Злодейка в деле

Принятие магической клятвы – это высочайшая честь, знак особого доверия.
– Он Шесс. А воровать с этого момента будет только то, что я разрешу.
Тери закашлялся. Наверное, представил меня, взламывающую чью-то сокровищницу.
– Если ты уверена… Какое условие, Кресси?
Полагаю, папа не только о клятве не сказал, но и вообще подробности опустил. Братик, крепись, тебя ждёт очередное потрясение:
– Обеспечь Феликса одеждой. Он ведь сейчас в моей спальне без штанов.
Миг непонимания сменяется бездной изумления, а ещё мгновение спустя щёки Тери расцветают гневным румянцем. Брат сжимает кулаки и бросается в сторону моей спальни. Приходится ловить и гирькой повисать на шее.
– Как он смеет?! Убью без суда и следствия.
Логика, ау!
– Тери, но это я приказала.
– Кресси?!
Тери теряет запал, смотрит на меня и, по-моему, не узнаёт.
Чего и следовало ожидать. Я закатываю глаза:
– Если держать его ящерицей, то скоро мы и получим ящерицу. Зверушка полезная, но от человека толку больше. Поэтому, Тери, пусть кто-нибудь принесёт одежду? Не буду же я горничную развращать, а? И мундир, чтобы я могла таскать зверушку за собой. Что касается его преступлений… Тери, неужели я меньшее наказание?
Брат сперва прыскает, долгое мгновение он борется с собой и, проиграв, с хохотом утыкается мне в плечо. Я обнимаю его, жду, пока отсмеётся. Тери отстраняется далеко не сразу, вытирает, выступившие на глаза слёзы:
– Пожалуй, ты права, Кресси. Он действительно тобой наказан. Будет одежда, но я всё ещё хочу его допросить.
– Не буду мешать, – обещаю я и повышаю голос. – Мальчик, выходи!
Феликс выходит. Для меня фраза безобидная, но для парня она звучит приказом, который невозможно ослушаться. В будущем надо быть осторожнее в словах…
В ванной комнате он не тратил времени зря, выбрал полотенце и обмотал вокруг бёдер. Если честно, не уверена, что вид стал приличнее, скорее, наоборот. Но куда больше меня волнует не соблюдение приличий, а полоски чешуи, так и не пропавшие. Может быть, после сна и отдыха пропадут?
– Развлекайтесь, – я подхватываю с тарелки пирожок и ухожу в соседнее помещение.
Дверь была открыта, так что я не ошибаюсь. Я нахожу свой рабочий кабинет. Или, правильнее сказать, кабинет, который должен быть рабочим. Он настолько стерильно чист, что не верится, что принцесса проводила в нём хоть сколько-то времени. Вместо стола бюро, изящно изогнутые ножки-соломинки вот-вот переломятся под тяжестью книг. На столешнице высится целая стопка. Судя по названию верхней – мне принесли книги, которые я утром заказала.
Я вольготно устраиваюсь, откусываю от пирожка. М-м-м.. ягодная начинка, сладкая, но не притарная, чувствуется фруктовый вкус, а сахара словно вообще нет – потрясающе! Я слизываю потёкшее варенье и в два укуса доедаю пирожок. Отряхнув пальцы от крошек, убеждаюсь, что не запачкаю страницы и принимаюсь за первую книгу. Читать я сейчас не буду, я, как нерадивая ученица, листаю в поисках картинок. В смысле – в поисках планов дворца и схем расположения залов.
Краем глаза я поглядываю за происходящим в будуаре. Тери развернул стул и сел. Феликс в присутствии кронпринца без приглашения садиться не имеет права, а Тери, естественно, не пригласил, более того, нарочно занял позицию так, чтобы Феликс видел накрытый стол. Что же, в императорской семье не только Кресси маленькая зараза. Интересно, это мы в папу, в маму или в обоих родителей сразу?
Вмешиваться я не буду, мужчины сами разберуться. Тери ведь абсолютно прав – Феликс не белый и пушистый, несправедливо обиженный.
План дворца занимает целый разворот, я довольно легко нахожу боковое крыльцо и пляшу от него. На плане крыльцо называется ни много ни мало Восточным подъездом.
Я настолько увлекаюсь, что пропускаю приход папиного рыжего секретаря.
– Ваше высочество принцесса Крессида, его величество ждёт вас.
