Железная леди (СИ)

— Ааа это что?
— Сопромат по магическим материалам. Я тебя в прошлом семестре только по практике гонял, жертвуя теорией, теперь пришло время заполнить пробелы в знаниях. Если эти гигантские дыры можно назвать пробелами.
— Понятно.
Некоторое время я мялся, решаясь, рассказать обо всём Лисицину или нет. С одной стороны, у него точно больше, чем у меня, ресурсов для решения этой проблемы. А с другой, так проблемы пока что и нет. Да, вряд ли меня у Марины встретят хлебом-солью, но верещать «Помогите! Спасите!», пока ещё ничего не произошло, будет глупо.
Да и вообще, я мужик или нет⁈ Только смело смотреть вперёд и раздвигать могучей грудью грозовые облака проблем! Ну, или какой есть грудью, тут выбирать не приходится.
Вечером я направился к университету. Охранники проверили мой пропуск и сказали, что меня ждёт в восьмом малом тренировочном зале, даже дорогу показали по местной карте. А я шел и думал, как же это всё утрясти. Извинюсь ещё раз, хоть я и правда не виноват, ну не совсем же эта Марина больная на голову! Хотя она мне лицо сжечь хотела… Может, и вообще. Тогда что делать⁈ Даже рассказать никому не получится! Она — не Георгий, который был простолюдином из провинции, она же Дворянка из знатного рода. Её семья может любой скандал замять и всё. А меня выставить сумасшедшей, что наговаривает на их кровиночку. Тем более наговаривать ещё же нечего.
Поплутав немного среди заснеженных клумб и кустов, добрал до этого самого малого тренировочного зала. Похож он был на довольно большой одноэтажный барак, с окнами под крышей и мощной железной дверью. В неё-то я и постучал, ногой.
— А, это ты. — дверь открыла одна из слуг, ухмыльнулась, отошла в сторону. — Заходи.
Внутри оказалась ровная площадка, выложенная каменными плитами, причём не из земного камня, а портального. Потолок поднимался над площадкой метров на пять, а сам он был стеклянным! Так что освещенные было отличным даже зимой. Ну, сейчас-то, в начале седьмого в январе, было уже темно, а лампы горели в пол-накала, создавая полумрак. Вдоль стен стояли стойки с оружием и тяжелыми тренировочными доспехами.
В углу помещения притаился столик со стульями, за которым сидела, повернувшись ко входу, Марина Валуева. Рядом стояла втора её слуга.
— Добрый вечер. — я подошел и слегка поклонился, практически просто кивнул.
Я старался был хладнокровным, хотя бы внешне, но внутри меня было напряжение. Хотелось почесаться, потеребить пальцами, переступить с ноги на ногу и куда-то деть руки, которые вдруг показались лишними.
Марина Валуева отреагировала на мои слова улыбкой, после чего закинула правую ногу на левую и стянула с неё сапог.
— Целуй. — лёгким движением подбородка она указала на свою ногу.
— Что⁈
— Ты глухая? Целуй!
— Я… да… Да пошла ты!
Кровь ударила мне в голову от унижения! Я сжал кулаки и зло посмотрел глаза девушки. Но та была совершено спокойна, ничего, кроме высокомерия и презрения, я не смог рассмотреть.
— Если это всё, чего ты хотела. — я буквально протискивал слова сквозь сжатые зубы. — То я пойду.
— Иди. — Марина легонько пожала плечами.
С секунду я постоял, не веря, что всё так легко закончится, потом развернулся и пошел к выходу.
— Малинин Андрей Григорьевич, сорок девять лет, проживает в городе Красноярск по адресу… — вдруг раздался голос у меня за спиной.
Я обернулся — слуга стояла возле Валуевой и с планшета зачитывала биографию отца. Закончив, начала читать про мать.
— Что ты хочешь сделать⁈ — я вернулся к Марине, но теперь мне хотелось врезать ей по морде. Стать металлическим и врезать, чтоб мозги по стенам. — Зачем это всё⁈
— Как это — зачем? — удивлённо подняла брови девушка. — Знаешь, я люблю делать добрые дела. И вот недавно у меня появилось подозрение, что пара человек на заводе, который принадлежит моему двоюродному дяде, проворачивает какие-то тёмные делишки. Ну эти, как их там… поди разбери этих простолюдинов… А, Малинины! Ха-ха! Вот и хочу о них побольше разузнать, чтоб потом всё дяде рассказать. А он их как минимум уволит. Может, даже посадить сможет, воровство-то можно везде найти, а потом повесить ан кого надо.
