В погоне за Иштар (СИ)

На улице Дем начал понемногу приходить в себя. И, конечно, антидот помог.
- Что ей было нужно? Что-то сомневаюсь, что она жаждала меня соблазнить…
- Я знаю, милый. Ты никогда не повелся бы на такую. Эстель зачем-то хотела получить координаты Персефоны. Тебе лучше?
- Вполне. Ты как? Тоже попала под раздачу?
- Я за тебя отомстила, не сомневайся.
- Не сомневаюсь, - Демиз привлек Ри к себе. - Но не стоит терять время. Сейчас эта паршивка нам все расскажет, даже если придется ее пытать!
-  Ты хотел сказать, когда мы будем ее пытать, - ласково улыбнулась Римма. - Но все-таки задержись, Дем, вот, - она достала из аптечки фильтры для носа, - Мало ли. Не будем рисковать.
Но когда они, полные решимости разобраться, наконец, с Эстель, вошли в свой номер, он оказался пуст. В комнате Эстель ее тоже не было. Как и нескольких, самых легких ее вещей.
- Надо же быть такими болванами, - Римма с досады пнула ни в чем не повинный диван. Обернулась к Дему:
- Хотя, знаешь… С одной стороны – и слава прогрессу!
- А с другой – теперь следует быть вдвойне осторожными, - закончил за нее пилот, прекрасно понимавший подругу с полуслова.
- Зная Эстель, в десять раз осторожнее, - меланхолично добавил Юдвиг, покачиваясь на люстре.
- Кстати, вы так и не успели рассказать, как сходили.
Римма ответила за них с Юдвигом.
- Все в порядке. Удалось договориться с Фернатой. Хорошо, что ты все-таки остался здесь. Она отказалась бы разговаривать.
Дем потер макушку, ощутимо пострадавшую при падении, то есть, теперь уже шишку на ней.
- Моя голова говорит, что все-таки не очень это хорошо.
Римма потянулась было к аптечке, но Дем остановил ее. Какой мужчина любит лечиться, тем более, если гарантировано само пройдет?
- И что сказала Ферната?
- Завтра аудиенция у Цалибу. Давай сконцентрируемся на этом.
- У местной правительницы? – Юдвиг высунул голову из-под крыла, - Я с вами!
- Иначе и речи быть не могло.
  
Глава 68
 
Следовать за караваном Яклина, держась на отдалении, чтобы не заметили слежку, оказалось не так уж просто.
Караван охранялся с воздуха двумя ручными сапсанами – слава прогрессу, птицы были только у Яклина и Веста, но их хватило, чтобы вывести из строя с десяток роботоразведчиков-пчел, с вмонтированными микрофонами.
Каждый раз, когда благодаря проклятым птицам, связь обрывалась в очередной раз, у Эддара сжималось в груди – заметили. Це-Цали понял, что за караваном следят. Но, видимо, на то, чтобы носить охотничьи улики хозяевам, сапсаны выдрессированы не были. Но следить за караваном было проблематично.
Впрочем, двух оставшихся разведчиков Эддару оказалось достаточно для того, чтобы узнать то, что он хотел. В следующем селении у него наконец-то появится шанс освободить Тару. Разведывая обстановку, приходилось быть особенно осторожным – и не только потому, что дрессированные птицы представляли опасность для пчел, у це-Цали мог также мог оказаться металлоискатель, с помощью которого засечь пчелу можно на раз-два. Поэтому о том, чтобы близко подходить к шатру Тары или це-Цали и речи не шло, приходилось довольствоваться обрывками разговоров стражников, сопровождающих караван. Однажды Тару даже удалось сфотографировать – вот она наклоняется к черноволосой смуглой девушке – зиккуратка, видимо, рассказывает что-то очень веселое, потому что Тара улыбается, вот-вот, прыснет от смеха. Даже издалека видно было, как сильно она похудела, но непохоже, что це-Цали удалось ее запугать.
- Не переживай, Атлант, она же их «ожившая статуя», они не посмеют ее тронуть, - говорил Эддар роботу, который не переставал винить себя в том, что не уберег «маленького человека».
Пытаясь приободрить робота, Эд прекрасно понимал, что занимается аутотренингом, ему-то были хорошо знакомы нравы родной планеты.
Хорошо бы, думал он. Хорошо бы не тронули. Думая о Таре, он пытался мысленно убедить ее не злить це-Цали, не злить ни в коем случае. Это слишком опасно. В памяти Эддара навсегда сохранится картина, виденная им в Замке. По иронии судьбы, Замок в подобных «декорациях» ему уже доводилось видеть. Если он не соберет драгоценности Иштар, его соотечественники перебьют друг друга как песчаные скорпионы – пройдет сотня-другая лет, и на планете не останется никого в живых. Слепая ненависть и чувство постоянного страха не щадят никого. 
 
