Красный рассвет. Иноходец (СИ)

— Вино? — поинтересовался я у Жанны.
Отвечать вслух она не стала, но кивком дала понять, что вино будет к месту. Зато не промолчал принимающий заказ Александр:
— У нас большая линейка выбора вин Миллеровского винзавода, но к морскому черту бы порекомендовал вам белое сухое Шато де Фьезаль, как раз недавно привезли несколько бутылок восемнадцатого года.
— По бокалу или сразу бутылку? — снова посмотрел я на Жанну. И снова она не произнесла ни слова, ограничившись кивком и пожатием плеч, которые в комплексе ясно дали понять ответ.
— Давайте одну бутылку для начала, — посмотрел я на официанта.
Цена у этого Шато де Фьезаль, правда, совершенно несоциалистическая, но я вроде пока не последние трачу.
Вино принесли быстро, но сразу после того как пробка покинула горлышко, я попросил Александра не волноваться, сообщив что с бокалами справлюсь сам. Не люблю, когда наливают, некомфортно. Проще самому.
Но был и еще момент — вот уже несколько раз за последние полчаса я чувствовал неприятный взгляд, мажущий по спине. И если сначала это было едва уловимым ощущением, ну бывает — не понравился я кому-то, то последние полминуты примерно я чувствовал чужой направленный взгляд весьма и весьма ощутимо.
Я уже превратился в объект внимания, меня держат взглядом. Как будто наблюдающий за мной из режима сна перешел в режим действия. Предчувствиям своим я привык доверять безоговорочно, поэтому разливая вино по бокалам улыбнулся Жанне и произнес, почти не двигая губами.
— Только не пей вино пока.
После моих слов Жанна вдруг обаятельно улыбнулась. Глаза ее при этом стали ледяными — явно заметила и почувствовала мое напряжение.
— Почему? — также почти не шевельнув губами, чтобы по ним прочитать затруднительно было, поинтересовалась она.
— Не знаю, предчувствие плохое, — почесал я нос, словно невзначай закрывая рот во время фразы. — Ты можешь с Семенычем связаться? — поднял я бокал, предлагая чокнуться.
Еще раз лучезарно улыбнувшись, Жанна аккуратно коснулась своим бокалом моего, потом поднесла его к губам. Сделала совсем небольшой глоток — я было возмутился мысленно, но потом понял, что приложилась она к бокалу с плотно сжатыми губами.
Понятно, что вряд ли в вине что-то намешано, но если готовиться чему-то противодействовать, то уж на полную, без лишних допусков. Жанна между тем, едва приложив бокал к губам, почти сразу встрепенулась, очень реалистично делая вид как будто что-то вспомнила срочное. И отставив вино, полезла в сумочку, копаясь в ней. Телефон она не доставала, но явно в процессе «поисков» или открыла меню, или даже попробовала совершить вызов.
— Не могу. Нас глушат, — с прежней обаятельной улыбкой подняла Жанна взгляд от сумочки.
Столик наш был у окна. Жанна сидела напротив — так что панорамное окно у нас обоих было сбоку. У меня у левого плеча, у нее у правого. И если Жанна смотрела в глубь зала, а также наблюдала часть уходящего в сторону города пляжа с окружающим его сосновым лесом, то я над ее плечом видел вход в ресторан. Мне в окно вид не очень, на улице я наблюдал совсем немного сосен и окраину пляжа.
Зато хорошо видел подъездную дорожку к ресторану. По которой сейчас довольно быстро — на самой грани приличий, к парадному входу заведения уверенно подкатил массивный микроавтобус с затонированными стеклами.
Черт, ну вот как так-то, почему хотя бы покушать не дали?
  
Глава 18
 
Боковая дверь микроавтобуса — он еще даже остановиться до конца не успел, отъехала в сторону и из нее на ходу выпрыгнуло два человека. Еще один выскочил из пассажирской двери, когда микроавтобус остановился после удара по тормозам.
Черные костюмы, черные очки, прячущие индивидуальность внешности — все трое одинаково выглядят, как близнецы. Бежать им метров семь — двери у входа заставлены припаркованными машинами, вплотную подъехать не получилось.
Увидев, как изменился мой взгляд, Жанна обернулась. И сразу же развернулась обратно ко мне.
— У тебя машина где? — обаятельная улыбка у нее с лица пропала.
 
