Лисьими тропами (СИ)

— Этот вариант хорош тем, что ты не ждешь, когда твою волю подчинят полностью.
— А ты уверен, что таков конечный результат?
— Нет. Но я не был уверен, что ёкаи вообще существуют. А теперь… теперь ты стоишь передо мной, и я вижу, как цвет твоих глаз меняется. Это ведь не линзы, так ведь?
Цвет моих глаз. Что-то мне стало не по себе от слов Такеру. Но главный вопрос, который меня мучал, снова всплыл на поверхность.
— Ты думаешь, кицунэ забрал Нацуэ? — Спросила я с тревогой.
— Не знаю, — покачал головой Такеру. — Но если тебе удастся его найти…
— …я об этом узнаю, — закончила за него. — Или хотя бы попытаюсь. Похоже на план.
— Так… ты пойдешь?
— Как будто у меня есть выбор, — пожала плечами.
  
Глава 20
 
Не нравилось мне все это. От слова совсем. Лисьи тропы, какие-то сделки, попытка договориться с бессмертным ёкаем. Можно мне Шина, пожалуйста? Мне с ним переговорить бы, прежде чем предпринимать какие-то действия.
Но… чем больше я задумывалась об этом, чем больше вспоминала все наши разговоры, тем больше с сожалением обнаружила совсем уж неприглядное: он ведь всегда утаивал от меня что-то, скрывал, недоговаривал. Понятное дело, что мы с ходу лучшими друзьями не стали, но в одно и то же время это ведь касалось меня. Почему бы не рассказать мне правду?
Потому что…
А вот тут-то возникала туча вопросов. Слишком много, чтобы я могла подобрать хотя бы приблизительные ответы.
Почему он ушел? Оставил меня? Вернется ли он теперь? И по какой причине? Я уже как-то слишком смутно верила в то, что он действительно там какие-то порталы открывает. Что же делать?
— По идее активировать метку может именно стихия, — настаивал Такеру, в который раз перечитывая то, что было написано в его драгоценной книжке.
Он с ней не расставался, обнимался слаще, чем с любимой женщиной. Кажется, ему эта идея все больше нравилась. Хорошо ли это? Не знаю. Но пока не очень помогало. С другой стороны — это мой единственный вариант. Так что — не жаловаться!
Мы вернулись ко мне, потыкали мою метку всеми возможными способами. Но ничего не менялось. А вот последний способ, который предлагал Такеру по-прежнему подвергался строгой критике.
— Ты хочешь меня жечь, — настаивала на своем.
— Нет, не жечь, — Такеру, прям, ожил от участия в моем не самом приятном приключении. — Просто приблизить к ней огонь. Должно сработать.
— А если не сработает, будешь жечь? — Настаивала, не собираясь оставлять этот момент без ответа.
— Ты можешь сделать это сама, — предложил Такеру. Я на него так скептически смотрела, что объяснений даже не потребовалось. — Перед зеркалом. Я дам спичку, ты сама поводишь ей у метки.
— Ладно-ладно, сейчас сделаем, — оттягивала неприятный момент, как могла. С чего он вообще взял, что это сработает? Я же искрами разбрасывалась, а не водой, например, всех поливала. — Давай ближе к сделке: хорошо, предположим, я такая прихожу «привет, давно не виделись», но почему ты решил, что кицунэ этому обрадуется? Если по идее он сам должен был меня к себе позвать. Зачем-то.
Такеру снова задумался, бережно закрыл книгу, подался ко мне ближе. Его глаза горели от предвкушения, а я начала задумываться: я также выглядела в глазах Шина, когда мы только начали во все это влезать?
Поэтому он предложил мне все забыть? Может быть, он щадил меня? И почему только я пытаюсь найти ему оправдания?
— Я думаю следующее: — собрался с мыслями и всеми своими доводами, Такеру. — Ты рассказала, что когда вас с Нацуэ похитили, ты помнишь, как тебе нанесли метку. Так? (Я лишь кивнула, внимательно слушая). А что, если это ты? Ты же к Нацуэ хорошо относилась…
— Она моя подруга, — подтвердила.
— …что, если это была сделка изначально? — Я лишь захлопала глазами. — Может быть, ты попросила кицунэ ее спасти?
— Так, — задумалась я, — получается… в таком случае я уже заключила сделку.
— Но! — Такеру даже улыбнулся. — Ведь если это так, кицунэ должен был исполнить твое желание.
И тут я как поняла, аж на ноги вскочила от радости!
 
