По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара (СИ)

— Н-не понимаю…
Наши с Шейди взгляды перекрестились.
— Сними завесу, Шейди. Пусть он увидит и вспомнит, кто ты есть на самом деле.
Губы девушки дрогнули. Вновь опустив печальные глаза на Мыфана, она присела и протянула к нему руку. Но уже почти прикоснувшись к его предплечью, её ладонь в сомнении замерла, слегка отпрянув словно в испуге, но через мгновение она заботливо сжала предплечье гомункула. И как только это произошло, в изумлённо расширившихся зрачках казначея мелькнуло узнавание, а затем они наполнились слезами и безмерной любовью сына, наконец отыскавшего свою давно потерянную мать.
— Моя Создательница!.. — Собрав остатки сил, он поднял вторую руку и с невероятной нежностью положил сверху на её ладонь. — Это… это и вправду вы?..
— Да, мой милый Мыфан, — она с улыбкой провела пальцами по его щеке, касаясь смешанных с кровью слёз. — Мыфан… Моё первое творение… Мой первый настоящий друг…
Лицо древнего гомункула озарилось истинным, неподдельным счастьем, и слёзы с новой силой полились из его глаз.
— Вы вернулись!.. Вернулись… Но почему, почему вы оставили нас?.. Мы так ждали, так надеялись…
Шейди с грустью покачала головой.
— Мой дорогой, любимый Мыфан. Я создала вас, и наделила самыми ценными дарами, что только доступны живым существам: чувствами, эмоциями, свободой воли и выбора. Я дала вам свободу и право самим строить свою судьбу, без моего вмешательства, как и положено вольному народу, что следует своей цели и ищет свой дом, в этом безмерно огромном мире. И все ваши действия — это результат лишь вашего выбора, ваших собственных решений.
Всхлипнувший Мыфан опустил заплаканные глаза.
— Но мы не справились!.. Мы так и не нашли себе места в этом мире… Нас отовсюду гнали, нас боялись и ненавидели… Забивали камнями и разрывали на части, притворяясь глухими и не слыша вопли о милосердии… — Он закрыл глаза, прильнув щекой к её мягкой ладони, и его тело сотряслось от рыданий. — Простите меня… Мы подвели вас… разочаровали…
Девушка улыбнулась.
— О нет, Мыфан, ты ошибаешься. Я гордилась каждым вашим успехом, печалилась каждому вашему горю, радовалась каждому мгновению вашего счастья, — наполненный заботливой нежностью голос Шейди обволакивал, снимая с плеч её древнего творения груз тяжести и вины, клонивший его к земле многие сотни лет, и постепенно отнимающий у него веру хоть в какое-либо, даже самое маленькое добро. — Мыфан, — он открыл глаза и посмотрел на неё, — вы совершали ошибки, как и любой другой народ на протяжении всей своей длинной истории. Но это не значит, что по прошлому нужно судить о вашем будущем. Выбор — лишь за вами.
Наступило мгновение благоговейного молчания, которое вскоре прорезал мой полный силы повелительный голос:
— Мыфан. — Вновь обретший мать казначей с трудом оторвал от неё взгляд, и поднял его на меня. — Я, король Саргон Дэриор Драйторн, предлагаю тебе, как Владыке Гомункулов, принять присягу и официально стать со всем своим народом частью Королевства Рэйтерфол. Обещаю быть вам честным и справедливым правителем.
С изумлённым неверием смотря прямо в мои отливающие серебром вертикальные зрачки, Мыфан в глубокой задумчивости взглянул на свою молчаливо застывшую с лёгкой улыбкой создательницу, и после долгих секунд колебаний, наконец сделал свой выбор, определивший судьбу целого народа.
— Да, — уверенно произнёс он окрепшим, хрипловатым голосом. — Я, Мыфан Арн Рэн, наречённый своим народом его Владыкой, пред взором Древних присягаю тебе на верность и доверяю в твои руки нашу судьбу, король Рэйтерфола Саргон Дэриор Драйторн. Клянусь на вечную преданность, пока последняя капля жизни не покинет моё бренное тело, а бессмертную душу не пожрёт Повелитель Гладархона. Амирус, Древниар.
Мои губы дрогнули в лёгкой улыбке.
— Амирус, Древниар.
Я слегка повернул голову к Шейди и посмотрел в глубины её необычных, фиолетовых глаз.
— Почини его. — Вновь бросив взгляд на притихшего Мыфана, мои белоснежные клыки блеснули в насмешливой ухмылке. — Негоже умирать такому способному казначею.
 
