Развод. Жизнь после предательства (СИ)

– Что мы работаем над серьёзным проектом, – сказал он с весёлой ноткой в голосе. – Не бойся, сюда вообще никто не заглядывает. Слишком высоко.
И поднялся с кресла, чтобы подойти ко мне.
Сердце в груди забилось чаще, а кончики пальцев стало покалывать. От вида Марка внизу живота тут же разжёгся настоящий огонь. Он выглядел как всегда безупречно – белая рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц, тёмные штаны, уже даже не скрывающие его желание и красиво уложенные волосы.
И всё это тестостероновое великолепие надвигалось на меня!
Я вздрогнула, когда Марк рывком притянул меня к себе за талию и опалил шею горячим поцелуем.
– Ну не здесь же, – постаралась я остановить его в последний раз.
Хотя сама внутри ужасно хотела именно здесь и сейчас. Боже, что он со мной делал?!
– Всегда мечтал заняться сексом здесь, – признался он мне шёпотом, задевая губами мочку уха.
И провернул ключ в двери.
По телу словно прошёлся электрический разряд. Нервные окончания буквально оголились, заставляя меня чувствовать его губы и руки сильнее.
Я выгнулась навстречу ласке, не отдавая себе в этом отчёта. Мир сузился только до карих глаз Марка, которые смотрели на меня так, словно я была самой сексуальной девушкой на планете.
И это ужасно льстило.
С ним во мне пробуждались такие неизвестные раньше ощущения и эмоции. Казалось, я была готова на всё – настолько он завладел мной.
Вот что мог сделать один лишь желанный взгляд!
– Хочу тебя, – признался он мне горячо.
И развернул меня к себе спиной, заставив почувствовать телом его каменный член.
Я разомлела в этих объятиях и уже была готова отдаться страсти прямо тут, но в дверь неожиданно постучали.
– Марк Викторович, можно? – услышала я заискивающий и до боли знакомый голос.
Возбуждение сошло с меня полностью.
За дверью стоял Антон.
 Глава 48 
– Что он здесь делает?! – страшно прошептала я и округлила глаза, требовательно глядя на Марка снизу вверх.
Волков неприязненно скривился и сделал неосознанное движение рукой, будто пытаясь задвинуть меня себе за спину и прикрыть своим телом от всех трудностей и невзгод.
– Видимо, приехал решать вопрос с вашим разводом, – нехотя сообщил Марк.
– К тебе?! – мои брови поползли на лоб. – Зачем?
Марк не хотел отвечать. Его укоризненный взгляд так и просил меня повременить со всеми расспросами и дать ему время и возможность разобраться.
С чем?!
Я правда не понимала, что происходит. Мой почти бывший муж приехал говорить про наш развод к мужчине, с которым у меня сейчас была романтическая связь.
Как? Почему? Зачем?
– Я тебе позже всё объясню, ладно? – голос Марка ровный и спокойный, на лице – непроницаемая маска, скрывающая все настоящие эмоции.
Злость. Я знала, что он сейчас зол и раздражён. Не уверена, что на меня. Или не только на меня. Но я точно не добьюсь никаких ответов и лишь усложню и без того непростую ситуацию, если продолжу сейчас наседать.
Это далось мне непросто, но я заставила себя медленно кивнуть, успокоиться и отложить все вопросы на потом.
– Умница, – чуть шершавая подушечка большого пальца мужчины погладила меня по щеке, широкая сильная ладонь скользнула вниз по шее на плечо, а после Волков отступил от меня.
Он сделал широкий шаг, щёлкнул замком и открыл дверь.
На пороге стоял Антон. Помятый. Я почему-то сразу обратила внимание на то, что его белая рубашка была выглажена абы как, неумело и нехорошо.
Неужели Снежана не умеет с утюгом управляться? О том, что у самого Белова руки из одного места, я и так прекрасно знала.
Хотя, если судить по недавним событиям, они наверняка давно не виделись.
– Марк Ви… – на выдохе начал он и осёкся, увидев меня за спиной Волкова.
Я слышала, как Антон от удивления подавился воздухом. А затем увидела, как темнеет и мрачнеет его лицо.
