали успел спрыгнуть с этого импровизированного тарана до столкновения и сейчас кубарем катился по брусчатке.