Мой покойный муж (СИ)

— Если их убьют, то и нас тоже. Вы ничем не поможете. Скорее. Смотрите, за нами, кажется, едут.
Я видела тени, мелькающие между деревьями. Если они догонят нас… Оглушительно грохнуло. Я дернулась испуганно. По нам стреляли, точно по нам… но в темноте между деревьев прицельно стрелять сложно.
Почти паника.
Скорее!
Тут даже уговаривать не надо, так страшно, что вообще перестаешь что-либо понимать. Сердце колотится. Никогда еще со мной не было такого, и угроза умереть — такой отчетливой. Ужас накатывал, словно в детстве, когда я пряталась под кроватью, когда отец орал на мать… только сейчас все куда страшнее, потому что сейчас они на самом деле пришли за мной и хотят моей смерти. Не ударить, не наорать, а убить совсем. И надо бежать не оглядываясь.
Мы неслись через лес так быстро, как только могли. Не останавливаясь больше.
Я даже не понимала — едут за нами или уже давно отстали. Я бы, наверно, потеряла направление, свернула бы непонятно куда, но Югайр внимательно направлял меня, сам держась чуть позади. «Правее, леди! Нам нужно вон до того дерева, там будет поворот». Лесные тропинки петляли, но я очень надеялась, что мы едем правильно.
О том, как там Нэт — старалась не думать, так невозможно… Выбраться, а потом уже думать о нем… Он сможет, у него все получится. Нечестно бросать его, но я ведь ничем не смогу помочь, только мешать…
Когда уже почти выбрались из леса, дальше только поля и деревни, а за ними замок… нам наперерез выскочил всадник.
Я заорала от неожиданности.
Югайр бросился к нему, выхватил меч. Они сцепились. Я плохо понимала, что происходит там, слишком темно… только звон стали… оставалось надеяться, что мой защитник справится, что больше никто не выскочит из кустов. А что делать, если нет?
Спокойно.
У меня аркебуза с собой. Заряженная, почти готовая к бою. Нужно только на полку насыпать немного свежего пороха, поджечь фитиль… У меня есть и мешочек с порохом, и огниво. Главное не торопиться.
Я должна быть готова… я…
Руки тряслись.
Может, и не понадобится, может, зря я это… Но лучше я буду готова.
С огнивом было совсем плохо, руки не слушались, не удавалось, я чикала, но никакой искры..
И тут вдруг глухой чавкающий удар, негромкий, но пробирает до приступа истерики почти. Так, что хочется заорать и все бросить. И я понимаю, что Югайр, схватившись за живот, вдруг оседает… падает на землю… одна нога застряла в стремени и лошадь тащит…
А тот другой — поворачивается ко мне.
— Вот и все, леди, — говорит он с усмешкой. — Не дергайтесь, тогда больно не будет.
И мерзко ржет. Но на мое счастье — он так и не осознал, что я держу в руках и что собираюсь делать. Ночью сложно разобрать, только вспыхивающие искорки от огнива. Но кто ожидает от меня такого? Я — напуганная баба…
Дергаться я не буду.
Никогда еще не стреляла по людям, мне такое не могло присниться и в страшном сне, но сейчас… даже думать не хочу.
Ни о чем лишнем не думать. Это как на охоте — нужно поднять ружье, прицелиться и… попасть. Тут меньше десяти шагов, даже слепой не промахнется. Главное не спугнуть, чтобы он не дернулся сам. Второго шанса у меня не будет, перезарядить не успею.
Югайр лежит на земле, навзничь… там за кустом…
Спокойно…
— Леди… что вы делаете, леди? — человек пытается понять.
И еще шаг ко мне. Пусть сделает еще шаг, чуть лучше откроется, чуть ближе. Я успею. Как по уткам. Главное — не забывать дышать.
— Леди!
Он понимает, потому что я вскидываю аркебузу к плечу.
Но не успевает.
Потому что нажимаю на спусковой крючок.
Сноп искр перед глазами и оглушительный грохот. Я зажмуриваюсь.
Но понимаю, что попала. Слышу вскрик. И, приоткрыв глаза, вижу, как тот человек падает.
А я, ударив лошадь пятками бока, срываюсь с места и скачу прочь. До Ована совсем недалеко.
* * *
— Откройте!
Мне казалось, я стучу в ворота уже целый час, но на самом деле не больше, чем нужно старому Джареду, чтобы вылезти и своей будки и доковылять к воротам. Он служил еще отцу Нэта, едва ли не деду, охранял ворота по ночам всегда.
 
