Клуб свиданий академии Авалон (СИ)

Когда ведущий, наконец, закончил свою речь, и все присутствующие равномерно распределились по залу, незнакомка подошла к моему столу.
— Не желаете ли выпить? — шутливо поинтересовался я и демонстративно приподнял чистый бокал. — Если у вас хорошее воображение, можете представить, что это настоящий пунш, а не одно название. Как по мне, так в нём не хватает парочки интересных ингредиентов.
— А ты здесь вроде как на разливе? — хмыкнула она. — Здесь можно не стесняться, ты всё равно ничем не отличаешься от остальных.
— С чего ты взяла, что я стесняюсь? — я наполнил бокал и протянул девушке. Она присела на край стола и сделала глоток.
— А ничего, годно, — признала она, и я обошёл вокруг стола, чтобы сесть на край рядом с ней. — Никто не стал бы стоять на пунше, если только не уверен, что с ним никто не станет танцевать. Полагаю, что в жизни ты — очкарик-заучка с факультета артефакторов, учишься на отлично и пытаешься помогать девчонкам с учёбой только для того, чтобы они пустили тебя в своё общежитие.
Я прыснул:
— Вот это проницательность! Видишь, даже под иллюзией не могу скрыть свою истинную натуру. А ты говоришь — танцевать!
Она повернулась так, чтобы окинуть меня взглядом и покачала головой:
— Врёшь. Может, твоего лица я не вижу, но вижу, что ты высокий и спортивного телосложение. Значит, скорее боевик или…
— Спортивная Академия, — поспешно вставил я. Ещё не хватало, чтобы меня кто-нибудь вычислил и распустил слух. — Резервный королевский состав.
Она с большим интересом осмотрела меня и улыбнулась:
— Да, я так и подумала.
— А ты местная? — уточнил я.
— Нет, Высшая Медицинская Академия Лиона.
— Целитель?
— Специализируюсь на магических животных.
— Приехала из самого Лиона — и не танцуешь? Сейчас ведь всех парней разберут.
— Во-первых, не всех, — заметила девушка. — Можем считать, что я уже подцепила тебя.
Я снова прыснул. Вот это нахальство!
— Во-вторых, — продолжила она с нажимом, — я тут скорее за компанию с подругой, которая боялась идти одна. Жаль, что в этом напитке от пунша одно название, — она вздохнула и посмотрела в собственный бокал. — Может, хоть стало бы повеселее.
— Да, мне тоже кажется, что в этом мероприятии чего-то не хватает… — я сощурился и осмотрел украшения, которые были зачарованы и парили в воздухе. В основном звёзды или что-то похожее на снежинки — и огоньки, которые освещали зал. — Есть идейка.
— Идейка? — она бросила на меня заинтересованный взгляд. — Какая?
— Хочешь, сделаю повеселее?
Девушка подобралась.
— Хочу.
Я усмехнулся и, отложив бокал в сторону, принялся плести сеть заклинания, которое мы с Мэтом разрабатывали ко дню всех святых — но так и не воспользовались, потому что родители решили, что я обязан находиться на очередном семейном собрании, а не “шарахаться по ночам по улицам и пугать людей”.
Закончив, я дунул, отправляя сеть в полёт — и в следующее мгновение моих ушей достиг девичий визг.
Снежинки, которые парили в воздухе между танцующими, обернулись крупными лохматыми пауками. Некоторые из них как будто садились на головы и плечи, вызывая искренний ужас женской части присутствующих. Началась неразбериха. Музыка, подстраиваясь под общий уровень шума, стала громче. Кое-где снежинки начали оборачиваться летучими мышами и, громко хлопая крыльями, стали сновать между людьми. Девушки кричали, размахивали руками, а парни кто во что горазд пытались защищать своих леди.
Через пару минут заклятье утратило силу и рассеялось. Зал снова принял прежний облик, но общее настроение стало куда более возбуждённым.
Девушка рядом перестала хохотать не сразу. Даже приподняла маску, чтобы утереть выступившие слёзы, и я довольно откинулся обратно к столу.
— Разве в Академии спорта учат использованию магии? — спросила девушка. — Она ведь всё равно запрещена на соревнованиях.
— Базовый курс, — охотно пояснил я.
Если быть до конца честным, то и боевики были не особенно сильны в тонкостях магического плетения. Специализация такая, что для нас важнее мощность и сила, а не детализация, и подобного рода заклятья были для меня скорее хобби, чем профессиональным навыком. Так что я даже почти не соврал.
