Последний из легенд (СИ)

Молниеносным прыжком Мурка сбила Румага, погребя его под собой, и зал накрыло адское пламя.
Спустя долгую минуту, Тим выбрался из-под раненой, обгорелой, но ещё живой огромной кошки. Автоном исчез, и лишь грозный Аид стоял на ногах, удивленно таращась на парня.
– Огонь, разряд, время! – выкрикнул Тим, начиная разбег, и замахнулся мечом. Сердце колотилось, переполненное яростью, а глаза застилала пелена гнева.
***
«Тридцать третий», – безразлично отметил Тимур. Поединок с богом царства мертвых отнял слишком много сил, и Румаг устало опустился на пол рядом с Муркой. Та, также как когда-то прежде, положила огромную голову ему на колени.
– Эх, лохматая, – потрепал парень ее между ушей, – тебе бы чего-нибудь съесть. Жалко у меня нет этих целебных эликсиров, интересно они на тебя вообще подействуют?
Раскрыв почти пустую сумку, Тим достал армейский рацион. Понюхав зеленую упаковку, Мурка фыркнула и совсем по-человечески вздохнула. Румаг надорвал легко разошедшуюся ткань, и высыпал на ладонь три батончика из каких-то сухофруктов, перемешанных с медом, два бесформенных комочка сахара и два печенья. Он присмотрелся и понял, что это – то самое целебное печенье из задания Хроноса, которое Луиза запихнула ему в рот, чтобы рана на ладони затянулась.
***
Игровой мир накрыла прохладная ночь. Лес тихо шумел, где-то на краю поляны стрекотали кузнечики.
– А если он совсем не придет? Может у него респ вообще где-то в лесу, где он в первый раз появился. Чего мы сидим тут и ждём? – сказал Автоном.
– Ты же сам говоришь, что там выжить нереально было. Значит, Тим появится у точки общего респа. Я подожду. Время воскрешения у всех разное. Может он чай пошёл попить, пока откат идет. У меня все равно родители уже спят, за капсулу я заплатила. Даже десять золотых осталось. Вот они обрадуются, что я зарабатывать начала, – сказала девушка, разглядывая новенькое кольцо.
– Эх, Мариша уже тоже спит. Попадет мне от нее. Устрою, наверно, ей завтра праздник. Пусть отдохнет. Лишь бы выспаться успеть.
Автоном подбросил в огонь охапку хвороста.
– Сделал бы уже ей предложение. Пойду, трофеи проверю, вдруг цветок опять выпал, – сказала девушка, поднимаясь, и направилась в сторону далиман. Те азартно рубили выползающих пауков и спорили, кто набил больше.
– Без Тима не выпадет, – грустно констатировал двумирянин так, чтобы девушка не услышала, и с надеждой посмотрел на портал пещеры, ожидая появления загадочного товарища.
– Ну, так я уже тут, – вдруг вышел совсем с другой стороны Румаг.
Автоном аж вздрогнул от неожиданности.
– Ты где был? – подскочил он.
– Тим, – радостно бросилась парню на шею девушка, подбежав со спины.
Румаг чуть согнулся, хватаясь за раненое плечо, и поморщился от боли.
– Ой, прости. Что у тебя там, ты ранен? – запереживала она.
Тим расстегнул куртку и оголил плечо, потом задрал рубаху. Огромный синяк растекался по всему правому боку. Печенье он скормил Тайкону, а сам остался голодным.
– Ты что, с полным погружением играешь? – удивился Автоном.
– Типа того.
– Жеесть. На, вот, – порывшись по карманам, двумирянин протянул бутылочку с эликсиром.
– Гадость, – поморщился Тим, осушив ее до дна. Синяк остался, хоть и стал значительно бледнее.
– Хм, должно было пройти. Слушай, где ты был столько времени? Мы уже заждались. Где у тебя респ?
– В смысле, где был? Доделывал задание, на котором вы меня бросили. Вот ваши награды, – Тим вытащил из бездонной сумки золотую диадему, точно такую, как была у похитившей его Кэпри́сии, и окутанный серебристым светом лук. Сама сумка была странным предметом. В нее можно положить что угодно, но стоит сунуть руку внутрь и пожелать достать что-то конкретное, как это тут же оказывалось в ладони.
– О-бал-деть, – произнес Автоном, – ты что завалил Аида? Но я же видел, как та черная гончая, которая всех обездвижила, на тебя кинулась. И ты..., – двумирянин замолчал, вытаращив глаза.
 
