Лисьими тропами (СИ)

— Может быть, — пожал плечами Шин. — А, может быть, тебе хватит один раз отдохнуть, и ты примешь эти изменения спокойно.
— Да я и так не нервничаю, — отшутилась я.
Шин улыбнулся. В этот раз его улыбку я разглядела, покраснела, понимая, что уставилась на нее слишком уж явно…
Смущение победило, я снова огляделась, пытаясь сообразить, где мы находимся.
— Думаю, мы недалеко от храма, — указал на ступеньки Шин, в точности понимая, чего это я тут головой верчу.
И правда. Интересно, мы вышли там же?.. Нет, не там же. Момент, когда Такеру отправлял меня лисьей тропой, будто случился в другой жизни. Впечатлений — море! Но…
— Уже ночь, вряд ли мы сейчас где-нибудь встретим Такеру, — подметила я, и мы стали спускаться вниз.
К моему великому удивлению, я оказалась не права. В самом низу на ступеньках, издалека и в темноте ночи, я сначала заметила какой-то комок. Только по приближению я поняла, что на ступеньках кто-то сидит. Ну, а когда я уже подходила, он вскочил на ноги, и я с удивлением его узнала.
— Такеру? — Захлопала глазами.
— Ты жива! — Обрадовался он, ломанувшись ко мне.
— Эээ… очень оптимистичная встреча, — нервно хихикнула я.
— Прости, — Такеру добежал до меня и встал в одной ступеньке, с жадностью разглядывая меня с ног до головы, как будто проверяя на наличие видимых изменений. — Ты ушла так надолго, я… уже не знал, что и думать.
— Кицунэ оказался болтлив, — воспользовавшись случаем, в шутку бросила я.
А Такеру — даже в темноте я увидела, как его глаза округлились.
— Ты… встретила его? — Аж задохнулся парень, потом и вовсе качнулся, будто собрался падать. Но устоял. — Как… прошло?
Теперь я вспомнила наш разговор… да всё. Вздохнула.
— В общем, ты мне очень помог, — заключила я первым делом. Но Такеру нужны были подробности, детали, поэтому он не дышал, не моргал, ждал более развернутого ответа. — Твоя история про сделку очень помогла. Я ее действительно заключила. Надеюсь, все сделала правильно.
— Хорошо, — Такеру отмер, медленно улыбнулся, обрадовался.
— Но… — снова вздохнула, глянув на Шина, который по-прежнему стоял рядом и держал меня за руку, — его первое желание не такое уж и простое.
— П… первое? — Такеру тоже слегка не понял.
— Да, первое, — без энтузиазма подтвердила я. — Оказывается, я ему уже два должна. За то, что он спас меня сначала той ночью. Не знаю, как это было спасение. И второе: я пришла без разрешения. А он меня не убил. Так что теперь я ему должна еще и за это.
Такеру потерял связь с реальностью на несколько секунд, клянусь, если бы в этот момент у меня внезапно появилась способность заглянуть к нему в голову, я бы увидела космос непонимания.
Но, в конце концов, он моргнул.
— Но… за третье ты хотя бы получишь свободу? — Уточнил он.
— Да! — Радостно заявила.
Такеру снова обрадовался.
— Я рад! — Поддержал он. А потом вновь посерьезнел. — Ты узнала что-нибудь про Нацуэ?
— Только то, что она жива, — тяжело вздохнула. — Но кицунэ было не выгодно мне в этом помогать… но! (Я снова взглянула на Шина с улыбкой) Есть и хорошая новость!
— Какая? — Оживился вновь Такеру.
— С нами шинигами, — заявила я.
Как-то слишком громко сверчки запели где-то поблизости. Сейчас сентябрь, им не пора уже уснуть? Или куда они там деваются на зиму? Такеру смотрел на меня пристально, ждал дальнейших развернутых объяснений.
— Шинигами, — наконец с подозрением в моей нормальности повторил он. — Это… как с тропой?
Я похихикала, вспомнив тот момент, Шин вопросительно взглянул на меня.
— Нет. Ты… готов увидеть Шина?
— Шина? — Не понял Такеру.
— Эээ… у шинигами нет имен, вот я его и назвала, — объяснила.
Мне кажется, сейчас в голове Такеру началась вечеринка квантовой физики. Так-то мы говорили с ним только о кицунэ, о моей метке и прочее. Шинигами да, упоминали, но все-таки для Такеру и так было слишком много информации, чтобы к ней привыкать.