— Кого там еще принесло? — сонно и очень взволновано поинтересовался незнакомый голос.
И я чуть было не рванула назад в лес, от испуга. На минутку мне показалось — они захватили замок и теперь здесь.
— Кто это? Где Джаред? — вскрикнул я.
— Миледи? — человек за воротами удивился, не сразу ответил мне. Приоткрыл сначала маленькое окошечко, выглянул, охнул тяжело, и только потом заскрипел засовом ворот. — Ваша Светлость, это я, Мик! Помните меня? Внук Джареда. А дед слег, сердце у него прихватило от всех этих новостей. Сначала милорда нашего в таком деле обвиняют, потом вы еще пропали… Ох, миледи… Откуда ж это вы?
С этими словами он ворота распахнул. Да, Мик, я помню… Просто от страха все из головы вылетело.
— Мик… — я выдохнула, поняла, что ноги подкашиваются. Потому что все, я дома, теперь все будет хорошо. Никто не догонит меня.
— Ох, да что же это с вами случилось? Вам плохо?
Он подхватил меня, потому что шатнуло, я ухватилось за его плечо.
— Идемте, я помогу, — сказал Мик. — Сейчас, только ворота закрою… И молодого господина разбудить надо, сказать, что вы вернулись. А то он вчера весь день по лесам ездил, вас искал. Только вернулся в Ован и тут же поехал вас искать. Как же вы всех напугали!
Молодой господин?
— Кристофер здесь?
— Да, — сказал Мик. — Вчера только вернулся. И сразу за вами.
  
Глава 17. О сбивчивых объяснениях и надежде на лучшее
 
Я едва успела пройти двор, зайти, кое-как доковылять до главной лестницы… когда по лестнице на меня слетел Кит.
— Мама!
Сгреб, подхватил, едва ли не подкинул от радости. Сейчас Кит похож на здоровенного щенка, прыгающего от радости. Наверно, я была рада тоже, но… это значит, Кит теперь тоже неизбежно влезет во все дела. И мне страшно за него.
— Я тебя искал! Не знал, где искать… Мама!
— Что ты здесь делаешь, Кит?
Он отмахнулся.
— Я закончил дела, не мог тебя бросить… — и только сейчас осознал, как странно я одета и что до сих пор тащу за собой аркебузу. — Что с тобой случилось?
А у меня не было сил ничего объяснять, так устала, хотелось только упасть и уснуть, наконец в безопасности… Вот только пока не увижу Нэта, я уснуть все равно не смогу, должна знать, что с ним. Не пойду спать, пока они не доберутся сюда.
— На меня напали, Кит. Когда я возвращалась от Коулза, на меня напали в лесу. Кто-то в Кетнахе заплатил разбойникам, чтобы они меня убили… но они не убили, и даже наоборот, защитили от тех людей, которые хотели убить. А когда мы ехали в Ован — на нас напали снова. Мне удалось убежать, а они… Я очень надеюсь, они скоро будут здесь, их нужно пустить в Ован, накормить, дать все необходимое. Я обещала заплатить им.
Понимаю, мои объяснения звучат как бред сумасшедшего. Но все надо рассказывать долго и по порядку, а мне не до этого сейчас. А ведь Кит даже не знает еще, что его отец жив… Если Нэт, конечно, жив, если его там в лесу не убили.
От этих мыслей ноги подкашиваются, и хочется прямо в обморок упасть тут на месте.
Надо взять себя в руки.
— Мама, что ты говоришь? Кого впустить? Разбойников?
Да, я понимаю звучит. Но не очень понимаю, с чего начать сейчас и где найти силы. И точно знаю, что говорит о Нэте здесь — не стоит, мало ли кто может услышать.
— Давай сделаем так, Кит… Мы сейчас пойдем на стену, к воротам, и будем ждать тех людей, которые должны приехать. Очень надеюсь, что им удалось справиться, и они скоро будут здесь. Когда они подъедут, и я увижу, узнаю их, и их пропустят в замок. Без меня никого не пускать… Не спорь, я дала слово, я обязана им жизнью! — я подняла аркебузу и сунула буквально Киту в нос, а то он уже собирался спорить. — Вот, смотри, что они дали мне. Дали охрану, но того человека убили, когда он пытался защитить меня, а мне чудом удалось вырваться. Не спорь, я все объясню. Только у меня сейчас ноги трясутся, поэтому пусть принесут нам на стену стул и вина. И нам нужно поговорить наедине, никто не должен слышать.