– Какая гончая? – заинтересованно спросила девушка.
– Вот эта, – дрожащей рукой показал Автоном на вышедшую из темноты хищницу.
– Мурка что ли? – переспросил Тим, чувствуя как о левое плечо потерлась любимица.
– Мурка? – радостно закричала 18Котя18, от чего животное дернулось и в один момент превратилось в наплечник в виде кошачьей морды на плече Румага.
– Так она что, твой маунт? – восхищённо спросила девушка.
– Что еще за маунт?
– Ну, ездовое животное. То, на котором можно перемещаться верхом, – попыталась объяснить 18Котя18.
– Верхом на Мурке? Я бы посмотрел на этого самоубийцу, – засмеялся Тимур, – А где Заноза с Тенью?
– На рыбалке, – весело ответила двумирянка, снимая с руки Тима диадему.
Румаг бросил лук в сторону до сих пор не пришедшего в себя Автонома. Парень тут же поймал оружие и бережно уложил на колени.
– Если ты нам такие подарки раздаешь, то что тебе выпало? – проговорил изумлённый двумирянин. Тим решил про себя, что всё-таки их общение негативно сказывается на коммуникативных способностях Автонома, поэтому так же просто ответил:
– Да, ничего особенного, – и погладил наплечник.
***
– Дед, на кой ты рылся в этой твари, тебя ж едва не убили? – спросил Турох, ссыпав в чугунок крупу.
Самое главное, что он сумел уяснить на службе, это то, что питаться воинам нужно хорошо. А потому таскал с собой старый шинитский котелок. К костру уже пришли 15 из 18 оставшихся в живых земледелов. Воевода надеялся, что остальные три тоже живы и вскоре найдутся.
– Понимаешь, меня постоянно мучал вопрос, откуда у шинитов столько железа.
– Ну, так у них же шахты, – многозначительно поднял ложку вверх Бурый.
Дед достал из котомки металлический слиток.
– Шахты, ага. А шахтеров ты у них видел? А плавильни, чтоб такие слитки делать? Да мы вообще шинитов не задумывали, ну то есть... нет у них технологий и прочего. Максимум, такие вот как ты кузнецы. Знаешь, я не понимаю, откуда в Айтане эта пещера с монстрами, но, похоже, что именно в таких шахтах и добывают железо в пустыне.
Парень взял слиток, взвесил в руке, осмотрел со всех сторон.
– Похож. Тогда, может, не пойдем дальше? Тут останемся, выманим их по одной и перебьем, – с воодушевлением сказал кузнец.
– Не получится. Мы уже двух людей как минимум лишились, а там этих тварей сам видел сколько. И судя по всему, появляются новые взамен убитых, – Турох замолчал.
Все видели, сколько существ хлынуло на поверхность, едва воины добежали до леса. Было ясно, что теперь к тому месту лучше не приближаться.
– Значит, идём дальше? – печально спросил Бурый.
– Ждём до утра. Если больше никто не вернётся из земледелов, то выходим. Скоро общая дорога пойдет, там уж точно безопасно. А пока нужно быть настороже, – проговорил воевода.
Идея деда была не лишена смысла. Турох и правда не видел шахт, но знал, что в охранение оных берут только шинитов, да в таком количестве, что не хватает порой даже на защиту от орды пустынных тварей. Именно поэтому приходится использовать наемников.
До утра так никто и не пришёл. По тонкому слою снега двинулись дальше.
– Смотрите-ка, чьи-то следы, – сказал Бурый, которой в этот раз двигался первым. К этому времени путники уже вышли на общую дорогу, но зимой по ней обычно никто не путешествовал.
– И правда, человек двадцать прошло. И телеги. Неужто кайрийцы,– задумчиво пробормотал Дед, рассматривая следы и потирая седую бороду.
 
– Мы с десятком выдвигаемая вперёд и проверим, что там. А вы продолжайте идти, как шли. И постарайтесь сильно не шуметь, – распорядился Турох.
Догнать неизвестный караван удалось лишь к ночи. Кайрийские воины очень спешили, погоняя лошадей, в попытке пройти как можно больше до темноты. С приходом же сумерек остановились, разжигая костры.