Виолетта. Боги феям (не) указ! (СИ)

— Адамас, — тихт шепнула я и резко скинула его руки. — Держи свои лапы при себе!
Резко обернувшись, я сложила руки на груди и ласково улыбнулась, но во взгляде была жестокость и кровожадность.
— На колени, — жестко приказала ему.
Мужчина посмотрел рестерянно, но медленно опустился.
— Запомни, песек! — потрепав его по щекам, произнесла. — Ты теперь лишь Цербер моего Ада.
Толкнув его ногой, я заставила его повалиться на землю. И переступив через него, гордо ушла. Больше этому мужчине нет места. Один раз я уже дала слабину.
Мужчина же на земле лишь улыбнулся. Его маленькая девочка. Еще такая маленькая! Он тихо рассмеялся. Его борьба за нее будет длинной, но они уже женаты.
И у него есть целая вечность мира, чтобы завоевать ее…
Сама же Виолетта сердилась за Адамаса. Поэтому решила помучить пару лет своей жестокостью и равнодушием. А после… простить.
Тем более… рано или поздно, ему же придеться сказать, ведь так?
Когда она только проснулась после принятия силы… они поговорили с Адамасом один единственный раз. И именно ему она отдала девственность.
Должен же бог Хаоса знать, что у него есть взрослый сын?
Виолетта не знала, что мужчина уже давно расплатился за каждую обиду. Адамас повзрослел. Буквально постарел за несколько лет. Стал мудрее. Пересмотрел все ошибки.
Годами он смотрел на счастье этого дракона недоноска в окружение внуков с дитьми и завидывал! Черной завистью. Потому, что это должны были быть его дети! И его внуки! А этот дракон их отнял! Он забрал у Адамаса все. Но… черное сердце бога хаоса в тайне злорадствовало, а сердце сбивалось с ритма, ведь этому дракону так и не удалось заставить эту женщину забыть его — Адамаса.
Он набоюдал за Виолеттой. И сейчас она сколько угодно может строить из себя стерву, но он видел многое. И незримой тенью старался быть рядом, ведь Виолетта сказала ему не приближаться. Сказала, что не хочет видеть. Вот он и сделал так, чтобы она… не видела его.
Но он-то видел ее и многое другое.
Ей было тяжело. Он запомнил каждую слезинку. Проснувшись только, его маленькая девочка наконец-то поняла, что с людьми нельзя по хорошему, поэтому поспешила с коронацией. Она думала, что все будет легко. Его глупая наивная девочка еще не знала, в какую грязь решила ввязаться. И тут же столкнулась с неприятностями.
Армия не хотела принимать его девочку. Вилу не знала, что и делать, поэтому обратилась к истокам. Она хотела узнать, как прежние правители мира справлялись. И нашла информацию, что, когда-то мир тоже был един. Была лишь одна империя в целом мире. Но после она разорвалась. Цельной империей этот мир был при правлении Себастьяна Беспощадного. Но когда на трон пришел его сын — Ярослав Милосердный, то империя раскололась.
Тогда-то Вилу и узнала, что империя была цельной только пока ею правил мужчина, что держал народ в железном кулаке. Она нчала разробатывать стратегию. Долгое время. Почти год она отдала на продумывания плана. Но после столкнулась с жестокой ральностью. Одним из пунктом ее плана было поставить армию на место. Этому могла поспособствовать лишь смерть. Казнь всех непокорных. Но девушка не могла решиться на убийство.
Но армия пошла на ужаснейший поступок, который привел в ярость королеву. Они украли ее годовалого сына и собирались принести его в жертву матери Адамаса. Они хотели просить Светлую Богиню о "справедливости". Тогда-то Виолетта и поняла, что нельзя быть доброй.
Только не в политике. Она убила весь легион тех предателей, которые пошли на подобное. В тот день народ и увидел новую королеву — Кровавую королеву.
Ее сын вырос благородным и сильным мужчиной, но Виолетта так и не смогла простить. Ее материнское сердце буквально разрывалось от осознания, что она могла потерять сына. Поэтому все последующие реформы были жестокими. З годами Вилу и сама стала жестокой.
Но Адамас знал одну вещь.
За каждую смерть она ставила свечку в храме матери. За каждую жизнь ненавидела и презрила себя. За каждого убитого рыдала в подушку годами. Она так и не смогла простить с годами.
 
Себя. Она мстила жестоко и отчаянно — себе.
А еще мужчина знал, что сейчас Виолетта упала на пол в своей огромной, но пустой спальне и рыдает. Не сдержавшись мужчина пошел к ней.
Там он сел рядом и впервые за долгие годы позволил себе прикоснуться к ней.
— Прости… — глухо прошептал Адамас.
— Я люблю тебя… — тихо ответила Виолетта.
От жестокой королевы не осталось и следа. Ведь она никогда не была такой. Просто была вынуждена поступать как жестокая королева. Но в ее сердце жила любовь. Жалость, сострадание. Невозможно представить себе лучшей бабушки и матери!
И Адамас хотел сделать эту сильную женщину счастливой. Ведь она заслужила это. Она была сильной королевой, которую было не сломить. Нежной и любящей матерью, что даже уставшая и падающая с ног — приходила поцеловать ребенка на ночь. Строгой, но мудрой бабушкой, что закармливала внуков и заставляла одевать шапки. А главное… просто красивой и умной, ранимой и сильной девушкой.