Укрощение строптивых (СИ)
В реальность меня вернул стук в дверь, и я быстро смахнула слезу.
- Алиса – послышался строгий голос Степаныча – нам пора.
Я схватила спортивную сумку и вышла. Подготовившись к взвешиванию, я вошла в огромный зал, полный людей. Климова со своим тренером уже стояли на сцене, специально подготовленной под тематику бокса, и позировали фотографам. Естественно, такое событие в мире спорта не могло остаться без внимания прессы.
Я поднялась по маленькой лестнице, пожала руки супервайзерам и встала с краю, Степаныч медленно проследовал за мной и остановился рядом. Климова презрительно осмотрела меня с ног до головы. Когда наши взгляды встретились, я резко дернула головой и широко раскрыла глаза, якобы говоря «Че надо?». Она лишь ехидно усмехнулась и отвернулась. Чувство злости стало растекаться по моему телу, и я сжала кулаки.
Первой взвесилась Климова, теперь настала моя очередь. Когда я подходила к весам, она прошла мимо меня, не отводя взгляда, и показательно столкнулась нашими плечами. Я усмехнулась «какая же сука!».
На бой мы обе вышли с весом 56,0 кг. Зафиксировав все документально, организаторы выступили с пламенными речами, заводя публику и интригуя журналистов. В конце нам предстояло поприветствовать друг друга, и мы с Климовой встали лицом к лицу для показательного рукопожатия.
- Ну что, Сафонова – прошептала она, пока кто-то из супервайзеров говорил в микрофон – готова еще раз упасть к моим ногам?
- Готова разбить тебя в пух и прах – злобно прошипела я, глядя ей прямо в глаза.
- Круто – усмехнулась она – только не плачь, когда все окажется наоборот. Или побежишь опять к мамочке жаловаться? Ах, я забыла, ты же сиротка.
Я сдерживалась изо всех сил, но последние слова вывели меня из себя. А она видимо этого и добивалась.
- Тварь – яростно прошептала я, и мы сцепились с ней, хватая друг друга за руки.
Тут же подбежали организаторы и стали нас растаскивать. Степаныч, который стоял рядом, схватил меня за плечи, пытаясь отодрать от соперницы. Я готова была набить ей морду прямо здесь, не обращая внимания на то, что меня могут дисквалифицировать. Никому не позволю открывать рот в сторону мамы. Предотвратив нашу потасовку, которая доказала, что бой будет зрелищным, нас развели по сторонам.
- Тебе завтра конец – выкрикнула Климова, поднимаясь на носочках сквозь высоких мужчин.
- Еще посмотрим – раздраженно ответила я, пытаясь встретиться с ее глазами.
- Угомонись – грозно рыкнул на меня тренер – ты че творишь?
- Степаныч, она про маму сказала – огрызнулась я, пытаясь успокоиться – спровоцировала, сука.
Тренер знал, что эта тема очень болезненна для меня. Он покачал головой и посмотрел в сторону соперницы, запретив мне туда поворачиваться. Я опустила глаза в пол, поставила руки на талию и тяжело дышала. Организаторы извинились перед присутствующими и продолжили говорить. Успокоившись, я подняла глаза в зал и увидела парня в кепке, стоящего неподалеку. Его очень позабавило произошедшее, потому что он широко улыбался. Половина его лица была скрыта под козырьком, но эту хитрую ухмылку я сразу же узнала. Кирилл был здесь. Я облегченно выдохнула, почувствовав какую-то невидимую поддержку, и попыталась скрыть радость, от которой уголки моих губ стали медленно подниматься вверх. Вдруг он стал пробираться сквозь толпу и вышел из зала. Я хотела броситься ему в след, но, к сожалению, сделать этого я не могла. Все остальное время я нервно выжидала, когда весь этот показной фарс закончится.
Наконец-то мероприятие было завершено, я выбежала в холл и стала искать глазами Кирилла, но все было безуспешно – там никого не было. Наверное, он мне опять стал мерещиться! Расстроившись, я отправилась в номер, вечером предстояло собрание с командой для разбора и обсуждения тактики ведения боя.
ГЛАВА 35.
Сегодня мне не хотелось сидеть в тишине. В наушниках играла песня, которую я выбрала для выхода на ринг. Я вчера заменила старую, так как эта лучше всех подходит к моему настроению. И пускай она не такая динамичная, но именно она помогает мне настроиться на бой. Я поставила ее на повтор и уже прослушала раз десять.
