Мойра. Я найду твою судьбу (СИ)

— Юс-с-стис…
Я не испытывал никаких чувств. Пустота внутри меня словно звенела, заглушая все звуки вокруг.
— Очень жаль, отец. Но я не в силах помочь. Мне не остается ничего другого, кроме как смотреть.
На самом деле в моих силах было протянуть руку к отцу и даровать ему свою поддержку. Мы оба осознавали, что это наш последний разговор, который должен показать все мое уважение к человеку, воспитавшему и исцелившему мою душу. И я обязательно это сделаю, но… Потом. После того как на мою голову опустится корона Экресса.
  
Глава 9
 
Настоящее время
Калиста
Кровь зашумела в ушах, голова немного закружилась, мир будто накренился у меня под ногами.
Привязана. Я привязана к демону. Ох, укуси меня, Ахерон, хуже и быть не могло!
Про клеймо демона я слышала впервые, но не могла отрицать его существование: до этого момента я не сильно интересовалась этими существами. По сути своей меня занимали только души. Нити, которые вылетали из нашей Прядильни в мир людей. Я и сейчас видела сквозь кожу существа едва заметное сияние. Протяни руку, настройся и…
Тело мое передернуло от одной лишь мысли, что я кого-то лишу жизни. Даже если это демон. Даже если он причинит мне вред. Я создана, чтобы нести свет, а не тьму.
— Я жду ответ!
Мужчина произнес это таким бархатным голосом, что мой язык моментально пересох и прилип к небу. Сейчас демон играл со мной, но я шестым чувством ощущала надвигающуюся опасность. Мойры не должны вмешиваться в судьбы людей, не должны никому говорить о своем существовании: мы обитали в сказках и легендах. Но сейчас от того, что я скажу, зависело многое. Открыв рот, я готова была произнести любую ложь, но меня перебили.
— Обманывать плохо, мышка, — цокнул мужчина языком и отступил. Очень плавно, не оборачиваясь, он направился к камню, который загораживал вход в пещеру. — Я даю тебе последний шанс. Но ты должна знать, что мое обоняние позволяет почувствовать ложь. Горьковатый, чуть кисловатый запах, который присущ всем обманщикам.
Возложив руки на булыжник, демон чуть-чуть пихнул его сбоку, открывая тем самым маленькую щель в темный коридор. И в тот же момент в грот проникли уже знакомые шуршаще-щипящие звуки.
— Юс-с-стис… Мы чуем тебя! Чуем!
— Хочешь туда, красотка? — Лукавая улыбка вновь озарила лицо.
С ужасом распахнула глаза и замотала головой. Кто бы там не скрывался, я точно не хотела с ними знакомиться. Камень встал на место.
— Тогда тебе лучше быть мне полезной! — последние слова он прорычал. Настроение демона было похоже на полюса: то холодное, то горячее. Веселье сменялось гневом быстрее щелчка пальцев. И у меня просто не было другого выхода, как рассказать правду.
— Я… Я мойра.
— Мойра? — Надо было видеть, как вытянулось его лицо. И не удивительно. Для него я была ожившим мифом, который попался в ловко расставленные сети. Вот так просто… Сестры меня убьют, если узнают! — Первобожие?
Я кивнула. Хотя так нас называли только живые разумные существа. Сами же мы себя не относили к богам, потому что весь пантеон был создан мойрами. Даже Селена, к которой мы так часто обращались во время бед, была частью Первейшей. Даже Ахерон… Его в преисподнюю сослала одна из моих сестер, даровав тем самым власть над грешниками. Любимчики, что поделать. Все боги были любимыми детьми, все люди и другие существа были частью нас. Мы же называли себя Небожием… Но поправлять я его не стала.
Юстис, так его именовали существа за камнем, подозрительно сощурил глаза, пытаясь почуять или увидеть на моем лице признаки лжи. Но я говорила правду.
— Быть того не может…
— Я могу доказать. — Призвав пространственный карман, достала из него клубок и ножницы. Те, в свою очередь недовольно зафырчали, но говорить при постороннем не стали. — Вот.
Демон мог мне верить или нет, но аура предметов говорила сама за себя. Она заполнила собой все свободное пространство, коснулась демона, отчего он, рыкнув, поморщился, и вернулась к моим рукам. Такой своеобразный круг почета, дабы показать величие первозданных вещей.
 
