Мой покойный муж (СИ)

Что там произошло на самом деле?
— И когда Нивен должен уехать?
Шибел покачала головой, словно не знала. Потом вздохнула.
— Его увезут сразу после казни, — сказала чуть нарочито небрежно.
Вот это поворот! Я не ожидала, что так скоро. Но…
— Шибел, а… — мне вдруг такая странная мысль в голову пришла, как бы только сказать об этом? — Скажи, Джон хотел отправить Нивена в Лотиан, так? А Нэт? Он был против?
— Причем здесь Нэт! — Шибел вскрикнула, едва не подскочила на месте. Дернулась. — Я не хочу ничего слышать о нем!
Плеснула себе бренди и выпила разом. У нее руки тряслись.
Это ведь не ненависть, это страх. Шибел чего-то боялась.
— Шибел…
— Нет! — она резко поднялась, отвернулась, отошла в сторону. — Хватит! Я не хочу больше говорить, я устала! У меня был тяжелый день!
Это у меня был тяжелый день! Меня в подвалы завели, раздели, чуть было пытать не начали! Я вообще скоро вдовой стану. И не известно еще, что потом со мной будет. Если уж кому и впадать в истерики, то скорее мне.
Что тут происходит, черт побери!
— Подожди, — сказала я. — Шибел, подожди, прости, я не хотела… Я не знаю, я сама так растеряна… Прости меня… Я ведь всегда была на твоей стороне.
Ах, я так растеряна, что сейчас просто пристукну Шибел на месте. Она явно крутит и что-то скрывает, что-то важное. Я не могу понять.
Шибел остановилась, все еще спиной ко мне.
— Я на твоей стороне, — мягко сказала я, проникновенно, как только могла. — Я тоже мать, я прекрасно понимаю тебя. Как тебе страшно. Если бы что-то угрожало моему сыну, я бы убила на месте, не раздумывая! Шибел… ты ведь хотела поговорить? Когда я шла к Джону, ты ведь сама позвала меня. Тебя ведь беспокоит что-то? Если я могу помочь… только скажи.
Шибел повернулась. Она долго стояла, глядя на меня, прижимая руки к груди, сжимая пальцы.
— Я боюсь, Айлин, — шепнула она. — Но я не могу ничего сказать. Если я буду молчать, то меня, возможно, не тронут. И Нивена не тронут. Они там… сговорились все. Я не знаю, кому верить! Никому. Они все… — Шибел всхлипнула. — Они хотят убить Джона! И меня тоже убьют. Отравить! Ему что-то подмешивают в еду, я уверена! Ты ведь видела, каким он стал?! Теперь я боюсь и его тоже! Он то смеется, то плачет… и вспышки ярости!
Шибел точно боялась, все это было очень правдиво, на самом деле.
Но, может быть, все дело в Джоне? Это всегда было в нем, это болезнь… но раньше едва заметно, а сейчас, с возрастом, все становится только хуже.
Но даже если это так… даже если дело в Джоне изначально, то, может быть, приближенные к нему люди видят перемены и… решили сменить сумасшедшего короля на нового? Пока Джон не стал слишком опасен?
Не нравится мне это.
— Я слышала, как Нэт грозился убить его, — сказала Шибел. — Я сама слышала! И как Нэт орал на него! Ты видела своего мужа в ярости? Он чудовище! Да я бы за милю не подошла. Я за стеной была… и не за одной… слышала просто… и то хотелось в угол забиться. Нэт Джону всю мебель в кабинете переломал, я думала, он действительно убьет! Его когда уводили оттуда… Гордан пытался успокоить. Так Нэт Гордану нос разбил и руку едва не сломал! Я уж не знаю, что там было, но… Прости, я даже рада, что Нэта казнят… После всего. Но я боюсь, на этом не закончится.
  
Глава 7. О двух предложениях руки и сердца
 
— Как ты? — Гордан заглянул вечером. — Шибел уже напоила тебя бренди? А я принес пирожки с мясом. Любишь такие?
С мясом не очень, но люблю с луком и шкварками, впрочем, сейчас не важно, я готова съесть все. Меня не то, чтобы под охраной держали, но когда я попыталась выйти, мне намекнули, что лучше бы Вашей Светлости далеко не ходить. А кормить меня здесь тоже никто не спешил.
Благо хоть вещи мои принесли, я смогла переодеться.
— Давай пирожки, — согласилась я.
Гордан зашел, поставил миску на столик, и еще бутылку вина принес. Сам уселся в кресло напротив, глядя на меня.
Я взяла пирожок, попробовала. Сойдет…
— Аппетит у тебя не пропал, это хорошо, — улыбнувшись, сказал он.
 
