Злодейка в деле

– Принц Олис, – отвечаю я.
Нельзя полагаться только на отца и старшего брата. Я эгоистично приложу все усилия, чтобы их спасти, но на всякий случай…
Мне нужен скафандр!
Варвар зовёт на ложе, отказаться нельзя, наложница же. Представляю: я не сопротивляюсь, наоборот игриво провожу пальцем от губ по подбородку вниз по шее, варвар, хрипло дыша, протягивает руку, и в этот момент я касаюсь амулета, мгновенно тело окутывает защита, а варвар получает психологическую травму и навсегда становится не опаснее мерина.
В мире, где есть магия и нет космонавтов, скафандр заменяет доспех.
Кстати, амулет не моя фантазия, древний кулон действительно существует. С оправленной в золото багряной сердцевиной, он выглядит кустарной поделкой, которой место на развале сувенирных побрякушек, а не в императорской сокровищнице. Естественно, волею автора амулет достанется главному герою. Больше того, в решающий момент младший принц облачится в легендарную броню и предстанет в облике паладина, и многие аристократы перейдут на его сторону: герцог объявит, что принц, отмеченный самими Небесами имеет больше прав на корону, чем ничем не примечательный старший принц.
Осталось вспомнить, где именно главный герой найдёт своё сокровище и опередить.
– Неожиданно. Обычно вы игнорировали благотворительную работу, принцесса Крессида.
– Почему же? Благотворительность оказалась… весьма занятной.
Я непременно продолжу развлекаться, как только добуду доспех. Например, я могу отправиться к герцогине в гости, а накануне через фрейлину передать длинный список баснословно дорогих деликатесов, которые непременно должны быть в меню праздничного обеда, иначе принцесса оскорбится.
Я слишком размечталась. Видимо, выражение лица у меня стало соответствующее. У принца нервно дёрнулся глаз.
– О, приюты и госпитали могут надеяться получить ваше покровительство? Принцесса Крессида, вы не планируете выступить в новой роли и возглавить благотворительный сбор на турнире? Уверен, ваше участие в сборе пожертвований станет сенсацией.
– На турнире я вручаю Лазурную ленту, – отбиваю я.
Хитрый какой. Благотворительный сбор проходит в отдалённом павильоне. Если бы я клюнула и публично согласилась, я бы оказалась связана словом крепче любых оков. Мне невольно пришлось бы уступить главную церемонию императрице. По-человечески Олиса я понимаю, он защищает мать. Увы, не в этот раз.
– Вот как? – принц притворяется, что впервые слышит. – Победитель турнира будет счастлив получить ленту из ваших рук, принцесса Крессида?
– Какая разница, счастлив он или нет? Ах, я утомилась. Я оставлю вас.
Принц незамедлительно склоняет голову.
Я же оборачиваюсь, ловлю взгляд целителя и беззвучно, одними губами напоминаю:
– Жду письмо.
Небрежно попрощавшись с императрицей, пусть её сынок утешает, я в сопровождении своей фрейлины выхожу на улицу и снова задаюсь вопросом – когда они успели подать карету? В том, что именно подать, я не сомневаюсь, потому что других экипажей на улице не видно.
Мало того, что карета роскошная, так ещё и на самых видных местах вензели. Я морщусь – про конфиденциальность можно забыть, даже маленький ребёнок поймёт, кто едет.
Пожалуй, хватит с меня на сегодня. Во дворце меня ждут заказанные у хранителя библиотеки книжки, ещё надо записать всё, что я сумею выудить из памяти о сюжете романа…
Ша!
Я бросаю взгляд в окно – здания за стеклом качаются и ползут назад, значит карета едет. Задумавшись, я не заметила, как мы тронулись.
– Передай кучеру приказ сменить направление.
– Да, ваше высочество. Куда вы желаете отправиться?
Фрейлина не скрывает удивления.
Может, зря я? Стоило сослаться на хандру и сидеть тихо, а я своим поведением, жестами, мимикой, риторикой буквально кричу, что принцесса Крессида в одночасье стала другим человеком.
Нет, не зря.
Я неприятно улыбаюсь:
– В форт Тан-Дан.
– Ваше высочество?!
– В Тан-Дан, – повторяю я. – Немедленно!
