Интеллект в подарок (СИ)

— Считай, что ты к ним уже приступила, — ответил я.
— Кстати, с сегодняшнего дня я буду обращаться к вам на “ты”, как ваш начальник и старший товарищ. Ко мне прошу обращаться по имени и отчеству. Возможно, что в дальнейшем нам с вами придётся участвовать в боевых действиях. В таких условиях, когда часто бывает дорога каждая секунда, мы будем обращаться друг к другу только на “ты” и по именам или позывным. Вскоре нам с вами предстоят тренировки, так что мы ещё успеем разобраться с этим.
Мне хотелось дать им понять, что мы с ними будем заниматься серьёзными делами, чтобы создать у них соответствующий настрой.
В этот момент раздался звонок телефона, стоящего на моём столе. Я поднял трубку. Звонил Вязов и просил подойти к нему со своими помощницами. Я положил трубку и огласил ближайшие планы:
— Сейчас идём к заведующему отделом "М" ЦК, товарищу Вязову, он хочет с вами познакомиться. Затем заглянем в отдел кадров за удостоверениями, они уже готовы. После этого все возвращаемся сюда.
* * *
Вернусь немного назад, чтобы рассказать о событиях, предшествующих сегодняшнему совещанию с моими валькириями.
Сначала, до Вязова, Сталин предложил другую кандидатуру, но тот человек мне чем-то не понравился, и я дал задание Яну снять у него полную копию памяти. Выяснилось, что он являлся глубоко законспирированным агентом британской разведки ещё со времён Гражданской войны. Когда я рассказал об этом Сталину, тот был в шоке и сначала даже не поверил. Тогда я рассказал Сталину о своей разработке под названием эликсир правды и предложил ему самому убедиться.
Мы втроём сидели в кабинете Сталина. Я подчинил агента, ножницами срезал кончик капсулы и выдавил из неё содержимое ему на голову. Сталин с интересом следил за моими действиями.
— Спрашивайте, товарищ Сталин, — сказал я.
Допрос агента продолжался четверть часа, после чего Сталин приказал охране увести его и дать ему возможность оформить свои признания в письменном виде. А сам стал расспрашивать меня об эликсире, сколько времени он действует и обязательно ли его выливать на голову.
— Одна доза эликсира гарантированно действует 12 часов. Эликсир можно вылить на любую часть тела.
После этого Сталин позвонил Ягоде и попросил подойти к нему. Пока тот ехал в Кремль, Сталин продолжил допрашивать уже меня.
— Насколько этот эликсир безопасен для здоровья человека?
— Вообще-то этот эликсир правды, как я его назвал, является ментальным воздействием 4-й степени. Человек не только говорит правду, но и выполняет любые приказы, не наносящие ему прямого физического вреда. Применение этого средства совершенно безопасно для любого человека. Впрочем, широких исследований в этом направлении я не проводил. Но от одной-двух доз гарантированно вреда не будет.
— Сколько у вас имеется доз этого препарата?
— Сколько нужно, столько и сделаю, товарищ Сталин.
— А вы не можете просто передать нам рецепт этого эликсира?
— Его может изготовить только маг.
— Каков у него срок хранения?
Я задумался. Какая-то утечка магии со временем происходит, это понятно. Но как показала практика применения моих эликсиров, свои свойства они в течение года гарантированно сохраняют. Интересно, можно ли как-то гарантированно увеличить этот срок?
Меня опять выручил искин.
— Нужно покрывать капсулу тончайшим слоем ликтопрона, — сказал Ян, — три-четыре микрона вполне хватит лет на 10.
Мы ещё несколько секунд реального времени обсуждали с ним детали получения этого самого ликтопрона и способов его нанесения на капсулу. Пришли к выводу, что проще всего трансмутировать верхний слой поверхности капсулы. Тем более, что достаточно получить только один образец, остальные будут просто скопированы.
Закончив обсуждение, я сказал:
— Я могу дать гарантию на срок до 10 лет.
В результате, Сталин потребовал от меня один миллион доз этого эликсира для глобальной проверки всех властных структур и органов управления по всей стране, включая высший и старший командный и начальствующий состав РККА и РККФ. Я почувствовал, что паранойя у товарища Сталина разыгралась не на шутку.
