Мой покойный муж (СИ)

— Я уже получил деньги.
— И ты всегда так несказанно честен? Ты уверен, что деньги получил именно за нее? Тебе называли имя?
— Мне описали карету. И все совпало.
— Это карета Коулза, — шепотом говорю я. — У моей лопнула рессора.
Нэт морщится.
— Это карета Коулза, — громко говорит он. — Ей одолжили. Так ты уверен?
Я почти слышу, как этот Мартин тяжело вздыхает. Нет, он не так уж уверен.
— И кто за нее заплатит?
Я вздохнула тоже. Но что тут сказать? Мой муж убит, сын слишком далеко… Не Гордан же. Это было бы странно — требовать деньги с лорда-дознавателя.
— Фергюс! — быстро говорю я. — Он звал меня к себе, и даже звал замуж.
— Вот старый кабель! — удивляется Нэт. И все же. — Она говорит, Фергюс Бейтан! Она как раз собиралась к нему, он ждет ее.
— Бейтан? — в голосе разбойника Мартина сомнение. — Бейтан далеко, в Уолше.
— Ты куда-то торопишься? Напиши ему.
— Эк, напиши… — я слышу насмешку. — Где гарантии, что получу хоть что-то?
— Какие в нашей жизни вообще гарантии? Ты не готов рискнуть за деньги?
— А ты мои деньги не считай! — рявкает Мартин.
— Так я свои! — Нэт пожимает плечами. — Парни, он с вами не делится? За нее можно получить столько, что каждому до Рождества гулять хватит, и на выпивку, и на баб!
— Заткнись, твою мать!
Мартину не нравится.
— Так как, парни? — спрашивает Нэт.
Я слышу ропот, какие-то разговоры, но толком не слышу, что…
— Ладно! — говорит Мартин. — Прирезать мы всегда успеем! Попробуем, как ты говоришь… Давай ее сюда. Возьмем с собой.
Нэт хмуро сжимает зубы. Оглядывается. Потом протягивает мне руку.
— Давай. Не отходи от меня ни на шаг.
Я вижу, он все еще не уверен, что удалось договориться.
Осторожно выглядываю. Он помогает мне спрыгнуть на землю, стоя как можно ближе, прикрывая собой. И не зря. Стоит сделать шаг и…
Я даже не поняла, что произошло. Только Нэт подхватил меня, бросил на землю, почти под карету, накрывая собой, резко, я больно ударилась о порожек плечом. И тут же свист у самого уха и глухой удар. И лошади ржут, дергаются, удивительно, как тяжелая карета не наезжает на нас, но Нэт уже дергает меня в сторону.
— Не вставай, — говорит шепотом. И тут же громко. — Эй, Мартин! Какого черта?
— Не стрелять! — командует Мартин. — А у тебя отличная реакция, я смотрю!
— Я шкурой чую, когда стреляют в меня.
— Не в тебя.
— Да? — удивляется Нэт, поднимается, трет плечо. — А прилетело в меня.
Трет, но на ладони у него крови нет, только куртка порвана. Стрела торчит рядом, в земле. Успел.
Только что меня чуть не убили. И Нэта…
— Это Дин, — говорит Мартин. — Ты же знаешь, как он горяч, и любит доводить дело до конца.
— Я ему сейчас доведу! — огрызается Нэт. — А ты, сосунок, убери лук, или я засуну его тебе в задницу!
— Не командуй! — говорит Мартин.
— Прости, привычка, — Нэт без капли сожаления пожимает плечами.
— Дин, убери! — говорит Мартин. — Я же велел не стрелять, ты не понял?
Нэт протягивает мне руку снова.
— Жива? Ничего тебе не сломал?
Я только мотаю головой, у меня сейчас слов совсем нет, и сил говорить тоже. Надо хоть чуть-чуть выдохнуть. Кое-как поднимаюсь, ноги плохо держат, подгибаются.
— Тихо, стой, — Нэт подхватывает меня, держит, пока я пытаюсь в себя прийти. И вдох-выдох. — Идти сможешь сейчас?
— Смогу, — говорю я.
Куда мне деваться? Впрочем, я даже не сомневаюсь, что если не смогу — он меня понесет.
Мартин подходит к нам, окидывает меня критическим взглядом.
— Так кто вы, леди? — говорит он.
— Айлин Муррей, — говорю я, голос даже почти не дрожит. Очень стараюсь стоять сама, не держаться за Нэта, как бы ни хотелось. Но с ним спокойнее.
— Вы его знаете? — он кивает на Нэта.
Я облизываю губы, неуверенно. Он сказал, что служил моему мужу.
— Я видела его. Когда Этард вернулся и Джахры, с ним пришли люди. И, кажется… он тоже…
Главное — врать уверенно. Нэт кивает.
— Хм, — говорит Мартин, трет подбородок, задумчиво разглядывая меня. — Так говорите, Бейтан за вас заплатит?
По тому, как он разговаривает, по тому, как держится, по осанке, как придерживает ладонью ножны у бедра, я могу сказать — Мартин рыцарь, дворянин. Не знаю уж, каким образом оказался здесь, но у всех свои причины…
 
— Фергюс не оставит меня в беде, — говорю я. — Он заплатит. Я могу поручиться за это.
— Поручиться! — Мартин фыркает. — А кто может заплатить за вас еще?
Много ли у меня друзей?
— Макинтайр, — говорю я. — Но вряд ли такой вариант вам понравится.
— Да уж! Интересные у вас друзья, леди, — он бросает взгляд на Нэта. — Ладно. Идем, там разберемся. Парни, заберите лошадей!
Мартин запрыгивает на лошадь, мы идем за ним. Я пытаюсь справиться с юбками, во всем этом по лесу так неудобно. Нэт хмуро идет рядом, поглядывая то на меня, то под ноги.
— Что тут происходит? — шепотом говорю я.
Он шумно втягивает носом воздух.
— Долго объяснять, — говорит еще тише. — Не спрашивай пока. Они не знают, кто я, и не нужно, чтобы знали.
— А что ты сам делаешь здесь?
Нэт облизывает губы, оглядывается на идущих рядом людей.
— Потом. Я все объясню.
* * *
У них целая деревня в лесу. Невысокие, грубо, но крепко сколоченные домики, крытые дерном крыши. Вольная жизнь, никому не нужно платить. Не только мужчины, но женщины и даже дети, всего человек пятьдесят, наверно.
Не успели мы подойти, Нэту на шею бросилась какая-то баба. Вот ведь, человек время не теряет, даже здесь бабу нашел! Да, Нэт всегда был таким, но отчего-то именно сейчас меня это задело. Поначалу — задело. И даже не сама баба, как факт, сколько их было! А… даже не знаю. То, с какой радостью она к нему бросилась, словно не видела год. А еще то, как одним махом успела его пять раз обнять и десять поцеловать. И ладно бы симпатичная молодая девчонка, так нет, обычная деревенская бабища с необъятной грудью, ненамного уж моложе меня.
Что он нашел в ней?
Но я видела сама. Если отбросить обиды и быть честной с самой собой. Такая веселая, мягенькая, щеки розовые, и трется об него, словно кошка. И глаза радостно так и сверкают.
И Нэт довольно улыбается ей, на время даже забыв про меня. Ласки ему хочется. Вот такой незатейливой искренней ласки и любви. Всегда хотелось именно этого. И женщина эта хоть и не молодая, но сразу видно — огонь.
Вот и все…
И вот именно это.
И она что-то трещит ему: «Как я рада, Бэн! Живой, здоровый! А вдруг бы тебя убили там! Я так волновалась за тебя». «Да все нормально, Турун» — говорит он, и так виновато оглядывается на меня, что мне смешно. И я понимаю, что не могу я злиться или обижаться сейчас. Мы давно друг другу ничего не должны. А после пыток, после подвалов, всех этих ужасов, после того, как буквально на волосок от плахи прошел… да ведь любому нормальному человеку нужно, чтобы его вот так обнимали.
И я даже улыбаюсь ему в ответ.
Но где-то в сердце вдруг боль все равно.
Первым делом этот Мартин собрал всех, рассказал, что все пошло немного не так, но они захватили в плен герцогиню и теперь обязательно получат за нее выкуп. И всем будет счастье от этого. Говорил он так уверенно и воодушевленно, что никто даже сомневаться не стал, своему главарю разбойники верили.
После этого мы пошли писать письмо Фергюсу. В маленькую хижину Мартина набилось полдеревни, все пытались советы давать. Писать должна была я сама, своей рукой, Мартин диктовал мне. Нэт тихо сидел в углу, молча и задумчиво, на него мало кто внимание обращал.
Когда писать закончили, Мартин аккуратно сложил письмо, убрал к себе и попросил всех выйти, сказал, что ему с герцогиней надо с глазу на глаз поговорить. И Нэту тоже тихо велел остаться.
— Так, — сказал он, когда мы остались втроем. — А теперь расскажите мне, что тут на самом деле происходит.