Отмороженный 8.0 (СИ)

Услышал, как по корпусу орнитоптера ударила пуля. А в лобовом стекле, на границе видимости, появились фоггеры. Один целился в меня из винтовки, а второй как раз пытался ему помешать. Краткий спор, вероятно, в попытках сберечь технику, и к ним присоединился третий, с чем-то похожим на американский «джавелин» из моей прошлой жизни. Присел на одно колено и взвалил конструкцию на плечо, уткнувшись в большой блок управления. Чем собирались палить, было непонятно, но от пушки шла волна энергии с фоном дополнительного излучения. Явно собираются глушить!
А коптер хоть и поднялся, но завис метрах в пяти над землей. Будто ему была нужна еще какая-то команда. Выбор действий был огромен и одновременно невелик. Поэтому я потянулся к штуке, похожей на рычаг управления скоростью. Схватился и начал медленно проталкивать вперед.
После первого же касания, гул над головой словно обрел свой настоящий голос. Окреп и с треском работающих на пределе турбин перешел на новый уровень. А «птичка» резко ткнулась вперед на несколько метров и качнулась обратно.
Хреново, но хоть не заглохла! На боковом экране замигала красная табличка с изображением «лап» коптера.
— Ну, хер знает! — я надавил на экран, подтверждая какое-то действие. — С ручника снял, шасси убрааааал…
«Птичка» как с цепи сорвалась, втопив в снежную мглу. Меня размазало в кресле, что-то запищало и замигало. Ругался автопилот, ругался гироскоп, возможно, и какой-то аналог парктроника… Ругался я, увидел угол впереди стоящего здания. Подсвеченный яркой вспышкой, пролетевшего мимо снаряда. Предположу, что фоггеры тоже ругались.
Но первым притих автопилот, коптер дернуло в сторону за пару секунд до столкновения с крышей. Краем крыла только задели стену, выбив короткий шлейф искр. И все — дальше птичка выровнялась, задрала нос вверх, в очередной раз прилепив меня к креслу, и мы скрылись в снегопаде.
— Итак, наш экипаж приветствует вас на борту чудного лайнера. Наш полет займет, хрен знает, сколько времени. А также же хрен знает, куда мы летим, но летим! Погода за бортом…блин!
Правила полета я огласить не успел, тряхнуло так, что прошлый опыт турбулентности показался милым и трогательным воспоминанием. Еще раз наверх, потом крен набок и немного вниз. Что за маневры выписывает «птичка», было непонятно — может, с бураном пытается разминуться, а, может, так задумано. Изменить я ничего не мог, поэтому решил просто расслабиться и получить удовольствие от полета! Главное, что огни шахты светились все дальше и дальше.
Орнитоптер совершил крутой вираж, который я тоже ощутил всем своим физическим телом, и перелетел хребет довольно высокой горы. Местный «Эверест», который не смогли преодолеть разведчики «Северкрафта».
И было понятно почему, острые пики скал закончились только минут через пять, открыв вид на рельеф холмов, которые окаймляли ледяную равнину, изрезанную бассейнами разной формы и величины.
Я попытался сопоставить местную карту и данные, загруженные в Дженерика — оказалось, что сопоставлять нечего. В моей базе это уже была даже не серая зона, а практически белая. То есть, здесь не только нога человека не ступала, но даже дроны не пролетали.
Орнитоптер снизил высоту, но прибавил скорость. Похоже, хотел, как в прошлый раз, пройти по краю мелькающей сбоку черной тучи. Но что-то пошло не так. Какой-то рассинхрон или нехватка ручного управления и, промахнувшись, мы влетели прямо в тучу.
«Птичку» кидало не только вниз и вверх, но и болтало в разные стороны. В какой-то момент тряхнуло так, что в боковой стене открылась дверца не замеченного мной шкафчика.
Внутри нашелся кофр (он буквально в руки мне упали) с ремкомплектом. Скайкрафт, герметик, микросхемы и прямоугольные пластинки, но не мастер-схемы, а что-то типа перфокарт. Плюс странный девайс, одновременно похожий и на шуруповерт, и на паяльник.