 
— В какие сроки ви можете сделать это, товарищ Харитонов?
— Я смогу развернуть производство в кратчайшие сроки и выдавать по 250 тысяч доз этого эликсира ежемесячно, товарищ Сталин, — бодро отрапортовал я.
Тут пришёл нарком, и пришлось прерваться. Я, на всякий случай, спрятался под куполом невидимости. Охрана привела агента и передала его людям Ягоды. Получив от Сталина указания насчёт агента, Ягода ушёл, а мы со Сталиным продолжили разговор.
— Очень хорошо, товарищ Харитонов, названная вами цифра ежемесячных поставок, меня вполне устраивает, — сказал Сталин. — Теперь скажите вашу цену.
— Да, ну, что вы такое говорите, товарищ Сталин. Никаких денег. Если хотите, можете считать это моим подарком.
— Спасибо, тебе Василий. Если бы ты только знал, как невыносимо тяжело работать, когда не знаешь кто перед тобой — верный товарищ по партии или срытый враг. Для меня это очень ценный подарок. Мне тоже хочется сделать тебе подарок, Василий. Скажи мне, в чём ты нуждаешься?
— Подарите мне земельный участок под дачу, товарищ Сталин. Где-нибудь на отшибе, без соседей. Построю там себе дачу по своему вкусу. И недалеко постою полигон для подготовки бойцов войск специальных операций. Хочу обкатать там соответствующую учебную базу и повысить уровень подготовки у своих телохранительниц.
Сталин встал и пошёл по своему любимому маршруту вдоль стола к окну, постоял там, пососал пустую трубку, и, по-видимому, приняв решение, вернулся обратно.
— Хорошо, Василий. Я исполню твоё желание и отдам в твоё полное распоряжение государственную дачу под Москвой. Она проходит по нашим бумагам, как объект номер одиннадцать дробь два. Место там живописное, есть небольшая речка, лесок. Дача, правда, деревянная с печным отоплением, зато просторная, места там вам всем хватит, и тебе и твоим подопечным. Сейчас она не используется, поэтому обслуги пока нет. Я отдам распоряжение, и через неделю всё будет готово к твоему приезду. Транспортом вы уже обеспечены, если что ещё понадобится, всегда можете взять в гараже ЦК. Устроит тебя такое?
Сталин замолчал, испытывающе глядя на меня. Я закивал в знак согласия.
— Конечно, устроит, так даже лучше. Если я правильно понял, то обслуга и охрана за счёт государства?
— Плюс вся обстановка и прочая хозяйственная мелочь. Никаких хлопот, живи и пользуйся.
— Огромное вам спасибо, Иосиф Виссарионович.
— Если когда-нибудь захочешь переписать эту дачу на себя, то ты только скажи. Я распоряжусь, и всё сделают и документы оформят. Всё движимое и недвижимое имущество тоже тебе отпишут. Только охраны и обслуги не будет.
— Я понял. Спасибо вам, Иосиф Виссарионович. У меня для вас есть ещё одна информация. Помните того диверсанта, который принял яд после неудачного покушения на меня, когда я ехал к вам в Кунцево?
Сталин кивнул, и в его глазах зажёгся огонёк интереса.
— Я ведь успел скопировать у него память за последний месяц его жизни. Я тогда тоже обмишурился, конечно, мог ведь всю его память скачать. Поленился. Подумал ещё тогда, куда он денется.
Сталин нетерпеливо дёрнул плечом, и я продолжил:
— Недавно мне удалось расшифровать эту копию и выделить всё самое интересное. Он оказался агентом Абвера, военной разведки Вермахта. В прошлом году его направили в помощь другому агенту, который до сих пор благополучно работает на Лубянке. Один раз наш агент был у него там. Благодаря скопированной памяти мне удалось восстановить его маршрут от входных дверей до кабинета сообщника. Кто его сообщник мне неизвестно, на этой встрече он был в маске, но чей это кабинет вы легко установите.
Я достал из кармана лист бумаги со схемой маршрута и положил Сталину на стол, заслужив его благодарный взгляд: Я, конечно, мог легко установить хозяина этого кабинета, но мне, по-прежнему, не хотелось раскрывать перед Сталиным некоторых своих возможностей.