Последний князь удела(СИ)
- Делать надо тайно, знать будем я да ты, бить медяки будет безъязыкий Акинфов, со своим немым помощником. А объясним, откуда сии монеты взялись, мы так - закопаем на другой стороне Волги с десяток мешков пул, а после найдём, будто клад скрытый. Чтоб денежки старинными казались - бить будем из плохой меди, да перед тем как в землю их зарывать в бочках покрутим с камнями да гнилью кожевенной. Они там погнутся и почернеют. Серебро наше плавленое так же можно перебивать, чтоб сбор за переделку на царском денежном дворе не платить. -
-Доведут нас твои, княже, придумки до плахи, - вздохнул верный дядька и стал прикидывать, как уговорить на это дело Акинфова. В том, что немой кузнец не донесёт, у меня была твёрдая уверенность, у него были свои счёты с московской властью.
Окончательно оправившись от болезни, я снова окунулся в круговорот неотложных дел. Нашлось, наконец, время разобраться с привезёнными с Мологи образцами глин и камней. Испытав каолины в новой кузнице Миронова, отделил несколько проб выдержавших без деформаций температуру белого каления железа. Особенно заинтересовали меня рассыпчатая моложская порода именуемая рыхляк и овальные, похожие на птичьи яйца, чёрные камни, выкопанные из откосов берега реки.
Пока я торчал в кузнице у оружейника, тот показал мне свои новые изделия. Применив какую-то хитрую ковку, и перекручивая под вертикальным молотом заготовки, Тихон смог выделать сабли изумительного качества. По крайней мере, так показалось мне, хотя в оружейной стали я не сильно разбирался. Но как сообщил расстроенный коваль, никто из проезжих купцов за его клинки и сабельные полосы хорошей цены не давал. Ему предлагали не более пяти рублей за саблю, что всего лишь втрое - вчетверо превышало цену рядового изделия.
-Мню, надо на оружьи бесерменские письмена начертать, - сообщил московский беглец.- Ежели мечи будут похожи на те, что тезики привозят, то за них не менее десяти рублёв получить можно будет, а то и по более.-
- Кто ж напишет-то восточным письмом?- удивился я предложению кузнеца.
-Да яз сам могу, мне три разных начертания известны, - ответил Миронов. Демонстрируя своё умение, он на взятом у Ждана листе бумаги изобразил причудливую вязь, по виду арабскую.
-Что ж надпись сия значит?- мне было крайне любопытно это узнать.
-Не ведаю,- признался молодой коваль.- От сабельника Якима сие перенял. Он же от отца свово, а тот откуда - не знамо мне.-
Терзаемый любопытством, я не поленился вместе с кузнецом вернуться к княжьим палатам и там разыскать кого-то из прижившихся у нас татарчат.
Первый нашёлся Байкильде, ухмыляясь, он произнёс:
-Аллах велик-
-Да ради Бога, пусть велик, ты прочти, что написано на листе,- добром попросил я улыбающегося полоняника.
-Вроде русской речью молвил - 'Аллах велик' тут начертано, хоть и с помаркой невеликой,- годы пребывания в Угличе не смирили строптивости мурзёнка.
-Что ж ты бесерменского Бога-то восхваляешь? - зловещим шёпотом поинтересовался у Миронова повсюду сопровождавший меня Ждан.
- Яз почём знал? Токмо с такими письменами купляют оружье вдвое дороже, чем сабельки русской работы,- оправдывался кузнец.
Так, арабскими словами клинки украшать не будем,- принял я решение.- Первые сабли отправим к московским золотых дел мастерам, пусть изукрасят поискусней. Подарим те, что побогаче, царю да боярину Годунову, попроще иным боярам, аль каким достойным людям. В скором времени слух про них добрый пойдёт, мечи-то вельми отменные кузнец Тихон сотворил.-
Рекламные акции, где первая порция бесплатно, дальше за деньги, практически всегда приносили успех в моём прошлом мире. Можно было надеяться, что сработает такой приём и тут.
