Отмороженный 8.0 (СИ)

— Знаю. Правда, сейчас матчасть не та, чтобы их быстро вскрыть, но я попробую.
Мы с Вирусом поменялись местами.
Я выключил процесс восстановления. Имитация иглоукалывания уже практически закончилась, но будет не круто, если где-нибудь кольнет в момент наивысшей концентрации. Попытался расслабиться, полностью поместив свое внимание в процесс дыхания. Войти в медитативное состояние не получалось. Мысли постоянно скакали — то думал о том, что разведчик обратно поползет, то о том, что Кира в любой момент позовет в Ориджа, то о том, как будем действовать на территории шахты, и что нас ждет за дверью…
Закончу эти два параллельных, блин, «квеста» и в отпуск. В Эдеме отдохну по-человечески, а Ориджем сгоняю в поля, пройдусь по картам Искорки с арсеналами. Механоид и прогресс у Искорки — это хорошо, но лишней боевой мощи, как говорится, мало не бывает. Вдруг, что еще интересное откопаем.
Так, стоп! Все потом, сейчас замок!
Одну за другой я проводил все мысли, что вертелись у меня в голове, наблюдая за тем, как они исчезают в черном пространстве. Теперь дыхание. Пытался вспомнить свои ощущения, когда открывал замки в Оридже. Расслабленность и в то же время полная сосредоточенность на процессе.
Дал себе еще немного времени, рассматривая черный блок управления, вмонтированный в стену. Царапины и сколы по периметру от вырванного старого, скайкрафтовый герметик для закрепления нового. Словно жидким металлом залили — грубо, но эффективно. Пробежался взглядом по контуру двери, сканируя крепления и места предполагаемых засовов. Ясно, условная личинка осталась без изменений, заменили только «замочную скважину».
На новом черном экране едва-едва проступали четыре символы. Удивительно, что Вирус их заметил — считай, черное на черном.
Вытянул вперед руку и раскрыл ладонь над замком, едва касаясь экрана. Попробовал поделиться энергией Дженерика, надеясь, что даркрон обладает достаточной проводимостью для того, чтобы перенести человеческий навык в дроида.
— Он что? Медитирует? — услышал я в наушнике недоуменный голос Тени.
— Да, и ты меня сейчас отвлекаешь, — бросил я, продолжая гипнотизировать экран.
Вскоре я дождался момента, когда меня будто бы окутал плотный кокон. Контуры собственного тела перестали ощущаться, словно их никогда и не было. Вокруг меня пульсировал темно-фиолетовый свет. Словно чье-то большое сердце качало воздух из несуществующей атмосферы.
Я почувствовал легкие покалывания в вытянутой ладони. Чуть не отвлекся, решив, что это незаконченная рефлексотерапия капсулы. Но сдержался, продолжил посылать энергию и увидел два первых подсвеченных символа.
Рука непроизвольно поползла в сторону и поменяла местами засветившуюся подкову, перевернутую наверх, и знак, напоминающий бесконечность, только с вписанными в него линиями.
Стараясь не отвлекаться на нахлынувшее воодушевление, дождался, пока засветятся и остальные шесть. Дальше дело пошло быстрее. Повезло еще, что шифр был несложным. Не нужно было ничего дополнительно проявлять и искать недостающие части древней головоломки. Как только все восемь символов выстроились в правильной последовательности, экран мигнул, выдав вполне стандартные иконки управления.
— Разведчик возвращается, — услышал, как в образовавшийся вокруг меня кокон проник голос Вируса.
— Готово! Быстро сюда, — я тихонько приоткрыл дверь, пропуская вперед собственную систему сканирования.
Какой-то закуток чего-то очень большого, куда сканер не добивал. Прямо перед выходом из штольни — времянки, контейнеры, насыпи пустых пород, неспешно кативший мимо самосвал на автоматическом управлении, а дальше — шум работающей техники, периодически заглушаемый гулкими ударами где-то в глубинах горы. Над всем этим бледный ночной свет, льющийся сверху.
