По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара (СИ)

Я нахмурился.
Хоть мне и пришлось согласиться с предложением оставить у власти послушную куклу, когда-то бывшую Брасселом Сературом, сам я это считаю лишь кратковременным решением. Если мы отобьём Рэйтерфол… вернее, когда мы отобьём Рэйтерфол, делать тайну из влившейся в состав королевства расы гомункулов я не собираюсь, и вот тогда многие сложат два и два и вспомнят нашу битву с Балиссом, и, как следствие, обратят своё внимание и на самого герцога. И если истинная личность афилемского правителя раскроется, в ближайшем будущем это может стать крупной политической проблемой. Хорошо хоть времени подумать над тем, как выйти из этой щекотливой ситуации, ещё вполне предостаточно.
Свернув за угол, я в задумчивости остановился у двери в отведённую мне спальню и взялся за ручку.
Что ж, теперь, изложив товарищам свой нехитрый план, раздав указания и скинув все организационные моменты на многочисленных помощников, можно, наконец, и отдохнуть.
Открыв дверь и шагнув внутрь, я замер без единого движения, не сводя глаз со стоящей ко мне спиной обнажённой, черноволосой девушки. Медленно поднимаясь взглядом по её изящной фигуре, отмечая про себя упругость тренированного тела и блеск волос, разбросанных по бархатной коже спины, я невольно улыбнулся, когда Скайдэн повернула голову и взглянула через плечо своими тёмными глазами.
— Опаздываете, мой король, — полные губы лимры насмешливо изогнулись. — Мы вас уже заждались.
Я вздёрнул бровь.
Мы?
Шелест ветерка проносится позади и по плечам скользят женские ладони, а в следующее мгновение разгорячённое тело прижимается к моей спине, а шею и ухо обжигает жарким дыханием.
— Ты же не думал, что я пошутила? — томно прошептала Шейди, и её пальцы медленно опустились по моей руке.
Усмехнувшись, я чуть повернул голову и взглянул в глубины её фиолетовых глаз.
— Что ты. Даже не сомневался.
— Ммм. Хороший мальчик…
Заставив мои пальцы отпустить дверную ручку, Шейди закрыла дверь в спальню…
***
Аккуратный, но в то же время настойчивый стук отвлёк меня от медитативного поглаживания плеч лежащих у меня на груди девушек. Бросив ленивый взгляд на дверь, со вздохом поднялся под недовольное ворчание своих нагих дам, призвал на себя из одежды одни лишь штаны и поплёлся открывать незваным гостям.
— Милорд Саргон, — стоящая у порога Лираэллит присела в реверансе, а затем, скользнув взглядом по моему обнажённому, усеянному многочисленными шрамами торсу, с твёрдостью посмотрела мне прямо в глаза. — Разрешите с вами поговорить?
Рассматривая молодую графиню с проснувшимся интересом, я криво усмехнулся.
— Конечно. — Распахнув дверь, повёл ладонью вовнутрь. — Прошу вас, миледи.
Она прошла мимо меня в опочивальню, пахнув дорогими духами, и удивлённо замерла посередине залы, когда её взору открылась кровать с весело улыбающимися голыми красотками, которые даже и не думали хоть как-то прикрыться, бесстыдницы! Я же, тоже с лёгкой улыбкой на лице, специально не закрывал дверь, смотря в спину аристократки и с любопытством ожидая её реакции. Однако та повела себя как подобает дочери герцога, быстро взяв себя в руки и с лёгкой растерянностью изобразив невозмутимость.
Беззвучно хмыкнув, я закрыл дверь и прошел мимо неё к столу.
— Вам чего-нибудь налить?
— Нет, благодарю.
Плеснув себе в кубок белого вина из золотого кувшина, я вольготно развалился в кресле к ней лицом, сделал глоток и в ожидании уставился на неё. Графиня же, едва заметно дёрнув бровью, вновь взглянула на девушек в мой постели.
— Не сочтите за грубость, милорд, но я бы хотела поговорить с вами наедине.
— Не сочтите за грубость, миледи, но мне нечего скрывать от своих трограндов. — И ведь даже не приукрасил — и так планировал вручить своим приближенным высшие должностные статусы при себе любимом.
— Не волнуйтесь, графиня, мы умеем быть молчаливыми, — проворковала Скайдэн.
— И незаметными, — добавила Шейди, беззастенчиво поглаживая тело лимры и вызывающе разглядывая похотливым взглядом фигурку дочери герцога.
 
