Чужой спор (СИ)

Я рассмеялась. Удивительно, как с один драконом было легко, а с другим… сложно. Сложности не забыли о себе напомнить.
— Ты бы еще огонь изо рта пустил, — хмыкнул ледяной.
— Ты ничего не понимаешь в ухаживаниях, — отмахнулся от него Трей.
А я порозовела.
— Может тогда и Ар-Тар принесешь даме? — саркастически предложил Ириар.
Трей на мгновение замер, задумчиво посмотрел на меня.
— Анабель, а ты же никогда не пробовала драконье вино?
— Я не пью! — сразу отказалась от подобного.
Нет уж, спасибо.
— Чуть-чуть! — возмутился представитель драконьего племени. И порывисто поднявшись, сказал: — Я быстро!
И стремительно покинул гостиную. Оставив наедине меня и ледяного… М-дя. Но он же быстро, да?
— Нервничаете? — с интересом наблюдая за мной, вдруг спросил Ириар.
— Да, знаете, как-то наше прошлое пребывание наедине закончилось не очень, — отозвалась, незаметно косясь на двери.
И куда Трей ушел?
Может смешно. Но наедине с ледяным я испытывала волнение. И сама не могла понять почему.
— Хотите сказать тогда не было оснований? — вскинул темную бровь высший.
— Опять будете обвинять во всех грехах?
— А у вас много грехов? — тут же заинтересовался ледяной.
Смотрела я на него крайне возмущено.
По точеным губам мужчины скользнула усмешка. Зеленые глаза насмешливо блеснули. Но голос был предельно вежливый:
— Как видите не обвинил.
— Из-за спора? — язвительно поинтересовалась. Зная, что из-за магических споров нельзя накладывать ограничения.
— Не без этого, — согласился дракон. — Но основная причина не эта.
Заинтригованно посмотрела на мужчину.
— Вы хоть и снежный маг, но сил у вас, — усмехнулся дракон, — скажем мягко, не очень много. И на такую заморозку магии не хватит.
Если мужчина думал, что после его слов я облегченно выдохну, он ошибся. Я переварила его слова и уяснила главное. А главное это…
— Вы с самого начала знали, что я не виновата! Но нагло обвиняли меня!
Мне улыбнулись чисто по-драконовски. А затем вкрадчиво, как большую тайну сообщили:
— Вы слабый снежный маг, Анабель. Но, — пауза взбесила. Но я терпеливо ждала, когда его чешуйствество продолжит: — Вы способный артефактор. «Талантливый. Когда дурь в правильное место применяете».
Я замерла. Несильно учтивые слова мне были не просто знакомы. Когда-то я слышала их каждый день. И я сейчас не про то, что способный артефактор, а…
«Талантливый. Когда дурь в правильное место применяете»
Так говорил мой куратор и наставник. Он же с руганью разгребал мои не самые удачные эксперименты с артефактами.
Я пристально уставилась на безмятежного дракона. Очень подчеркнуто безмятежного дракона.
— Вы что, справки обо мне наводили?
— Да.
Я поняла, что у меня нет слов. Просто нет слов. А этот драконище…
— Узнал о вас много любопытного, — широко улыбнулся ледяной.
— Рада, — мрачно проговорила я.
Учитывая, что, когда я выпустилась весь преподавательский состав напился радуясь, что от меня избавился. И как горько плакал и орал, когда я предложила продолжить учебу у них.
Все мои четыре заявления о испытании, чтобы продолжить учебу, таинственно исчезли. И я выкинула эту идею из головы. Временно. Пусть успокоятся, расслабятся…
— И что дальше?
Настроение было ниже Ледяного озера. А оно самое глубокое в нашем мире.
— Ничего, — расслабленно произнес высший. И напомнил о неприятном: — Но возле другой статуи, тоже сильно похожей на одну девушку, нашли артефакт с вашей магией.
— Он не мой! — взволнованно произнесла я, сжимая кулаки. — И я не понимаю, как там оказалась моя магия.
Дракон кивнул. Как-то легко согласившись.
— Вы верите? Почему? — само как-то вырвалось.
— Запах был не ваш, — коротко пояснил ледяная нюхалка.
— А вы мой запах хорошо запомнили, — хмуро не то спросила, не то констатировала я.
— Пришлось, — издевательски развел руками мужчина. — Вы слишком часто на меня падаете.
— Вы! — я вскочила со своего места, сжимая кулаки.
Этот дракон мог вывески кого угодно! Совершенно невыносим! И как меня бесила его усмешка!
 