— И что же ты тут тогда забыла, мойра?
А ничего я тут не забывала.
— Это просто ошибка.
— Роковая, надо сказать. Как интересно получается…
— Зачем ты привязал меня к себе? — вырвалось у меня чуть ли не криком. Эмоции, находясь на пределе, не поддавались контролю. — Ты ведь даже не знал, кто я такая!
— Да мне плевать, кто ты! — Лицо его перекосилось от злости. — Плевать на тебя, мышка с небес мирозданья. Мне просто нужно выбраться отсюда! Я больше пятидесяти лет нахожусь в заточении этого лабиринта. И если у меня теперь появилась возможность сбежать прямо из-под носа Гекаты, то я воспользуюсь ею, понятно?
Юстис кинулся ко мне и, оказавшись близко, ухватил рукой меня за подбородок и приподнял так, чтобы наши взгляды встретились. И прежде чем демон успел закрыть все свои эмоции, я увидела в его глазах столько боли, столько страданий, столько… Чувства мужчины даже описать было невозможно. Гремучий коктейль, тягучий, кровавый. Страшно было предположить, через что прошла его душа, раз обрела такие темные очертания.
— Без особых сожалений я переломаю твою шею, если ты воспротивишься. А если сбежишь, — Глаза его сверкнули рубинами. — Наша связь убьет тебя быстрее, чем это сделаю я. Тебе понятно, мойра?
— Калиста, — выдавила я через зубы. — Меня зовут Калиста.
Было видно, что мужчина опешил. Слишком быстро я сдалась. Но это ложь. Он то не знал, что несмотря на его злость и кровожадность, я видела перед собой израненную нить. И что бы он не говорил, как бы не поступал, я для себя поняла, что обязана найти способ помочь демону. Тем более, что сбежать я пока и не могла. Но это только пока.
  
Глава 10
 
104 года назад
Юстис
Узнать, кто отравил Янниса, не составила труда. Виновные отыскались быстро и так же быстро были казнены на центральной улице Эрии. Другое дело, что за всем этим стояла соседняя страна.
На сборы войска потребовалось время: восточная Таеда, давно захваченная моим отцом, откликнулась моментально, отправив мне на выручку лучших и обученных бойцов; Алдор сомневался, боясь, что молодому правителю Эрии не по силам будет захватить и свергнуть владыку могучего Халдриса. Однако после краткой встречи со мной, король Алдора определился со стороной, к которой присоединиться. Лидония решила не ввязываться в наши разбирательства. Нас разделяла вода, и посему я не стал настаивать. Знал, что справлюсь и без их помощи. А вот Наркан удивил меня своей строптивостью, примкнув к врагу.
Война длилась год: краткий миг по меркам летописей, но долгий срок для бойцов противника. Кровь лилась рекой, питая земли Халдриса получше любого источника. Я убивал всех без разбора: могучих мужей, старцев в захваченных деревнях, женщин. Не трогал детей, но лишь потому, что знал — им не выжить. Рано или поздно голод возьмет свое.
Я оставлял позади руины, за что закономерно получил свое прозвище — Бездушный. Глупцы! Людям была неведома правда: моя душа была чиста, пройдя все стадии очищения. Если кто и мог карать нечестивых, то только я.
Халдрис пал.
Короля вражеской страны Иерофея я самолично вывел на главную площадь. Под громкие, разъяренные и недовольные крики его народа поставил предателя на колени. Резко дернув веревку, связывающую руки мужчины за спиной, с наслаждением услышал крик боли.
— Яннис тоже страдал, — благодушно поделился со своим врагом. — Ты подобрал прекрасный яд. Внутренности бывшего правителя Эрии превратились в кашу и выходили через рот, размазываясь по подушке. Сам того не зная, ты очистил его перед смертью, даровав вечную загробную жизнь рядом с Селеной.
— Ты больной ублюдок, — прошипел сквозь зубы Иерофей и сплюнул мне на сапоги. — В сотни раз хуже своего отца. Ахерон ждет тебя!
— Сочту эти слова за комплимент, — губы мои растянула улыбка, и я поднял взгляд на бушующую толпу. Преданное отродье пыталось прорваться к своему правителю, но они были слишком слабы. Удивительно получалось: их король убил правителя соседней страны самым женским способом из всех, словно трус, но они продолжали быть ему верными слугами.