За помощью я обратилась к Шину, взглянув на него. Он коротко кивнул мне, понимая, к чему я веду.
— Такеру, ты только не пугайся, — мягко улыбнулась я ему.
 
Такеру непонимающе хлопнул глазами, а потом, я полагаю, Шин стал видимым для него. Потому что Такеру перевел взгляд на то место, где Шин стоял. Кажется, мир замер. А потом Такеру сорвался, аки спринтер на соревнованиях, на которые он опоздал, припустившись бежать так быстро, такими широкими прыжками, что я не сдержалась и начала смеяться, не в силах остановиться.
Взглянула на Шина — он тоже ухмылялся, а, встретившись со мной взглядом, лишь пожал плечами.
— Думаю, эффекта добавила ночь, — объяснил он.
— Ага, — я не могла говорить, меня одолел хохот.
— Кхм, — кашлянул Шин, думаю, скорее от смущения. — Я его поймаю.
Я бы хотела задать парочку уточняющих вопросов, пообщаться с ним на эту тему, но смех напал на меня, и я не смогла сопротивляться. Думаю, он отдувался за всё разом: за пережитое, за напряжение, за все, что нам еще предстояло. В общем, Шин ушел, а я уперлась ладонями в колени и хохотала, как ненормальная.
Представляю, как это смотрится со стороны: стою на лестнице перед храмом и хохочу. Если не перестану, скоро приедет скорая и заберет меня в психушку.
Еще немножко посмеявшись, я сделала глубокий вздох и спустилась вниз. Хотела бы я быть серьезной, но заметила, как Шин тащит Такеру, и хохот меня снова разобрал. Такеру, бедняга, упирался, вырывался, был в ужасе! Но Шин обещал, Шин его вернул.
— Такеру, — опять смеялась, но что поделаешь? Бедный парень сегодня поймал откровение. — Ты не бойся. Он не за тобой.
— Он… — Такеру запнулся, поперхнувшись то ли впечатлениями, то ли откровением, — он появился из ниоткуда!
— Я тебе говорила.
— Да! Но видеть это… — Такеру вздрогнул и снова взглянул на Шина с ужасом.
— Я не это, — строго поправил Шин, и Такеру вновь чуть не сбежал. Шинигами обиделся, взглянул на меня: — Рамен?
Открыла рот, чтобы ответить, но еще не до конца поняла, что он только что такое предложил. Потом улыбнулась и кивнула. Такеру только в непонимании вертел головой, как будто «рамен» — это был какой-то шифр начала крупномасштабных пыток для него.
Но нет.
Поскольку было поздно, пришлось вызывать такси. Такеру, который вообще не был знаком с нашими ритуалами, только таращился на нас в ужасе, периодически порываясь сбегать. Невольно вспомнила, как делала это сама, когда только познакомилась с Шином, и пришла в ужас. Неужели я так же смотрелась?
В общем, такси приехало, и только по пути в Синдзюку оказалось, что деньги есть только у Такеру. Он и так не сильно горел желанием куда-то ехать, а тут еще ему за все платить. Мне было очень стыдно, но я по-прежнему продолжала смеяться. А Такеру нервничать. Хоть дороги были не сильно загружены, Такеру все еще порывался выскочить из такси и бежать, сломя голову, куда подальше. Что вызывало у таксиста беспокойство, потому что — что это вообще такое?
В общем, с горем пополам мы добрались до места и пошли к раменной. Такеру шел и хмурился, разглядывая улицу.
— Зачем нужно было ехать так далеко, чтобы поесть рамен? — Не понимал он совершенно.
Я же улыбнулась, поймала взглядом улыбку Шина и закусила губу.
— Это традиция, — объяснила я.
— Какая еще традиция? — Такеру пока еще не поймал волну нашего оптимистичного настроения.
Хотя, откуда вообще после всего взяться оптимизму? А, неважно! Мы живы? Живы. Оба? Оба. Даже Такеру вон с нами идет! Так-то я вообще была удивлена, что он меня дожидался. Наверное, чувство вины. Он же меня лисьей тропой отправил.
В общем, мы зашли в раменную, сели за наш любимый столик, только с одним изменением: Такеру сел напротив, мы с Шином — рядом. Пока готовился рамен, мы о делах не разговаривали. Сидели, молчали. Такеру еще разок порывался сбежать, но Шин довольно профессионально, аки какой-нибудь агент спецслужб, каждый раз ловил парня и возвращал обратно.