— Ты думаешь, кицунэ оставил на мне метку за то, что спас Нацуэ! И в таком случае он ее просто спрятал! Поэтому Нацуэ исчезла!
Такеру тоже радостно поднялся на ноги и закивал.
— Он же кицунэ, как он должен был ее спасти? Особенно, если за ней охотились ёкаи.
— Так он сберег ее, — запрыгивала на поезд мыслей Такеру. — Это же гениально!
Такеру смущенно улыбнулся, потупил взгляд, обнимаясь с книжкой.
— Ладно, предположим, — не стала с этим спорить. — Но мне что делать с меткой? И со сделкой? Если я ему пообещала себя… значит, это невозможно расторгнуть.
— Почему? — Такеру снова улыбнулся. — Подумай: если ты предложишь ему более выгодную сделку, его это заинтересует.
— Но как же исполнение условий?
— Это его условия, он может и поменять их.
— Но ты же говорил про того тугоухого…
— Хромого, — поправил Такеру.
— Да-да, про него. Что когда ёкай не выполнил условий сделки, его коряга зачахла.
— Но это был ёкай. И ты не отказываешься, а предлагаешь что-то более выгодное.
— Но что более выгодное я могу ему предложить?
— Это мы и пытаемся выяснить. Ты пойдешь к нему и спросишь об этом.
— Гениально.
— Конечно! — Такеру сарказма не понял. — Послушай, ты все равно носишь его метку, а значит, максимум он скажет тебе, когда вернуться.
— В смысле?
— Когда твой разум подчинится… неважно, — это я бледнеть начала, — я это к тому: по крайней мере, ты будешь знать наверняка.
— А если это не кицунэ?
— А метка чего тогда такая?
— Не знаю. Упала на клеймо, — предположила я и вздохнула.
Такеру сделался серьезным и шагнул ко мне ближе, заглядывая в глаза, призывая смотреть на него в ответ.
— Я знаю, что все это далеко не просто. Но это единственный способ попытаться взять ситуацию под контроль. Хотя бы частично. Ведь иного все равно нет.
— Ты уверен, что тропа выведет именно к кицунэ?
— Она выведет тебя к тому, кто поставил метку.
— Точно?
— Да.
— Ты не ёкай случаем?
— Конечно, нет, не говори глупостей.
— Ёкай бы так и ответил, если бы хотел скрыть правду, — подозрительно сощурилась я.
Такеру не ожидал, что я начну его подозревать, поэтому не сразу понял мой настрой. Потом взглянул на меня и вздохнул.
— Риса, мне очень трудно во всё это поверить, и я до сих пор не могу принять то, что ты можешь колдовать, — снова его глаза стали немного дикими от удивления. — Но что бы ты обо мне не думала, медлить все равно нельзя. Твоя душа в опасности. Ты можешь заняться этим одна. Но я действительно хочу тебе помочь.
Можно было бы поспорить, но, с другой стороны — а кто у меня еще остался? Правильно, Шин. Которому я продолжала все меньше и меньше доверять. Понятное дело, у него были свои корыстные цели, но какие? Хороший вопрос.
— Ладно, давай уже свой огонь, — буркнула я раздраженно.
Такеру на тон моего голоса не обратил внимания, метнулся за спичками, зажег свечу, вернулся ко мне. Протянул. Я лишь покачала головой и повернулась к нему, снова спуская бретельку майки. Ощутила тепло — явно приблизил. Но не сжигал. Уже неплохо.
— Ну? — Нетерпеливо уточнил Такеру.
— А что должно произойти?
— Ты должна увидеть путь.
— В моей комнате, — скептически заметила я.
— Это неважно, где ты сейчас, тропа поведет тебя от места, в котором ты находишься, — объяснил Такеру.
— Точно? — Лопатку начало обжигать.
— Я так вычитал, — объяснил он.
Гениально. Жжем мне кожу, потому что ты чтец не очень. А что? Ничего же не менялось. Терпела. Сколько могла, потом заверещала «хватит», Такеру одернул свечу. Обернулась, взглянув на свой ожог… мурашки побежали по коже, когда перехватила собственный взгляд в отражении. Мои глаза.
Подошла к зеркалу поближе и вгляделась в свои зрачки: они все больше становились оранжевыми. Это… удивительно. Если бы происходило не со мной. Времени становится все меньше. Я… превращаюсь?