— Когда я нервничаю, то всегда хочу есть, — сказала я.
— Да? — удивился он. — Не похоже. Такая худая до сих пор.
Я тяжело вздохнула, чуть закатив глаза.
— Потому что до недавнего времени, Гордан, жизнь у меня была легкая и прекрасная. Никаких нервов. И никаких лишних пирожков.
Похоже, бренди все же ударил мне в голову. Но вроде, не слишком.
— Я думал, ты будешь напугана, а ты ничего, держишься.
— Меня столько пугали в детстве, — сказала я, — что теперь долго бояться уже сложно. Значит, ты позвал сюда Фергюса?
Гордан заулыбался, откинулся на спинку кресла.
— Не звал, — сказал он. — Но если надо, то позову.
— Но он приедет?
Гордан пожал плечами.
— Если захочет. Думаю, он все знает, у него действительно свои источники. Письмо я сам написал от его имени. Дал приказ своим, что как только я пошлю за нашатырем, нести письмо мне. Джон знает, что Фегргюс тебя любит, и предпочитает с дядей не связываться. Я ведь говорил, что смогу защитить тебя.
Обманом.
Наверно, неважно как… если б не Гордан, кто знает, что бы со мной сейчас было. Вышла бы я вообще оттуда живой. Но об этом лучше не думать.
Нэту Гордан не поможет. Даже если это будет в его силах, он не станет. Я видела, с каким удовольствием Гордан бил его. Отлично понимаю, что есть за что, это старые счеты и Гордан возможности не упустит. Хотя бы за разбитый нос и почти сломанную руку…
— Слушай, Гордан… а что такое произошло у Нэта с Джоном? Мне Шибел рассказывала, как Нэт грозился Джона убить, всю мебель у него в кабинете переломал, орал на него так, что тряслись стены?
Гордан удивленно поднял бровь, заинтересованно.
— Шибел сказала, что Нэт орал на Джона?
Вот так поворот, снова! И что не так?
— Этого не было? — спросила я.
— Было, — согласился Гордан, и как-то едва уловимо подобрался, даже чуть вглубь кресла отодвинулся. — Я просто не думал, что Шибел могла слышать это.
А вот сейчас он врет. Кому угодно он может врать, но я вижу.
— Я так поняла, там весь дворец слышал. Нэт рвал и метал как разъяренный дракон. Говорит, он тебе нос сломал, когда ты его оттащить пытался?
— Не сломал, но разбил, да, — Гордан потер переносицу. — Крови много было, весь камзол мне залило, а я только новый, с серебряным шитьем… — он вздохнул, сморщился. — Я не знаю, что у них произошло, Айлин. Я прибежал на крики, но из-за чего у них все это, мне никто не сказал. Джон во всем видит заговор, последнее время у него навязчивая идея. Думаю, дело в этом, они с Нэтом в очередной раз не сошлись во взглядах. А Нэт вспыхивает… ты сама знаешь. Он мне руку вывихнул, до сих пор еще болит, — Гордан вытянул руку передо мной так, словно я могла бы что-то увидеть. — А камзол выбрасывать пришлось, столько крови не отстирать, я кучу денег отдал, а я, знаешь ли, не герцог, чтобы каждый раз новый…
Вздохнул, покачал головой.
Гордан уходит от темы.
Так-так… А ведь выходит, по его словам, что Нэт наорал на короля, мебель поломал, и ему за это ничего не было? Да ладно? Джон, как минимум, вышвырнул бы из дворца и велел бы не возвращаться. И не смог бы Нэт принцесс соблазнять.
Что-то мне подсказывает, не на Джона Нэт орал, там был кто-то еще. Не зря Гордан так удивился. Не хочет говорить.
Но если не Гордан мне расскажет, то кто? Кому я вообще могу верить? Я и Гордану не могу, конечно. Но больше совсем некому.
Ладно… Я взяла еще пирожок.
— Гордан, я слышала, Нивена отправляют в Лотиан? — сказала небрежно.
И Гордан напрягся снова.
— Шибел сказала? — почти зашипел он.
Хм…
— А это секрет?
— Да нет… — Гордан потер ладони, чуть выдвинув вперед нижнюю челюсть, задумчиво. — Я никогда не понимал стремление Шибел отправить сына к Иверачу. На севере, конечно, спокойнее, и, наверно, будет полезней для парня, но…