 
— Ты… сука!
— Хи. — Марина лишь хмыкнула, будто это не оскорбление, а комплимент. — Но, знаешь, их дочка может отговорить меня от этого. Правда, она горделивая особа, оказывается! Наверное, начиталась любовных романов для простолюдинов, там все героини гордые и независимые, ха-ха-ха!
— Если я… сделаю, что ты хочешь, ты не тронешь мою семью⁈
— Ты сначала сделай.
Мысли в голове бились, как угри в кастрюле, начинались и мгновенно обрывались. Делать, что она просит, или не делать? Гордость говорит, что надо послать её далеко и надолго! А вот осторожность кричала, что эта сволота может исполнить свою угрозу без проблем. Не знаю, правда ли завод её дяде принадлежит или нет, но всё может быть — почти все аристократы так или иначе родственники в каких-то поколениях. Тогда… тогда мои родные потеряют работу! А может, и свободу. Стоит ли гордость такого⁈
— Хорошо.
— Госпожа. — проворковала Марина.
— Что?
— Обращайся ко мне «госпожа».
— Да… госпожа… — еле выдавил из себя я.
— Умница.
Я подошел к ноге, которую Марина даже подняла вверх, и остановился. Если я это сделаю, то… то будет трудно потом отмыться от всего. А если не сделаю, то не отмоются родные. Нет, я не имею права рисковать своей семьёй! Перетерплю и всё!
Две слуги встали рядом со мной, снимая всё на смартфоны.
— Ну? — нетерпеливо подстегнула Марина.
Ладно! Наклонившись, я поцеловал ногу девушки, нарочно застыв на несколько секунд, чтоб не было «это не считается».
— Довольна? — распрямился.
— Не забывай, как обращаться к госпоже! — в руке одной из слуг появилась тонкая длинная палка, которой она ударила меня по спине.
— Аааай! — я аж подпрыгнул.
— Хорошие кадры получились? — не обращая внимания на мой крик, поинтересовалась Марина.
— Отличные! — слуга склонилась к ней, показывая экран телефона.
— Отлично! — марина заулыбалась. Снова посмотрела на меня. — А теперь раздевайся!
— Что⁈ Зачем⁈
— Выполняй приказ, а не задавай тупые вопросы! — меня снова обожгло по спине палкой.
— Ты же не думаешь, что один поцелуй — это всё, что ты заслужила за свой обман? — промурлыкала Марина. Она встала и тоже взяла в руки палку. — Ну, ты заставляешь меня ждать! Раздевайся!
Затравленно взглянув на всю тройку, я разделся, оставшись в трусах и лифчике.
— Ты что — тупая? Я тебе сказала — раздевайся! А не «оставь трусы»! — Марина скривила злую морду и ударила меня палкой по ноге.
Подпрыгнув от боли, я стянул оставшееся.
— Хороша кобылка. — подала голос слуга.
— Ага, но необъезженная ещё. Учить и учить!- посетовала Марина и стегнула палкой по заднице. — Стой ровно! Улыбайся! Ты в обществе Дворянок и Благородных, это наивысшее счастье в твоей бессмысленной жизни!
— Чего молчишь⁈ — гаркнула чуть не в ухо слуга, обрушивая удар на спину. — Отвечай госпоже!
— Да, госпожа! — выкрикнул я, давясь слезами боли и унижения.
— Вот, можешь же, если хочешь! — похвалила Валуева и снова стегнула меня палкой по ягодицам. — Но надо было так сразу!
— Да, госпожа!
— А почему волос у тебя там нет? Проституткой подрабатывала в своём клоповнике? — усмехнулась девушка, а слуги угодливо хихикнули.
— Нет, госпожа! Танцами занималась! Так лучше!
— Все танцовщицы-простолюдинки — шлюхи! — с удовольствием вынесла вердикт Марина и снова ударила. Её слуги повторили дело госпожи. — Это тебе для профилактики!
— Да, госпожа!
— Не «да», а «спасибо»! — поправила меня одна из слуг и отработала палкой.
— Спасибо, госпожа! — послушно повторил я.
— Кажется, она всё же не вняла до конца. — посетовала Марина и кивнула слугам. — Проведите с ней воспитательные работы, штук по десять.
Сама она снова села на стул, а её две слуги стали с азартом стегать меня палками. Те были длинными и тонкими, но очень прочными, лакированными, оставляя после ударов горящие огнём рубцы. Под конец я уже не мог стоять на нога, рухнув на пол. Тогда Марина встала, подошла ко мне, откинула меня на спину ударом ноги и поставила стопу на лицо.