В серых глазах, которые я когда-то так сильно любила, тусклыми искрами вспыхивали эмоции: непонимание, злость, обида, ненависть, раздражение…
Но все они исчезли, сменившись лишь одной, которую я меньше всего рассчитывала увидеть у Антона.
 
Отчаяние.
Он был в отчаянии.
Некогда сильный, успешный мужчина, который успевал бизнес строить и спать с двумя женщинами, сейчас смотрел на свою почти бывшую жену с немой тоской и болью, которую не выразить словами, но которая очень ярко читалась в его глазах.
Ему плохо. Без меня.
Ему больно. Одному.
Он страдает, жалеет и хочет всё вернуть. Вернуть меня, свою жену. Свою семью. Времена, когда у него всё было хорошо.
Я улыбнулась. Губы как-то сами расползлись в улыбке, в которой не было ни грамма тепла, предназначенного Антону.
Меня просто очень позабавила одна мысль: у меня всё стало хорошо только после того, как я ушла от мужа.
– Вы что-то хотели? – ледяной голос Марка прозвучал в кабинете, заставляя температуру воздуха мгновенно понизиться и создавая в пространстве тысячи невидимых опасных ледяных игл.
Антон вздрогнул, оторвал взгляд от меня и посмотрел на Волкова. Мой бывший несколько раз моргнул, сбрасывая наваждение, сфокусировал взгляд на мужчине и заметно помрачнел.
– Да, – подтвердил он таким же холодным, но не таким внушительным голосом. – Я пришёл узнать, по какой причине вы лезете в чужую семейную жизнь.
Мне показалось, Антон хотел ещё что-то добавить, но прикусил язык и смолчал, зло глядя на Волкова.
Молчать не стал Марк.
– Вас только это моё вмешательство интересует? – с изрядной долей злой насмешки, которая неслабо меня удивила, уточнил он.
Антон скрипнул зубами, сцепил кулаки и я думала, что промолчит, но Белов сухо добавил:
– И в дела моей фирмы тоже.
Ой!
Такого я не ожидала. Неужели Марк взялся за Антона основательно?
Но самым удивительным и приятным тут было то, что я не чувствовала к Белову ни жалости, ни сострадания. Вообще ничего. Словно я стала случайным свидетелем проблем чужого человека.
У меня не колыхнулась ни одна струна души.
Мне было спокойно, ровно и даже безразлично. Что у него там, как, почему. Меня всё это не касалось. Мне не было интересно. Не тянуло узнать.
Потрясающее чувство абсолютной свободы и освобождённости от зависимости от этого человека.
Я была так удивлена своими эмоциями, что пропустила некоторую часть холодного разговора мужчин.
Вырвалась из мыслей я только после того, как Марк обернулся, коснулся моей талии, приобнимая, и подчёркнуто нежно сказал:
– Родная, иди работай.
Я даже рта открыть не успела.
– Родная? – неприязненно и, главное, очень громко усмехнулся Антон.
Он продолжал стоять на пороге кабинета, дверь была открыта, и если нас с Марком снизу никто не видел, то слова Белова услышали точно.
Мои щёки больно стянуло покраснением.
Только не это. Только не слухи и разговоры за спиной.
Антон… я почувствовала бессильную злость по отношению к нему.
Почему нельзя быть взрослыми, адекватными и благородными людьми и разойтись по-человечески? Мы были семьёй, мы были так близки, как никогда и ни с кем.
Хотя бы ради нашего прошлого, ради уважения друг к другу можно было разойтись тихо, спокойно, друзьями. Хотя бы не врагами.
Но нет.
Нужно всё делать подло, грязно, мерзко. Пытаться нагадить другому. Пытаться испортить жизнь.
Я ведь просто ушла. Да, оставила креветок по всему дому, но это была маленькая вонючая месть, от которой его жизнь не рухнула бы.
Я ушла. Не хотела скандалов, разбирательств, всего этого.
Но Антон не пожелал отпустить меня так просто. Он не поленился отыскать меня, приехал и начал меня топить по всем фронтам. Словно он не мог жить, зная, что где-то без него я буду счастлива. Словно он просто не мог принять тот факт, что я от него ушла.
Преследования, обвинения, обзывательства. Разборки с моим боссом. Затягивание с разводом. Обман со Снежаной и больницей…