Безликие прибыли так быстро? В романе мгновенное перемещение не упоминалось.
Я отрываюсь от книги и спотыкаюсь взглядом о примостившегося на подоконник Феликса. Одетого. Затянутого в форменный мундир. Чёрный ему к лицу…
 
Тери нигде нет, обед остыл.
Это насколько же я выпала из реальности?! Зато план я готова повторить с закрытыми глазами! Одна бела – не все помещения были обозначены подробно.
– Иду, – отвечаю я рыжему, а Феликсу киваю на накрытый стол. – Приятного аппетита.
Феликсу повезло: у него на обед блюда императорской кухни, а у меня – Безликий.
Феикс провожает меня задумчивым взглядом, но мне не до него. Мысленно я уже в кабинете наблюдаю за разоблачением предателя, однако проигнорировать переглядывания фрейлин, отирающихся в первой комнате, не получается. Почему они не ушли и что я опять сделала не так? Насчёт “не ушли” версия сама напрашивается: вероятно, им положено ожидать указаний с утра до вечера, и уйти они не имеют права даже с разрешения. Больше того, не удивлюсь, если две-три фрейлины ещё и ночью дежурят, на будущее нужно учесть. А вот почему они переглядывались? Я только появилась в сопровождении Рыжика, а они уже удивились. Одежда не в порядке? Хм, а ведь точно! Вторая половина дня, а я до сих пор в утреннем платье. Но не поворачивать же назад.
Я следую по коридору в сторону папиного кабинета, однако на полпути Рыжик меня останавливает:
– В Малый приёмный зал, ваше высочество.
А-а-а-а!
Какая же я молодец, что догадалась заказать книги. Я знаю куда идти!
Небрежно кивнув, я сворачиваю в галерею.
Безликие, семеро, ожидают перед приёмным залом. Тёмные плащи, на головы надвинуты капюшоны, а лица скрыты за масками. В ночи встретишь – поседеешь. Безликие приветствуют меня поклонами. Я киваю в ответ, но не задерживаюсь.
Рыжик впускает меня в зал, сам остаётся снаружи.
– Кресси.
– Папа.
Император сидит в кресле, установленном на небольшом возвышении, но при моём появлении встаёт. В его глазах при виде моего платья тоже мелькает удивление, но он ничего не говорит, лишь подаёт мне руку и ждёт, когда я займу второе кресло. Может, это даже троны?
– Кресси, не думаю, что предатель сможет причинить вред впрямую, но не беспокойся, меры приняты.
– Хорошо, – улыбаюсь я.
Двери открываются, и появляется Рыжик. Я понимаю, что его вызвал император, но и как в прошлый раз, не могу сообразить, как именно работает связь. В колокольчик император точно не тренькал.
Рыжему хватает кивка. Он приглашает в зал первого из семи Безликих и плотно закрывает дверь.
– Ваше императорское величество, – Безликий, дойдя до середины зала, по-рыцарски опускается на одно колено.
Папа царственно медлит с ответом, дожидается, пока Рыжик встает сбоку от коленопреклонного Безликого, достанет из внутреннего кармана свёрнутый в трубочку приказ, развернёт.
– Лорд, взгляните. Этот приказ отдали вы?
– Нет, ваше императорское величество!
– Когда вы последний раз были в Тан-Дане, лорд?
– Больше года назад, ваше величество.
– Благодарю, лорд.
Безликий поднимается и отступает к стене, а Рыжик приглашает следующего.
Солгать, связанные магической клятвой не смогут…
– Нет, ваше императорское величество, я не отдавал этот приказ.
– Нет, ваше величество, это не я.
Поначалу “промахи” меня не напрягают, нет никакой причины, чтобы предатель попался первым.
Четверо Безликих прямо и чётко заявили о своей непричастности, пятый. Осталось допросить двоих. Я невольно напрягаюсь. Сейчас решится.
– Нет, ваше величество, я не отдавал этот приказ.
Если не он, то последний оставшийся. Император вроде бы не меняется в лице, остаётся таким же царственным, отстанённо-безучастным, но я чувствую, как вокруг него сгущаются тучи. Сейчас полетит голова с плеч предателя. Возможно, в самом буквальном смысле слова.
Рыжик приглашает Безикого. Поразительно, с каким спокойствием предатель преклоняет колено.
Император не спешит бросаться обвинениями. Рыжик в седьмой раз разворачивает свиток.