Поборов смущение, с заалевшими щеками Лираэллит вновь обратила на меня взор своих пронзительных, серо-голубых глаз.
— Как вам будет угодно. В таком случае, милорд, я бы хотела прояснить свой нынешний статус.
Я вопросительно вздёрнул бровь.
— Статус?
— Да, — она неотрывно смотрела мне прямо в глаза, — я хочу точно знать, кто я: высокородная пленница, военный трофей, уподобленный птице в золотой клетке; молчаливо-миловидная кукла, коей разрешено лишь вести непринуждённые светские беседы, либо же я полноправная, не стестнённая в своих правах афилемская военачальница?
Я несколько секунд задумчиво размышлял над ответом, прежде чем, неспешно подбирая слова, продолжить разговор.
— А почему вы спрашиваете об этом у меня, а не у своего отца?
— Потому что мой отец слишком горд и ни за что не скажет мне правду. Особенно сейчас, после смерти своего единственного сына. — Она чуть приподняла подбородок. — Он попытается уберечь меня от правды любой ценой, однако же мне просто необходимо её знать.
На моём лице появилась лёгкая улыбка. Плавным движением поднявшись с кресла, я поставил кубок на стол и мягко взял её дрогнувшую маленькую ладонь в свои руки.
— Прекрасная Лираэллит, — молодая графиня подняла голову и настороженно встретилась со мной взглядом, — поверьте, мы с вашим отцом ничего от вас не утаиваем. Несмотря на некоторые разногласия мы с ним действительно пришли к взаимовыгодному соглашению, и в грядущем походе наших объединённых армий ваши командиры будут подчиняться именно вашему слову. Однако же все тактические решения в грядущей военной кампании мы в обязательном порядке должны согласовывать друг с другом — именно поэтому мы, как равноправные участники союза, будем объединены единой сетью связи.
Она облизнула приоткрытые, пересохшие губы и робко высвободила свою ладонь.
— Благодарю за честность, милорд… Однако же теперь я вынуждена признаться в том, что не сильна в воинском искусстве.
— Ничего страшного. Вы — символ Афилема, и ваши войска будут сражаться за вас не жалея жизни. В военных же вопросах можете смело положиться на верных командиров и на мою скромную персону. Вместе, — я сделал акцент на этом слове и выдержал короткую, выразительную паузу: — мы одолеем силзверов и оставим наши имена в истории Древнира, не сомневайтесь в этом.
Невольно сглотнув, Лираэллит, не выдержав, опустила взгляд, и, с румянцем на щеках, присела в реверансе.
— Уверена, так всё и будет. Да не сводят Древние, — она всё же вновь посмотрела на меня, — глаз с нашего Пути.
— И благоволят всем нашим деяниям, — я слегка склонил голову.
— Хорошего вам вечера, милорд, — выдохнула юная, покрасневшая графиня, и, кивнув моим дамам, развернулась и излишне торопливо покинула комнату.
— Ну и нууу, — не тая широкой улыбки, подала голос сдерживающая смех Шейди, — неужто наш полуголый король охмуряет невинную графиню?
— Да там и охмурять-то нет нужды, — хихикнула Скай, прижавшись к лилововолосой и проведя пальцами по её бархатистому бедру, — девчушка сама от него разомлела и уже на полную подключила свою безудержную фантазию.
— Ох уж эти юные создания, — мурлыкнула воительница, закусив губу и соблазнительно изогнувшись под ласками.
— Цыц! — Наполнив кубок, я вновь завалился в постель и красотки прильнули ко мне с двух сторон. Сделав глоток, я бросил взгляд в сторону двери. — Вы же уже и сами поняли — эта малышка не столь глупа, каковой хочет казаться. Прикинувшись наивной девицей, она разведала обстановку, сложившуюся в её стране, и закинула удочку в сторону короля вражеской державы.
 
— Ага, — кивнула лимра, — с расчетом на то, что этот любвеобильный правитель теперь будет вспоминать её румяную мордашку.
— И глубокий вырез декольте, — насмешливо поддакнула Шейди.
— Однако же она всё равно необычайно слабый силпат, — я нахмурился. — Почему герцог не воспитывал её как воина и не накачивал униарами?