Закуска с характером. Дилогия (СИ)
Может, удастся что-нибудь вытянуть из Каркасарэля? Но для начала избавимся от лишних свидетелей. И чай надо выпить. Иначе я тут свихнусь от нервозности.
Я отправила отдыхать уставших Шеллфу, гнома и Маркуса. Таэллана тоже отослала. Он даже не обрадовался, просто кинул на меня пустой взгляд и удалился.
Место за барной стойкой заняли две саламандры, но их я почему-то не опасалась. Всё-таки именно Гар их нанял, остальные же явно побаивались красноглазых малышек.
Глянув в табличку постояльцев, я убедилась, что большая часть съехала (хотя отель наверняка обложили со всех сторон и наблюдают, ожидая результатов суда). А Крампус остался. Это беспокоило.
– Будешь заговоренный чай? – предложила я Карку.
– Нет, – внезапно отказался он. Может, не совсем понимает, о каком чае речь?
– Уверен? От этого чая повышается настроение и голова начинает работать лучше. Неужели не хочешь попробовать? Между прочим, заговор этот я вычитала в…
– Знаю. Можешь не объяснять. Весь магический мир только и обсуждает твой знаменитый чай.
– И ты всё равно отказываешься?
– Принципиально не употребляю стимулирующих средств, – беспечно пожал плечами он. – Зачем? Настроение у меня и так всегда отличное и нервы крепкие. На ясность разума тоже никогда не жаловался.
– Ну как хочешь, – удивлённо пожала плечами я и отправилась к бару, чтобы заказать зелёный чай у саламандр.
Я была готова, что они откажутся его наводить и отправят меня на кухню, но услужливым малюткам такое, как видно, и в голову не пришло. Получив заверения, что через несколько минут всё будет, я вернулась к Карку и присела на соседнее кресло, тоже уставившись в камин. Начинать серьёзный разговор пока не хотелось.
Сначала выпью чай, избавлюсь от лишних тревог и беспокойств, а уж потом приступлю к допросу с пристрастием.
Пока же есть пара минут проанализировать собственные чувства.
Хотелось бы сказать, что эта ночь ничего для меня особенно не значила. Но это было бы враньём. А врать самой себе я больше не хотела, и так занималась этим всё последнее время.
Правда же была в том, что Гар стал для меня не просто деловым партнёром. Как давно? Не знаю. Сейчас мне казалось, что давно, едва ли не с самого начала. Я затруднялась сказать, в какой момент моё отношение к нему неуловимо изменилось.
Если уж совсем отбросить притворство, то вся эта игра в пару доставляла мне удовольствие именно из-за того, что я могла хотя бы ненадолго поверить в то, что у меня появился такой мужчина. Такой красивый, сильный, уверенный, чуткий и невероятно горячий. Мужчина, на которого всегда можно положиться.
Эта ночь окончательно расставила всё по местам и уничтожила ту хрупкую преграду, которой я из последних сил отгораживалась от правды, стремясь уберечь своё сердце от боли от неминуемого, как мне казалось, расставания.
Вопрос в том, что на этот счёт думает сам Гар. Чувствует ли он то же самое?
И что будет с нами, если ему удастся вернуть меня в мой мир?
Хотя… ведь ему в любом случае нужен переводчик! Возможно, мы всё равно будем видеться и сотрудничать. И спать вместе. Неужели я на это готова? Не знаю. Но от мысли, что он может исчезнуть из моей жизни почему-то становится очень больно. Нет, это невыносимо. Да где же проклятый чай?!
Словно услышав мой мысленный вопль, в холле появилась одна из саламандр с подносом, на котором стоял небольшой чайничек и чашка с блюдцем, а ещё вазочка с белоснежными печеньицами, которые, как выяснилось, специально для меня приготовила Грузга. Разумеется, они были невероятно вкусными! Даже Карк стащил у меня несколько штук, с явным блаженством закидывая их в рот.
После первых же глотков чая я почувствовала облегчение. Тоска наконец-то отступила.
– А что будет, если Гар не выиграет суд? – в лоб спросила я, решив не ходить вокруг да около.
Каркасарэль долго молчал.
– Тебе в любом случае нечего бояться, – наконец, вымолвил он, когда я уже перестала надеяться на ответ.