До лаборатории, которую с лёгкой руки Ждана переиначили в зельевую палату, я добрался только в конце июня. Стенька и Юшка к тому времени сделали простым нагревом из пищевой соды неплохую обычную. Хоть в полученном сероватом веществе ,на мой взгляд, были примеси, мастер-стекольщик признавал его за чистейшее. Смешивая в одной посуде воду, известь и сильно пахнущую соль, мои юные помощники смогли получить нашатырный спирт. До получения самого газа, используемого в нашем кустарном производстве, было недалеко. Стоило только попытаться смешивать компоненты по отдельности. Оставив им на испытания привезённые с Мологи образцы, я собрался уходить, но меня остановил старший из парней.
- Княже, яз да Стен, сумели выварить зелье отравное, что литвина воровского сгубило. Псам скормили сию соль - все сдохли, да с пеной кровавой из пасти. Також мы и чудную синь-краску извлекли, кислое железо с кровяной солью грея.-
Вернувшись в помещение, я с содроганием посмотрел на порошок, совершенно открытый лежащий в маленькой керамической миске на краю стола. Явно стоило озаботиться постройкой хорошо вентилируемой избы для хранения химикатов. Настойчивым финнам мной было строго наказано следующее:
-Сей яд делать токмо на улице, да чтоб ветер в спину дул. В безветрие николиже не варить. На подворье зельевое ни кормов, ни сытей не притаскивать, а тем паче не вкушать. Рубахи замывать токмо в варе, да с примешиванием чутка масла купоросного. Истрепятся - не велика беда, новые получите.-
Пока я читал притихшим мальчуганам очередную лекцию о технике безопасности, мне на ум пришла идея пошить им прорезиненную одежду. То, что это не было сделано раньше, сейчас казалось огромным упущением.
Съездили мы и к выбранному мной для агрономических опытов селу Девяткову. С болезнью и заботами в Устюжне оно совсем выпало из памяти. Вёз я крестьянам собранную по моему заказу веялку. Конструкция её была примитивна - несколько валов да толстое холстинное полотно, только вместо привычного мне электромотора приводилось это устройство в движение двумя людьми, качающими кривой рычаг. Конструкция получилась изрядно громоздкой, но устройство компактной веялки я вспомнить так и не смог. По крайней мере, это приспособление совместно с поставленной в двух саженях невысокой деревянной загородкой давало неплохой результат, особенно при дующем сбоку ветре. Тучков новшество не оценил:
-Пустое мудрование сия придумка. Из казны на неё семь рублей страчено, на кой ляд она нужна?-
-Она семена сорных трав от ржи отделять будет, да сами зёрна отдельно крупные от мелких бросать, - раз в пятый объяснял я скептически настроенному казначею.
-Всё в руце Божьей, по его велению чисто хлебное поле будет. Токмо ежели Господь пожелает, то ржица в сор не переродится. -
-Не растут из одного семени разные растения,- мне не надоедало повторять эту непреложную в моём понимании истину скептически хмыкающему Ждану
Встретивший нас за околицей местный тиун, низко кланяясь, сразу стал оправдываться за возможный неурожай:
-Землицу князь указал на него отрезать худую, испаханную. Опять же тёплых дней мало, всё мокрота с небес падает, тут бы, что посеяно, собрать уже добро было-
Вместе с сельским старостой проехали на поле. Несмотря на поздний срок, рожь еще цвела. У меня в памяти всплыла картинка, как мы с братом совсем маленькими бегали с верёвочкой по полю. Вроде бы этот нехитрый агрономический приём применялся как раз в дождливые времена.
Получивший распоряжения тиун аж заскрипел зубами, услышав такую глупость. Но ребятишек с вервиём обещал прислать. Я же набрал себе кусков земли, для испытания в своей зельевой избе. Деревенские дети ко всему относились попроще, чем взрослые, и довольно быстро перешли озимь вдоль и поперёк, раскачивая верхушки ржи натянутой бечевой.