Ребята один за другим юркнули в узкую створку. Пролез туда сам и прикрыл дверь. Аккурат в тот момент, когда из-за колонны появился дрон-разведчик, высветив сканером пятачок перед воротами.
 
— Неслабый такой размах! — тихо проговорила Тень, когда мы скрылись за ближайшей времянкой.
Из материалов Самсона, мы знали, что глубина шахты была сто пятьдесят метров, а суммарная длина всех ответвлений — несколько километров.
С нашего места мы видели лишь широчайший тоннель, расходящийся в обе стороны. Судя по карте, мы оказались в своего рода транспортном узле, этакий пятачок триста на сто метров под частично открытым небом.
Справа дорога разветвлялась и уходила еще глубже под землю, в самые недра горы. Слева тоннель был один, широкий и, можно сказать, обустроенный.
Под потолком, куда вело несколько лестниц, организовали технический блок. Вот только в чем был его функционал, я не понял. Краны, балки, сплошные металлические леса и яркий свет, подсвечивающий потолок. Сканер определил наличие фоггеров внутри, и какая-то тень мелькнула, но конкретно мы там никого не увидели.
Еще выше над тоннелем, словно огромная (метров пятьдесят в высоту) ступенька, был прямой участок, огороженный забором. И вот там, на этой верхотуре, стояло административное здание, совмещенное с блокпостом охраны рудника. А, значит, и местный арсенал. А еще метров через сто светился выход на поверхность.
— Нам что, на самый верх? — спросила Тень.
— На мост точно, попробуем там обновить снарягу, — ответил Вирус. — Но выше не нужно, там проезд должен быть.
— Для начала нужно до лестниц добраться, — я сверился с дальномером системы, пройти практически по открытой площадке нужно было метров двести.
Только собрался уже выскочить и добежать до старого контейнера, стоящего у стены, как услышал звук приближающегося транспортника. Увидел, как из одного из проемов справа от нас выехал плоский грузовик, доверху нагруженный камнями.
У транспортника, похожего на карьерный самосвал, не было кабины. Только прямоугольная площадка с пультом управления, на которой стоял Ориджинал. Неопознанный класс — похожий на того громилу, с которым я дрался в Бонневиле.
Как и тот, он отдаленно напоминал «защитника», но с еще больше увеличенным плечевым поясом, внутри которого пряталась маленькая треугольная голова. Буквально ладошки домиком сложи, и она там поместится. По сравнению со всей остальной тушей треугольный шлем казался совсем миниатюрным. Создавалось впечатление, что дроид сутулится, настолько голова была утоплена в броню.
— Это что за класс такой? — прошептала Тень. — Шахтер?
— Скорее Каток, — отозвался Вирус. — Хотя и бульдозером может быть, такие руки-загребуки. Только посмотри на него.
— Может Бастион? — предположил Ган. — Жалко такую мощь только на камни тратить.
— Тихо, замерли все, — я шикнул на команду, хотя предполагал, что бессмысленная болтовня просто успокаивает нервы.
Хоть Бастион, хоть Шахтер — как ни назови, а не факт, что Дженерики его завалят настолько быстро, чтобы подкрепление не среагировало.
А фоггеров здесь было много. Самосвал проехал мимо нас, тормознул перед тоннелем и что-то сказал фоггерам наверху. На освещенной лестнице появилось две головы «обычных» фоггеров и грудь еще одного «Бастиона». Короткое общение, после чего водитель с грохотом спрыгнул на землю и достал из кузова несколько осколков каменных плит. Сгрузил их на землю, что-то еще «гавкнул» — настолько интернационально, что без слов было понятно: «наверх не потащу, сами спускайтесь». Забрался обратно на платформу и поехал дальше.
За осколками, громыхая по стальной лестнице, спустился его «близнец». Поднял первый камень и начал его рассматривать. И я тоже, выкрутил кратность оптики на максимум и смог разглядеть несколько старых фрагментов символов. Выдолбленных в камне, заросших мхом и частично очищенных.