– То есть какой-то план всё же имеется?
– Конечно.
Он снова замолчал, выглядя при этом так, будто исчерпал запас речей на ближайший год. Меня это не устраивало. Как же разговорить неприступного парня? Я вдруг вспомнила, что Гар намекал, будто я понравилась черноволосому эльфу. Что ж попробуем зайти с другой стороны. Я выдала самую очаровательную из всех своих улыбок и сказала:
– Гар заверил, что я полностью могу тебе доверять. Правда, забыл уточнить почему.
Карк хмыкнул и глянул на меня с интересом.
– Конечно, вы очень крутые парни и не утруждаете себя объяснениями. Наверное, вам кажется смешной напуганная человеческая девчонка.
Я говорила легко и без лишнего драматизма, как-то чувствуя, что театральную игру интонациями он не оценит. Даже усмехнулась в конце, в точности копируя его собственную усмешку.
И замолчала, расслабленно откинувшись в кресле и будто потеряв интерес к разговору. Сейчас самое главное – не нарушить паузу первой.
Это сработало.
– Мы давно дружим, – сказал Каркасарэль. – По человеческим меркам – невероятно давно. Я знал Гара ещё до перерождения. И он знает меня лучше, чем кого бы то ни было. Поэтому если он считает, что ты можешь мне доверять, значит, так и есть.
– Угу… знать бы ещё, как ко мне относится сам Гар, – хмыкнула я и получила в ответ долгий пристальный взгляд. Затем Карк усмехнулся и покачал головой, будто не веря себе.
– А ты не знаешь?
– Нет. Неужели с таким парнем, как Гар, можно быть в чём-то уверенной? – приподняла бровь я и тут же добавила: – Если, конечно, не знал его ещё до перерождения. Кстати, что значит – перерождение? Звучит жутковато.
Меня здорово интересовал этот вопрос, однако я продолжала поддерживать беспечный тон, будто мы болтаем о разных маловажных пустяках. Почему-то именно этот тон побуждал черноволосого эльфа отвечать на вопросы. Будто он толком не представлял, что является секретом, а что нет, и ориентировался только на интонацию. Если напряжённая и заинтересованная – значит, лучше ничего не рассказывать, а то Гар по головке не погладит потом. А если беспечная, значит, можно болтать без опаски. Чтобы совсем уж его расслабить, я кокетливо улыбнулась и заправила прядь волос за ухо. Забавно, что с обычным мужчиной подобная незамысловатая манипуляция могла и не сработать, а Карка зацепило сразу.
– Жутковато и есть, – улыбнулся в ответ он. – Только безумный и совершенно отмороженный тип, которым Гар был раньше, мог решиться на подобный идиотизм.
– Безумный? – хмыкнула я, пытаясь представить себе безумного Гара.
– Угу. Вообще без тормозов. Маньяк, одним словом, – вернул мне ухмылку Карк. – Ну а кем надо быть, чтобы добровольно вступить в дикую охоту?
Дикая охота… помнится, Брабер говорил про это. Что-то по поводу того, что надо было летать и собирать души. Неужели Гар и в самом деле этим занимался?
– А причём тут перерождение? – Ленивая интонация получилась просто шикарно. Может, зевнуть? Нет, перебор.
– Чтобы возглавить свору адских псов, надо быть призраком, – чуть наклонившись ко мне, поведал Карк жутковатым голосом, будто страшилку рассказывал. Ага, теперь ты сам захотел меня впечатлить! А то сидел тут весь такой роковой и неприступный… – Для этого Гару пришлось отказаться от старого тела. А потом за верную службу ему вновь позволили обрести плоть. Правда, с тех пор он сильно изменился.
«Ещё бы», – подумала я, а вслух переспросила (надо ведь стимулировать рассказчика продолжать):
– Изменился? Физически или…
– И так, и так. Новая плоть являлась отчасти отпечатком изменившейся души. Он уже не был тёмным эльфом, но не был и никем другим. Что-то в нём осталось от тёмного эльфа, что-то от погонщика адских псов, а что-то от… – он многозначительно глянул на меня.
– Человека?
Карк кивнул и добавил:
– Слишком долго он собирал человеческие души, слишком долго оценивал их поступки и взвешивал грехи. Ничто не проходит бесследно…