Изначально крепость была родовым гнездом довольно старой аристократической династии, но род выродился, и крепость отошла короне. Как это часто бывает, крепость превратили в тюрьму для особых государственных преступников: как британский Тауэр и французская Бастилия.
 
Про Тан-Дан ходит немало жутких легенд, якобы в некоторых камерах обитают призраки, способные за ночь свести с ума, а то и вовсе убить. Как по мне, такие легенды прикрывают убийства неугодных узников, которых по каким-то причинам нельзя казнить официально.
Почему бы мне не сыграть роль такого призрака для одного заключённого?
Карета разгоняется. Скорость по-прежнему черепашья, но всё же это лучше, чем тащиться в кортеже. Стараясь не обращать внимания на болтанку, я смотрю в окно, знакомлюсь с городом. Аккуратные двухэтажные домики смотрятся приятно, улицы просторные, чистые, но нельзя забывать, что мы пересекаем центральные районы столицы. А что я найду на окраине? Трущобы?
Проспект делает резкий поворот, и открывается вид на реку. Когда-то русло разделили на два рукава, и на образовавшемся островке выстроили твердыню Тан-Дана. Приземистая крепость, возвышающаяся над окрестностями, выглядит великолепно-величественно и мрачно. Над главной башней полощется флаг. На гребнях стены мелькают дозорные.
Мост поднят, и карета вынужденно останавливается. Вот хохма будет, если меня не пустят. Позор. К счастью, вензели на карете не хуже любого пропуска. С надсадным скрежетом цепи разматываются, мост опускается.
Второй раз приходится остановиться во дворе крепости сразу после ворот. После предупреждающего стука снаружи дверцу открывают, и в салон заглядывает офицер.
– Прибыла её высочество принцесса Крессида Небесная, – объясняет фрейлина и демонстрирует мою печать.
– Приветствую, ваше высочество, – стоя на подножке, офицер ухитряется низко поклониться. – Ваш визит весьма неожиданный.
Не думаю, что члены императорской семьи частые гости в Тан-Дане, тем более Кресси.
– Визит неофициальный. Я прибыла по неотложному делу.
– Ваше высочество, комендант примет вас незамедлительно. Ваш приезд честь для нас.
Я одариваю офицера поощрительной улыбкой.
Меня пропускают, карета подъезжает непосредственно ко входу в крепость. Я спускаюсь на брусчатку, которой выложен двор. Офицер подаёт мне стиснутую белоснежной перчаткой ладонь. Я касаюсь его руки кончиками пальцев, поощряю ещё одной, предназначенной только ему улыбкой. Ха, офицер краснеет как мальчишка!
Глубоко вздохнув, я окончательно избавляюсь от неприятных ощущений и перевожу взгляд на спешащего ко мне мужчину. Как и все, затянут в мундир, но на груди сверкают многочисленные знаки отличия. Морщинки, собравшиеся в уголках глаз, похожи на солнечные лучики. Мужчина производит весьма странное впечатление. Для коменданта крепости он недостаточно мрачный.
– Приветствую, ваше высочество принцесса Крессида!
Кресси знала, как его зовут? Руководить тюрьмой особого значения случайный вояка не может.
– Хм…, – будем считать, что принцесса разочарована приёмом и поэтому забыла про ответную вежливость.
– Ваше высочество, сожалею, но, согласно уставу, утверждённому императором лично, я могу принять только вас.
Я оглядываюсь и взмахом кончиков пальцев показываю фрейлине вернуться в карету.
– Приемлемо.
– Прошу, ваше высочество, – комендант выдыхает с заметным облегчением.
Ожидал скандала и капризов?
Не важно…
Внутри крепость ни что иное, как каменный мешок. Толстые стены и низкие своды вызывают ощущение, что ты вот-вот будешь раздавлен.
– Впечатляет, – хмыкаю я и провожу кончиками пальцев по шероховатой стене.
– О, да, ваше высочество. Тан-Дан лишь выглядит неказисто, но надёжнее её крепости нет.
Комендант приводит меня на второй этаж в свой кабинет с окнами, выходящими на двор. Отсюда он может наблюдать за прибытием тюремных экипажей, доставляющих новых узников, разгрузкой повозок с провиантом, сменой караула. Весь двор как на ладони. И в глаза бросается полное отсутствие зелени, сплошь камень-камень-камень. Даже в кабинете, на первый взгляд самом обычном, нет ни одного горшка с растениями.