«Сияющий ангел! Я верила —
Ты мой спаситель в самый черный час.
Ослепленная верой, я не могла услышать
Тихий шепот, так ясно предупреждающий меня.
Я вижу ангелов и веду их к твоим дверям.
Теперь — нет спасения и нет больше жалости,
Нет раскаяния — я по-прежнему помню
Улыбку, с которой ты убил меня».
Подпевая себе под нос, я надела форму, накинула халат красного цвета, подошла к зеркалу и глубоко вдохнула. Все, Алиса Сергеевна, финишная прямая! Посмотрев себе же в глаза, я увидела, как в них блеснул яркий огонек. Передо мной стоял боксер, готовый все крушить на своем пути. Когда песня затихла, послышался громкий стук в дверь.
- Войдите – снимая наушники, сказала я и повернулась.
В раздевалку зашел Степаныч, по его лицу я сразу же поняла, как сильно он переживает.
- Пора – тихо произнес тренер, подошел к столу, взял перчатки и стал надевать их мне на руки.
Мы делали все в полнейшей тишине, от этого напряжение нарастало еще больше. Мы оба понимали, что в следующий раз я окажусь здесь либо победителем, либо проигравшим. Но второго допустить я никак не могла, занять опять второе место на Чемпионате – это было бы для меня унизительно.
- Алиса – зашнуровывая перчатку, прошептал Степаныч – прежде чем Климова наносит удар, она делает шаг вперед.
- Я помню – радушно улыбнулась я, посмотрела на тренера и обняла его - спасибо.
- Ну, довольно бабских нежностей – усмехнувшись, сказал он и похлопал меня по плечам – пошли.
И вот я вновь стою перед огромной металлической дверью. Я услышала, как ведущий объявил мое имя, затем заиграла песня «Angels» группы Within Temptation и распахнулся выход в зал. Гул толпы был ошеломляющий. Не поднимая головы и подпевая себе под нос, я прошла сквозь коридор из людей, находящихся за металлическими ограждениями. Сначала на ринг заскочили ребята из нашей команды, растянули канаты, помогая мне залезть. Скинув капюшон с головы, я подняла руки вверх, приветствуя зрителей. Я прошла по кругу, затем подбежала к одному из углов, взобралась ногами на нижние ярусы канатов и стала махать руками, заводя толпу. Передо мной плескалось темное море аплодисментов. Рассмотреть что-либо было невозможно, так как меня слепили яркие лучи софитов и вспышки фотокамер. Я смотрю по сторонам, широко улыбаясь, и понимаю, что люблю такую обстановку. От получаемого драйва сердце бешено колотится от счастья, разгоняя кровь по венам и устраивая шторм. Голова чистая и ясная, ни одна мысль не смеет влезть и нарушить баланс.
Окончив купаться в овациях зрителей, я встала в красном углу в ожидании соперницы. Зазвучала музыка, и в зале показалась Климова в синем халате. Она поднялась на ринг, так же поприветствовала толпу и остановилась напротив.
Оставшись без лишней одежды, мы подошли к рефери. Он проверил состояние наших лиц и прощупал перчатки.
- Сафонова - злобно прошипела Климова – готова опозориться на весь мир?
- Сегодня нет Привольского – серьезным тоном ответила я – некому тебе подсуживать.
- Я отправлю тебя в нокаут – ехидно усмехнулась она.
- Не говори гоп, пока не перепрыгнешь – прошептала я, глядя ей прямо в глаза.
- Я жду от Вас честного боя – подытожил свою речь рефери и дал сигнал руками о начале боя.
Гонг! Раунд 1.
Идти пока в наступление я не собиралась, надо было предугадать тактику соперницы. Она тоже аккуратно прощупывала почву, лишь иногда делая пугающие шаги вперед. Мы не отводили взгляда друг от друга. Пройдясь пару кругов, я начала атаковать, нанося размашистые удары сбоку. Климова крепко встала в стойку и закрыла лицо, защищаясь и не давая мне пробить по лицу. Устав укрываться от моих кулаков, она резко обхватила меня за плечи, сцепила руки и пошла вперед, отталкивая меня к канатам.