— Выпейте чая, Анабель, — протянул ледяной.
Под заинтересованным драконьем взглядом, я опустилась обратно. Ну, не угрожать и ругаться же с ним? Хоть и хочется.
А мужчина неожиданно встал.
— Угощайся! — пододвинул ко мне столик.
— С-спасибо.
Взгляд зацепился за большое блюдо, на котором были круглые пироженки. Наверху, видимо, на глазури, были восхитительные картинки, нарисованные с таким изяществом, четкостью и детальностью, что больше напоминали картины художника, чем сладости.
Неужели драконы такое едят?
Я выбрала одно. С детально прорисованным белым замком и синим драконом. Поднеся ближе, с удивлением различила даже чешуйки на дракончике!
Картинка на глазури неожиданно ожила. Я вздрогнула. Дракон сделал круг над замком, флаги затрепетали под порывом ветра, а листва зашелестела.
Я, как зачарованная, смотрела на это волшебство.
И уже собралась попробовать. И даже уже поднесла пирожное ко рту, чтобы откусить, все поглядывая на живую картинку, как…
— Да кусай ты уже! Чего тянешь? — ворчливо заметил кто-то…
Я в шоке уставилась на пирожное. Просто голос шел именно оттуда.
— Ну чего смотришь? Ешь!
Пирожное я едва не уронила, подавившись и только поэтому не завизжала. Как-то не привыкла… разговаривать с едой, которую собираюсь есть.
  
34
 
Держа сладкое на вытянутой руке, я аккуратно положило его обратно на тарелочку. Медленно выдохнула, пытаясь убедить себя, что не сошла с ума…
— Не понял! — возмутился все тот же голос. — А меня что, есть никто не будет?!
У меня впервые еда недовольна, что ее не хотят есть.
— Эй, девушка!
Я делала вид, что ничего не слышу.
Пироженка это просекла и… встала на ножки. Спрыгнула с блюдца и просеменила ближе. Уперла ручки в сладкие бока и начала ругаться:
— Это чем я не хорош, а? Это чего меня есть отказываются? Я приличное пирожное!
Синий дракончик дыхнул огнем. Пироженка развернулась ко мне, сложила лапки на груди и уставилась на меня укоризненным взором.
Я не смотрела! Но взгляд сам косился в ту сторону.
— Эй! — пироженка негодующе подпрыгнула. — Чего это нос воротим?! Что это нас не устраивает? Я сладкий и милый! А ну ешь меня! — потребовала сладость, которая вообще-то не должна бегать по столу, привлекая внимание, не говорить.
Я сбрендила?
С этими драконами все может быть.
Печально, конечно. Но печально вдвойне, что сбрендила именно я.
— Да что же это такое? — возмущенно топнула ножкой пироженка. — Меня, уважаемое и достопочтимое пирожное, и есть отказываются! Еще и внимание не обращают! Да я…
Продолжить сладость не смогла. Раздалось красноречивое покашливание.
Мы с пирожным синхронно посмотрели на ледяного. Я с надеждой, что мир вернется к нормальному состоянию. Пироженка — тоже с надеждой. Но по-другому поводу.
— Кушать? — чуть ли не вприпрыжку подбежал к дракону десерт.
Ледяной поморщился и…
— Стройся! — рявкнула вдруг пироженка.
Оставшиеся пироженки вскочили с тарелки и ровным рядком выстроились перед ледяным в самой соблазнительных и провокационных позах.
У меня медленно вытянулось лицо. А дракон невозмутимо сидел и даже бровью не повел.
— Портим фигурку? — с надеждой спросило мое бойкое пирожное.
Высший бросил на потрясенную меня взгляд.
— Брысь. И чтобы не видно, ни слышно, — негромко приказал ледяной.
И таким тоном, что пироженки разом вздрогнули. Я тоже. А после…
Главное пирожное махнуло ручкой и дружным строем десерт направился прочь со стола, на пол и оттуда… куда-то.
 
И если сначала я просто сидела и думала, что в ближайшее время сладкое есть не смогу, то когда запели глупую песенку бунтующих пирожных: