Вервольф (СИ)
— Эээй… Ответь что-нибудь. — продолжала волноваться девчонка.
— Ага иж-жа вчерашнего. Неши еще мяша — этого не хватит. И вообше жратфы. — ни на секунду не прекращая жевать, попросил я. Силы возвращались с каждым куском, но в очень и очень малом количестве… И Голод не только не ослабевал, но и вовсю набирал обороты, заставив вспомнить о не таком уж и далеком детстве, когда я готов был кору жрать, лишь бы хоть как-то его утихомирить…
К счастью, девчонка у меня была умная, так что лишь пару секунд смотрела на меня тревожным взглядом, а потом убежала. И вернулась очень вовремя, поскольку ящик как раз показал дно — я даже лед с кровью сожрал — и если бы она не принесла еды… Могло получиться очень и очень плохо…
Следующие минут тридцать я только и делал что жрал, а все мои ментальные силы уходили на то, чтобы заставлять себя жрать то, что приносили, а не тех кто приносил… В эти минуты я ооочень хорошо понял, что значат слова про пробудившегося внутри зверя… Прямо на всю жизнь запомнил.
Но потом всё же отпустило, и я, кое-как переваливая по полу свое пузико, добрался до гнезда, сыто рыгнул и опять отрубился.
Беспокоить меня не стали. Или же не смогли… Но проснулся я уже в совершенно другом состоянии и недоуменно осмотрелся. В комнате было темно. Вокруг гнезда была разложена жратва — в виде всевозможных копченостей… Прямо с горкой. А у сундука-ледника аж приподняло крышку от того, насколько он был забит.
Девчонки в комнате не было, а когда я потратил ещё полчасика на перекус после сна, оказалось, что все выходы из комнаты закрыты, а выход на балкон заделан насмерть. Нет я, конечно, мог проломиться сквозь эти баррикады, но те кто их делал — делал все на совесть…
Свой любимый нюх использовать не получалось, из-за забившего комнату словно густой дым запаха копченостей, однако слух мне подсказывал, что за входной дверью кто-то есть… В комнате служанки было тихо как в покойницкой, а вот в коридоре кто-то тихонечко дышал и иногда чем-то звенел явно переступая с ноги на ногу и прислушиваясь к происходящему в комнате. Это он конечно зря, поскольку я уже давно приучил себя издавать минимум лишних звуков… Так что, когда я поскребся в дверь, для невидимого слушателя это стало неприятной неожиданностью и, чертыхнувшись, он куда-то умотал… А еще кто-то вскочил со стула и достал меч — или другую железяку, которую могут доставать из ножен — так что одного меня не оставили…
А спустя минут десять к двери прибежала целая делегация и напряженно-встревоженный голос девчонки спросил:
— Песик ты как там? Все хорошо? Подай какой-нибудь знак.
Я слегка поломал голову, а потом оттарабанил по двери «спартак чемпион»…
— Кушать хочешь? — осторожно поинтересовалась Мирена. Как показать «нет» я не придумал, так что сказал:
— Нет. — будем надеяться, что амулет за дверью есть только у девчонки…
После чего за дверью облегченно вздохнули, сама дверь после незначительного шуршания приоткрылась и внутрь впихнули… того синяка из зоопарка… Он выглядел слегка испуганно, слегка бравурно и определенно был под шофе, причем наливали ему, судя по запахам ударившим прямо в нос, еще вчера — просто не выветрилось еще… М-да. Некоторых жизнь ничему не учит.
В руках у синяка был окорок…
Я осторожно взял у этой «канарейки» тяжёлую штуку и побрёл к гнезду, где и уселся, а следом за синяком вошли напряжённые стражники и уже расслабившаяся девчонка, которая, слегка полюбовавшись спокойным мной в полумраке комнаты, из-за спин бравых вояк, приказала:
— Все нормально! Разбирайте баррикады.
И вояки приступили к делу, подозрительно на меня зыркая… Ну, а я…
— Что, папа приехал?.. — кисло уточнил я, показывая лапой на баррикады и «всегда готовых» стражников, деловито засновавших туда-сюда, пока девчонка шарила в своих вещах, раскладывая обратно вещички, которые ей подавала появившаяся с немалым тюком беспокойная Эльта.
— Ммм? Нет. Он только завтра приедет. А что?
Ничего особенного не было, так что я просто покачал головой. Просто я подумал, что все эти меры предосторожности придумал толстяк, но похоже это была инициатива Мирены. Забавно.
Глава 32
Всю следующую неделю я отжирался и офигевал. Отжирался, поскольку вернулся лесной аппетит, и пока я не вошёл в свою прошлую, слегка жирноватую, форму, основным видом моей умственной деятельности были размышления о том, чего бы сожрать и где бы поспать? И если с первым особых проблем не возникало, спасибо богатству семьи Тарт, то вот последнее… Пару раз я вырубался по пути в туалет, а это, на минуточку, на отвесной стене оранжереи, на приличной такой высоте. Слава когтям, просыпался я там же где и засыпал, а не в аду, под интересные рассказы чертей о переломанной в десяти местах шее…
Дополнительным источником забот были размышления о том, что происходит вокруг… После того, как я прикончил телохранителя местного принца, было бы логично, что толстяк, как политическая фигура, примчится разбираться в тонкостях случившегося! Но он не примчался. Или вот когда я озверел и едва не сожрал парочку слуг — как любящий отец, толстяк просто обязан был наведаться в замок и узнать как дела у любимого чада! Но нет… Похоже все мои предположения о том, как должны вести себя сильные мира сего, зиждились лишь на сериалах и книгах моего мира и то ли к реальности вообще, то ли к реальности только этого мира — никакого отношения не имели. Толстяк остался разгребать во дворце, а со всем остальным доверил справляться дочери — как я понял из её путаных объяснений, когда уточнил беспокоящие меня моменты. Причем не только со мной разбираться, но он ещё и свой запланированный визит домой отменил и со всеми просителями пришлось иметь дело девчонке и его помощникам, что Мирену нехило так вымотало… Правда, чем она там таким трудозатратным занималась, я так и не понял — сиди себе читай да подписывай бумажки! Не уголь же грузить её послали.
М-да… А вот толстяк жег вдали от дома. Похоже, на этом мероприятии некие темные силы собирались поднять шумиху и обвинить Тартов чуть ли не в попытке покушения на особу королевских кровей, но развивший бурную деятельность толстяк смог задушить все поползновения недоброжелателей в зародыше и даже организовал визит его высочества в замок — в качестве некоего жеста доверия или какой-то подобной лабуды… В общем, похоже Тарты в поднятой во дворце волне говна не только не нахлебались, но даже сумели приподняться немножко повыше. О чём мне девчонка и поведала к концу «странной недели обжорства и открытий». Причем встречать гостя доверили опять же Мирене, поскольку политические страсти всё ещё бурлили, а значит толстяку стоило находиться в центре событий.
Хотя, судя по некоторым обрывкам ворчания девчонки, был там и некий тайный подтекст. Ну, знаете… Принц мальчик, она девочка, а родителей нет дома и если что, то никого с собаками по деревьям гонять не станут… Самое же удивительное для меня было то, что ни падать в обморок, ни как то саботировать мероприятие Мирена не собиралась, просто ей эта ситуация не особо нравилась, и всё. Никаких тебе истерик или проклюнувшегося чувства собственной важности… Так что она ворчливо забросила все свои дела и принялась приводить замок в готовность к приходу дорогого гостя! В том числе и на себя красоту навела…
Я же чувствовал себя как то неуютно, и серьёзно обдумывал идею рвануть отсюда так, что только меня тут и видели. Поскольку может я и ошибался пока во многих аспектах взаимоотношений и вообще реалий, но в одном был твёрдо уверен — если бы кто-то прикончил моего телохранителя, человека который меня фактически воспитал с младых лет, то вот я бы… Я бы наверное расстроился!.. Прямо вот сильно…
Так что когда девчонка силой заставила меня выйти и встать с ней в первых рядах встречающих, то чувствовал себя прям совсем неуютно. Даже скукожился максимально, чтобы не привлекать лишнего внимания, но у меня не получилось… И ростом не вышел, и окружающие меня как-то сторонились, выделяя в толпе как хороводы новогоднюю ёлочку…