Лисьими тропами (СИ)

— Превосходно, — похвалила я, и взялась за палочки. Шин тоже вернулся к своей тарелке. — Шин. Ты не доверяешь Такеру?
Он сделал небольшую паузу, доел свой рамен, разглядывая все вокруг. Но людей по-прежнему было мало, за окном начинало светать. Раннее утро.
— Почему же? — Шин казался отстраненным. — Думаю, он нам поможет.
— Ты чего-то не договариваешь, — заметила я с осторожностью, закусив губу.
Шин еще недолго смотрел в сторону, а затем уже серьезно посмотрел на меня.
— Откуда ему столько известно? — Задал вполне себе закономерный вопрос Шин.
— Он нашел нужную книжку, — хмыкнула я, чтобы разбавить серьезность.
— Я просто думаю: — Шин чуть прищурил глаза, — ведь Нацуэ изначально пропала из университета, так? Что-то произошло, что-то, чего мы не знаем.
— А ты подозревал кого-то в университете, — вспомнила я, Шин кивнул, и по его взгляду я поняла, что это именно то, что он имел в виду. — Значит, ты думаешь, Такеру причастен к исчезновению Нацуэ.
— Я не утверждаю этого. Но, согласись, немного странно, что он вызвался тебе помогать. И так спокойно отнесся ко всему.
— Пф, это ты называешь спокойным? — Похихикала я, вспоминая, как он все время порывался сбежать от шинигами.
— Но он помог тебе найти тропу, — напомнил Шин.
— Ммм… с этим я, с одной стороны, соглашусь, но, с другой, он не воспринял эту новость как должное. Как нечто очевидное и простое. Он вообще потерял связь с реальностью на какое-то время.
— Но почему он пришел тебе помогать? — Не сдавался Шин.
— Он нашел футболку, — объяснила я, рассказав Шину подробности. — После этого он стал мне больше доверять.
— Только из-за футболки, — не сдавался Шин.
— К чему ты клонишь? — Устала защищать Такеру.
— Я клоню к тому, что этот Такеру не так прост, как кажется, — объяснил свою позицию Шин.
— Но ты тоже, — неосторожно заявила я.
На несколько секунд мы с Шином просто смотрели друг на друга в полной тишине. Я боялась обидеть его, но, если задуматься: пусть мы вернулись уже вроде как помирившимися, все же изначально Шин меня обманывал. Ладно, не договаривал, но это тоже близко. Поэтому… наверное, поэтому он наконец-то сдался и отвернулся от меня, чем меня огорчил.
Мою руку он больше не держал, и это показалось пропастью между нами. Мне захотелось это исправить, и я была безумно рада, что он сидел рядом. Подвинулась к нему ближе, осмелела настолько, что положила ладонь ему на плечо.
— Я не обвиняю тебя ни в чем, — заметила я с осторожностью. — Но… Такеру ведь помог мне. Он сделал ровно то, что мне требовалось. К тому же, он помог с теми девушками (я про них и забыла, но в двух словах объяснила Шину ситуацию с ними). Ты знал?
— Нет, конечно, — Шин повернулся ко мне, снова оказавшись так близко, что я невольно смутилась. — Если бы знал, я бы их не отпустил.
— Вот, — робко кивнула, отстраняться было уже как-то неудобно, но мы находились так близко друг к другу. Надеюсь, я краснею сейчас не как свекла. — Поэтому… поэтому я не спешу обвинять Такеру.
— Я тоже не обвиняю его, — примирительно поддержал Шин, и я улыбнулась. — Просто считаю, что к нему стоит присмотреться.
— Конечно, — улыбнулась смелее.
Было просто уютно сидеть здесь и быть так близко… настолько близко, что даже защемило сердце. Шин… по-моему, каждый новый поход в эту раменную становится все более родным и уютным.
Надеюсь, мы еще не раз сюда вернемся.
  