 
— Неплохо, — одобрительно отозвалась незнакомка. — Что ещё умеешь?
— Могу научить тебя выставлять щит. Универсальный, подходит для любой ситуации.
— Ну-ка, — оживилась она. — Научи. Мне бы этот навык пригодился.
— Смотри, складываешь руки вот так, — я изобразил покатую крышу над головой. — И произносишь заклинание: “Я в домике!” Но, если на тебя будет бежать бешеная мантикора, лучше воспользоваться чем-нибудь другим.
Девушка хохотала, и я тоже невольно улыбался, наблюдая за ней.
— Кстати, — спросил я, когда она успокоилась. — Как тебя зовут?
— Анна, — представилась она. — А тебя?
— Рокки, — соврал я на всякий случай. — Рокфор, если полностью, но мне это имя не нравится.
Врёшь, как дышишь, — сказал я себе и улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой.
— Информация о том, как раздражать человека — первое, что стоит о нём узнать, — усмехнулась Анна. — Спасибо, что упростил мне задачу.
— Всегда пожалуйста, — я ещё раз внимательно осмотрел девушку, но, как ни старался, не смог увидеть никаких подробностей лица или тела. Нужно всё-таки щупать.
— Какая глупость этот маскарад, — заметила она. — Какой смысл знакомиться, общаться с человеком, когда не можешь его даже рассмотреть.
— Наверное, в этом есть некоторый азарт, — предположил я. — Угадаешь или не угадаешь.
— А если не угадаешь? Что тогда? Только представь: познакомился с девушкой, договорился с ней встретиться на следующий день в какой-нибудь забегаловке, а там… — Анна замялась, очевидно, подбирая слова помягче.
— И что бы ты сделала?
— Я? — не поняла она.
— Представь, что у меня лицо в уродливых шрамах, одно ухо отрезано, а волосы… — я чуть не ляпнул про розовые виски, но вовремя остановился. — А волосы — проплешинами. Вот тут залысина и тут, и три волоска торчат, которые никак не приглаживаются. И горб на спине. Что бы ты делала?
— С горбом тебя не взяли бы в королевский спортивный резерв, — заметила Анна. Я махнул рукой:
— Хорошо, без горба. Но на лицо просто урод. Урод, каких поискать.
Она в сомнении приложила палец к губам:
— Но при этом у тебя должно быть шикарное тело, иначе тебя не взяли бы в академию.
— Или я тебе просто наврал и на самом деле очкарик-артефактник. А рост и телосложение тебе мерещатся просто потому, что ты хочешь меня видеть именно таким. А потом тебя ждёт разочарование.
Она вдруг спрыгнула со стола и, властным движением взяв меня за руку, заставила тоже встать на ноги. Я повиновался. Тогда девушка положила ладони мне на плечи и медленно ощупала их.
— Ого! — воскликнул я. — Люблю, когда девушка берёт инициативу в свои руки!
— Может, я не могу тебя рассмотреть, — произнесла она с каким-то упрямством, — но зато могу тебя ощупать.
А эта малышка заводит. То, что она не знала, кто на самом деле перед ней, заставляло меня испытывать к ней ещё большую симпатию: в ней не было манерности, чопорности с одной стороны и гипертрофированной чувствительности — с другой. Мне не раз доводилось видеть, как девушки смеются над моими шутками, но никто никогда не хохотал так искренне и заливисто, как Анна. Она смеялась, потому что ей действительно было смешно, а не потому, что перед ней стоял наследник рода Ван Штоллен.
— Что же ты? — она заглянула мне в глаза, и я вдруг растерялся.
— Я?..
— Да, ты будешь меня ощупывать?
Я рассмеялся.
— Веришь, нет, уже минут десять думаю о том, как бы так подстроить, чтобы незаметно тебя потрогать!
— Ну так трогай, — хмыкнула она. — Чего ждёшь? Вечер закончится — и второго шанса уже не будет!
Неторопливым движением я проскользнул ладонью по её талии, приобняв и легко притянув к себе. Музыка сменилась более медленной и мелодичной, снежинки поднялись в воздух и взорвались хлопьями вполне нестоящего снега, который теперь медленно опадал на плечи. Атмосфера в зале стала какой-то особенно плотной.