 Глава 10 
 
Вольготно развалившись в кресле перед приятно потрескивающим камином, я наслаждался теплом, полным бокалом вкуснейшего ликёра, удовлетворением от удачно завершившегося дела и наконец достигнутыми минутами долгожданного покоя. В медитативной расслабленности наблюдая за чарующим танцем игривого пламени, я позволил себе отдохнуть от абсолютно любых мыслей, вверив разум в царствие вечной пустоты — вскоре мне вновь предстоит броситься в их бешеный поток, потому небольшая передышка была просто необходима…
Однако всё приятное имеет свойство очень быстро заканчиваться.
Позади раздались тяжелые шаркающие шаги, и через несколько секунд подле кресла застыл пошатывающийся от слабости Мыфан. Вернув на побледневшее лицо свои неизменно-изящные очки, он грузно опёрся о спинку соседнего кресла и, держась второй рукой за изрядно похудевшее пузо, посмотрел на меня.
— Я в вашем распоряжении, милорд, — хрипло отчитался мой новый казначей.
Плюхнувшаяся в рядом стоящее кресло Шейди шумно выдохнула и потянулась к столику со спиртным.
— Уффф. Я его подлатала, но до полного восстновления ещё далеко, — доложила девушка, вытаскивая пробку из схваченной бутылки и принюхиваясь к её содержимому. — Всё-таки поломал ты его знатно.
— Ну что тут сказать — старался как мог, — криво усмехнувшись, я смерил гомункула взглядом. — Повезло тебе, Мыфан, что ты намного старше меня по ступеням, да ещё и крепкий, как дриарилл. Мне едва удалось тебя одолеть.
— Но ведь удалось же, — слабо ухмыльнулся тот.
— И то верно, — я сделал глоток сладковато-приторного напитка и погрузился в задумчивое молчание. — Три тысячи пятьдесят пять рэйтерфолцев — что с ними, Мыфан? Они живы?
— Три тысячи пятьдесят три, — поправил меня казначей, — двоим удалось сбежать с портальной площади. И нет — к сожалению, не все из них выжили.
Я помрачнел.
— Сколько?
— Уцелело две тысячи девятьсот семьдесят три, — нахмурившись, поджал губы Мыфан. — Стоит добавить, что если бы не мои старания, эта цифра была бы намного меньше.
Из моей груди вырвался вздох облегчения. Я опасался, что погибших будет в сотни раз больше, с неполной же сотней смириться было намного проще.
— Меня интересуют несколько человек: магистр Харлен Кривглазиан Дикий, молодой маг Вирхем, охотница Берта, воин Вильяр Тэк, жаброид Сиэрд, и фаргранды Драксан Аблагард и Демонариум. Если они живы, то будь добр, пригласи их сюда. И распорядись, чтобы пленных хорошо напоили и накормили, а также сообщили о прибытии в город короля Рэйтерфола, который прямо сейчас ведёт переговоры с правителем Афилема. Шейди — а ты приведи Сидиуса, Харуда, Беару, Гоблю и Скайдэн. И пусть принесут еды и выпивки. — Я одним глотком осушил бокал. — Нам пора устроить собрание в полном составе.
Пустой стакан с громким стуком грянул о столик.
***
— Мальчик мой! — Кривглазиан с радостной улыбкой на бледном лице широко распахнул руки. — Я так и знал, что армия силзверов тебя не удержит!
— Магистр Харлен! — мы тепло обнялись, после чего я окинул его грязные одежды насмешливым взглядом. — А я смотрю, мрачные казематы вам пошли только на пользу!
Великий Пространственный Мастер махнул ладонью.
— О, не говори! Препрекраснейшее место! Обязательно забронирую тут местечко в следующем году!
Ухмыльнувшись, я сделал пригласительный жест в сторону длинного, уцелевшего после боя с Мыфаном стола, который слуги уже успели заставить всевозможными ароматными яствами.
 
— Ну, тогда прошу занимать своё почётное место и наслаждаться пищей и вином.
— Ооо, с превеликой радостью!
Проводив его взглядом, я улыбнулся подошедшему Вильяру Тэку, Берте и Драксану Аблагарду.
— Здарова, Сар, — мы с Вилом крепко пожали руки и побратались, похлопав друг друга по спинам. — Чтот ты малец припозднился.