Глава 27
 
К моему великому удивлению, пока я там бродила лисьими тропами, уговаривала кицунэ меня пощадить, и прочие приключения, жизнь продолжалась. Вернувшись в кампус, прежде чем уйти, Такеру ошарашил меня новостью:
— В понедельник начинаются занятия.
— Как? — Только и смогла, что удивиться я, разинув рот.
«А вот так», — мог бы ответить Такеру. Но страх победил, и он припустился бежать куда подальше, чтобы не попасться шинигами под горячую руку. Обещал держать в курсе событий (удивительно, но я уже забыла, что существуют мобильные телефоны). В общем, раз уж так случилось…
 
— Уезжаешь? — Удивился Шин, когда проводил меня до моей комнаты.
Кивнула.
— Мы с родителями давно договорились, что встретимся в последние выходные перед семестром, — объяснилась. Шин так взгрустнул, что мне стало его жалко. — Я ненадолго. Мы же вечером пойдем, так? (Он грустно кивнул. Да, так тоже можно было). Вот. А я вернусь днем в воскресенье. Успею.
Он взглянул на меня такими несчастными глазами, аж ком в горле застрял. Додумывать я не хотела, но… но… кто так сожалеет о возможном не самом лучшем походе к храму кицунэ? Не Шин… не сейчас, не…
— Отдохни… как следует, — не зная, что пожелать мне, нервничал он, стоя передо мной.
Прощаясь.
— Я… эээ… — тоже не блистала красноречием, — да. А это… у тебя… мобильного нет, да? (Шин на меня так посмотрел, что у меня даже вопросов не осталось). Могли бы переписываться…
А что? Мог бы и завести. Как я думала. Но Шин чуть замялся, обдумывая свой ответ.
— У меня… техника не очень работает, — признался он. — Это… из-за моих… способностей.
Он с осторожностью подбирал каждое слово.
— А, — тоже мне, поняла жизнь. — Ясно.
Что мне там ясно? Шин еще раз кивнул, мол, «мне ясно, что тебе ясно, я рад». Наверное. Пришла пора прощаться…
— Значит, послезавтра, — подвела итог я. Шин вновь кивнул. — Ладно…
— Ага.
Очень содержательный диалог. Если бы кто-нибудь нас слушал, вызвал бы неотложку — два психопата сбежали, это, прям, про нас.
Но… что я могла? Да, мы помирились, я перестала на него обижаться, проревела в его объятиях. Но… что еще изменилось? Мы не договаривались ни о чем другом. Так ведь? Так. А лезть к нему… особенно после тех моих финтов ушами… уже не хотелось. Портить такие шаткие отношения.
Но… как же тогда так попрощаться, чтобы он понял, что я?..
— Я буду скучать, — выпалила я, решив, что будет лучше сказать это вслух.
Шин, который будто бы разыскивал подходящие слова, сосредоточил на мне взгляд. И замер. На пару мгновений. Затем улыбнулся. Ах, пощади…
— Не стоит, — заявил он, будто кулаком в стекло врезал, разбив все вдребезги. — Мы же расстаемся ненадолго.
— А, — что-то крякнула в ответ, развернулась, чтобы открыть свою комнату…
А Шин шагнул ко мне, и обнял одной рукой сзади. Я замерла, задержав дыхание. Так нежно, трепетно, он опустился ближе к моему уху, я услышала его улыбку. Хотела бы я не дышать, но легкие требовали воздуха.
— Я же шинигами, помнишь? — Шепнул он мне. — Для меня границ не существует.
— А? — Чуть обернулась я, медленно позволяя себе чуть больше, еще больше, он так близко, что…
Он улыбался мне уверенно, а я была слишком поглощена эмоциями, чтобы соображать. Что он имел в виду? Что?.. Что?.. Всё, мысли кончились. Эмоции захватили мой мир.
— Не грусти, — как-то игриво посоветовал Шин, а потом приобнял меня чуть сильнее лишь на миг (кажется, я умерла… ой. Не умею я в присутствии шинигами шутить нормально). А затем отпустил. — Увидимся.
С этакой загадочной улыбкой он мне подмигнул — я чуть не рухнула — и ушел. Я еще долго смотрела ему вслед с раскрытым ртом, разглядывая его идеальную фигуру в этом бесподобном костюме. Как же он… великолепен.
Шинигами. Он — жнец смерти. Рехнулась я, это совершенно точно.
Мозг вернулся ко мне не скоро. Когда Шин все-таки ушел, а я поняла, что продолжать стоять и пялиться на пустой коридор все же бессмысленно, точно кто-нибудь вызовет неотложку, поэтому зашла к себе в комнату и на автомате взялась собираться. Что? Я спать, что ли, должна была лечь? Да после всех впечатлений я уже спать никогда не лягу!..
Уснула примерно в пять вечера. Просто уложила голову на кровать, сидя на полу, и провалилась. У меня вообще-то поезд через час, а я тут разлеглась. Чувствовала себя маленьким ребенком, который бегает до полного опустошения, пока не упадет. Но билеты были куплены заранее, так что — долг меня разбудил, и я как ненормальная понеслась на улицу, вызывая на ходу такси.