Эддару удалось узнать, что Тару охраняет десять стражников, а еще за ней приглядывает девушка-рабыня. В следующем селении, как того требует этикет, Яклин окажет честь дому эпарха, нанеся ему визит. В распоряжении Эддара и Атланта окажется полчаса. За это время нужно будет освободить Истар.
В Тришкуу они с Атлантом вошли с противоположного от каравана Яклина края, обогнув селение, чтобы не встретиться раньше времени со стражниками. К тому же их могли заметить еще в Уко. Эн-имэ – фигура редкая для Зиккурата, и вторичная встреча может показаться стражникам подозрительной.
Итак, Яклин с ближайшими приближенными вышел в дом эпарха. Охраняющие це-Цали птицы будут с ними и не поднимут тревогу преждевременно.
Действовать надо быстро.
Где стоит шатер Тары, было уже известно.
- Я настаиваю, чтобы стрелять снотворными пулями, кап, - важно сообщил ему робот свое мнение. Атлант был против того, чтобы убивать людей, даже таких отсталых, как зиккуратцы.
- Да как скажешь, - пожал плечами Эддар. Он и сам не собирался убивать стражников попусту. Эддар был занят – старался понять, что же не дает ему покоя. Странное предчувствие, что что-то идет не так, не покидало его. Привыкший доверять своей интуиции, не раз выручавшей его из самых опасных ситуаций, Эддар старался максимально сконцентрироваться на окружающем мире и своей задаче. Вот дежурят два стражника в черных одеждах. Один успел выхватить короткий меч, увидев, как сползает вниз тело второго, но тут же занял место рядом с ним. Вот играют в кости еще четверо. Они даже не успели оглянуться. Следующий шатер – тот, что им нужен.
Подобравшись к шатру вплотную, Эддар ощутил, что чувство, схожее с тревогой, усилилось. И было, отчего. У дверей в Тарин шатер сидели вразвалку два стражника, один уронил голову на грудь, другой запрокинул лицо вверх. Не сидят на посту в таких позах. И, тем более, не храпят, запрокинув голову. Как их те, другие еще не услышали? Перевернув того, кто храпел, Эддар прислушался. 
Ему кажется, или изнутри раздаются звонкие женские голоса, и даже смех? Один голос как будто что-то настойчиво рассказывает, а второй практически не переставая, смеется. Что-то очень сомнительно, чтобы Тара в подобной обстановке с таким энтузиазмом рассуждала о тонкостях квантовой механики, в которой, она, кстати, совершенно разбирается, затем неожиданно переходила на кораблестроение, потом на особенности ухода за ррыкумсами в условиях космоса… Спросила собеседницу, не треснет ли рожа це-Цали, когда он получит подарок от «ожившей статуи»... Вот, опять начала сначала. А девушка-зиккуратка, Эддар сомневался в том, что она вообще умеет читать и писать, не говоря уже о познаниях в квантовой механике и кораблестроении, хохочет так, как будто ей рассказывают анекдоты.
- Кап, девушки явно под воздействием наркотических средств! – возмущенно сказал Атлант.
- Думаешь? – переспросил Эддар, делая вертикальный разрез на стене шатра, и подумал, что робот, пожалуй, прав.
Остается надеяться, что в таком странном состоянии Тара их узнает, а девушка не поднимет шум.
Перешагнув край шатра, Эддар с Атлантом оказались в довольно уютном походном варианте женского будуара. Тут и там валялись детали одежды, флакончики, коробочки. Пол был устлан коврами. На низком ложе, укрытым цветным покрывалом, одиноко стояла расшитая бисером туфелька с задранным кверху носом, со стоптанным задником. Видимо, покидая пристанище, девушки очень спешили.
 
Шатер был пуст.
На подносе, среди грязных тарелок, лежала выпуклая пуговица от комбинезона дальней разведки – прощальный подарок от Тары це-Цали. Пуговица и воспроизводила местами довольно бессвязную речь и смех девушек – Тара делала запись от случая к случаю, поэтому разговор со стороны казался таким обрывочным.