— Сзади, на стоянке.
— Уходим! — это она сказала уже после того, как мы оба вскочили из-за стола.
На меня вновь, как это обычно и бывает, накатило чувство абсолютного, ледяного спокойствия. Легкость в теле, легкость принятия решения, мгновенная реакция. И значительно обострились чувства: если взгляд в спину до этого просто чувствовался ощутимо, то сейчас даже направление угадывается. Так что, поднимаясь из-за стола, я перехватил бутылку с вином за горлышко и широко замахнулся, разворачиваясь.
Обладатель неприятного взгляда обнаружился через три столика — я сразу и безошибочно его заметил. Обычный неприметный мужчина в деловом костюме, сейчас он тоже поднимался с места и лез во внутренний карман пиджака. Либо там удостоверение, либо что-то совсем компактное, обычного оружия точно не вижу. Впрочем, рисковать я не стал, швырнув бутылку — что такому богатырскому замаху пропадать.
«Двести пятьдесят два рубля!» — с кратким приступом тоски оценил я бросок по рублевой шкале, провожая взглядом импровизированный снаряд. На такие деньги в магазине продуктов на две недели можно купить и ни в чем себе не отказывать.
Бутылка вошла удивительно точно, горлышком прямо в лоб поднимающемуся наблюдателю. Он как стоял, так и завалился назад, мягко опадая на чужой стол.
К Жанне в этот момент уже бежала какая-то женщина, которая вроде бы только-только просто шла мимо через зал.
«Место напротив наблюдателя было пустое!» — мелькнула догадка.
Я чувствовал взгляд одного человека, но за столом-то там сидели двое, два комплекта приборов и тарелок с едой. И в вазе одинокая роза еще, как будто у них свидание — скорее всего именно из-за этой розы, осматриваясь в зале, я совершенно не обратил внимание на эту пару.
У меня нет никакой агентурной подготовки и я, оглядываясь по сторонам подспудно ожидаю увидеть плохих парней или шпионов в шляпах и плащах. А вот то, что слежка будет осуществляться совершенно обычными и приятными на вид людьми я как-то автоматически не воспринимаю.
«А может быть это случайный человек, и он просто за носовым платком потянулся?»
Впрочем, даже если он случайно за носовым платком потянулся, вскочив со стола стремительно, уже ничего не изменишь, как раз голова о пол стукнула. Тем более что случайно или нет, но дама из этой парочки очень уж вовремя проходила рядом с нами — шла она в сторону дамской комнаты.
Вполне возможно, что оба они ни при чем, а ускорилась дама сейчас, двигаясь в нашу сторону, потому что увидела как я в ее кавалера бутылку швырнул. Да, может быть это вообще непричастная к происходящему дама. Это все теперь неважно — Жанна уже плеснула ей вино из бокала в лицо, удивительно точно на таком расстоянии, и сразу же швырнула стулом, так что даму буквально смело на стол с большой и шумной компанией юбиляров.
В зале ресторана одномоментно возник громкий гомон. Юбиляры закричали, вскакивая с мест — маневр с вином и стулом произошел так быстро, что многие просто не поняли, что вообще произошло, и почему у них на столе сейчас лежит женщина и стул.
Жанна уже схватила меня за руку и тянула за собой. Быстрым шагом — внимания намного меньше, а скорость в полном зале почти такая же как бегом, мы лавировали между столами, проходя сквозь группы поднимающихся с мест людей.
— Кухня! — на ходу сказала Жанна.
Она молодец, идет в сторону выхода на кухню, чтобы покинуть ресторан через служебный вход. Я-то не удосужился обратить внимание где находится дверь, откуда выносят еду официанты. Зато порадовался, что имею предусмотрительную привычку — сдавая в гардероб куртку, всегда забирать ключи от машины и документы.
Серьезные парни в черном между тем уже забежали в ресторан. Администратор замерла на месте, глядя то на них, то на разрастающуюся суету в зале — кричали уже не только со стола юбиляров, но и в том месте, где опал как озимый наблюдатель, получивший бутылкой в лоб.