Хорошо бы теперь разобраться с ручным управлением. Прекрасно, что коптер увез меня от фоггеров, но точка назначения и обратный маршрут вызывали некоторые вопросы.
 
Приборная панель все еще продолжала устраивать цветомузыку! Системы коптера, явно пытались справиться с бурей. Меня резко накренило вправо, а потом потащило в сторону и вниз, параллельно начиная закручивать в воздухе.
Приборы орали тревожными звуками. А я все набирал ускорение в своем падении и летел в пустоту, уже не понимая, где небо, а где земля, и как скоро я с этой землей встречусь. Нос птицы сильно отклонился от линии авиагоризонта. Система пыталась его выровнять, но пока безуспешно.
А дальше я провалился в кромешную темноту, в такую, в которой еще не бывал ни в одной пещере, и ни в одном болоте.
Оказался где-то в самой середине хаоса, полностью потеряв чувство времени. Может, десять минут, а, может, уже целый час.
Ветер закручивал орнитоптер, трепал его крылья и корпус и нес меня в неизведанном направлении. В стекло бил мелкий снег. Я уже не понимал, куда я лечу, и даже не ощущал скорости. Вокруг меня была только черная воронка и орущие приборы.
Голос Киры, пробившийся в динамиках капсулы, оказался чуть ли не единственным, что еще говорило о том, что я живой и в сознании.
— Алекс, ты возвращаться собираешься?
— Собираюсь… — ответил я, шевеля челюстью, чтобы сбить эффект заложенных ушей, — но…
— Да, понятно, что ты занят. Выспался хотя бы?
— Нуууу, типа того-го, — еще и тряска никак не заканчивалась.
— В общем, метка остановилась, — продолжила Кира. — Глушь полная, ты в такой небось и не бывал еще. Там база укрепленная, пока следим. Без тебя штурмовать не будем. Но поторопись, хорошо? Я бы даже сказала, бегом лети!
— Угу, уже лечу… — только и смог я вымолвить, испытывая явную перегрузку организма, с которой даже кресло не могло справиться — просто не продумали для нее таких ситуаций.
С другой стороны, краткость — сестра таланта. И не соврал. Летел-то я быстро. Даже чертовски быстро. По навигации было непонятно, но карта Дженерика рисовала шахту уже почти в пятистах километрах от меня.
Через еще какое-то время на навигаторе неожиданно появилась новая точка. Чуть в стороне от синей нитки основного маршрута. Потом выскочило всплывающее окно с возможностью выбора опций. Система явно хотела от меня подтверждения какого-то действия. Сопротивляться не стал, предположив, что предлагают аварийную посадку.
В этот же момент орнитоптер резко спикировал вниз и начал забирать влево, с трудом преодолевая силу стихии. Ушел с маршрута, нацелившись на новую точку.
Похоже, и правда заход на посадку. Тогда экипаж прощается с вами, спасибо, что были с нами в этом комфортабельном полете…
Полностью из бури мы не вышли, но стало чуть светлее. Я смог разглядеть кусочек более-менее ровной площадки. Узкий, как самая настоящая посадочная полоса. Но доверия он не внушал: с одной стороны, темный провал пропасти, с другой, наоборот, острые нагромождения камней. Интересное место, пешком сюда не факт, что даже случайно забредешь.
«Птичка» продолжала маневрировать, открывая в просветах все больше новых деталей. На очередном крене я смог разглядеть какую-то постройку. Квадратная невысокая башня на краю пропасти. Аванпост — практически такой же, где я нашел Искорку, только лучше сохранившийся.
Еще один нырок с болтанкой, и орнитоптер пошел на аварийную посадку.
 Глава 26 
«Птичка» пыталась выровняться, с натугой задирая нос против бури. Ощущения были такие, словно кто-то огромный схватил коптер за «шкирку» и намеревается «макнуть» ее мордой о скалу. Может, и автопилот уже отключился и меня просто несет по инерции⁈
Но в момент, когда уже казалось, что столкновение со скалой неизбежно, коптер поймал порыв ветра, клюнул носом и, вероятно, сложив крылья, понесся мимо острого пика в сторону единственно возможной «посадочной полосы».