Закуска с характером. Дилогия (СИ)
Едва русалка с кастрюлей сиганула через перила, а я прошептала над отваром свой заговор, Рарнарок пристал ко мне с расспросами.
– Что ты собираешься делать? Зачем уголь?
– Всё, что попадает в мой чай, оживает и принимает ту форму, которую я хочу задать. Мы попробуем слепить тебе из угля новое тело. Правда, я понятия не имею, сработает ли это.
– Но, даже если эта безумная идея сработает… Я огромный! Угля надо очень много! Ты хоть представляешь…
– Да. Столько мы достать не сможем при всём желании.
– Вот видишь! – полыхнул глазами дракон. Было видно, что он попросту запрещает себе надеяться на успех. – А тогда зачем…
– Но знаешь, когда появилась Дузза, угля тоже было не так много. А она по размеру получилась намного больше изначального куска. Уголь превратился в оболочку, внутри которой бился огонь, понимаешь? Возможно, если тлеющего угля хватит, чтобы создать тонкую оболочку размером с твоё тело, этого будет достаточно!
– Это самый ненадёжный план на свете… – пробормотал дракон.
– Сама знаю!
В этот момент вернулась русалка с кастрюлей, наполненной тлеющим углём. Она чётко усвоила задачу – выбирала только те куски, что тлели ярче остальных. Даже без просьбы она высыпала всю кастрюлю в бочку, и тут же бросилась обратно, чтобы нагрести ещё угля.
К сожалению, когда она вернулась со второй кастрюлей, под окнами послышался шум – разочарованно потявкивая, к замку начали возвращаться псы. Правда, пока вернулась только часть своры, остальные, видимо, оставались с Варзаром.
Эх, рано… я надеялась успеть добыть ещё хотя бы одну кастрюлю… Ну ладно, нет времени на сожаления. Первый уголь уже превратился в желе, второй тоже начал почти сразу терять форму и расплываться.
– Ещё немного и аккуратно заливай желе вместе с чаем в рот дракона, а я постараюсь как можно ярче представить то, что должно получиться в итоге, – велела русалке я и вдруг осознала, что понятия не имею, как раньше выглядело драконье тело!
Русалка успокаивающе коснулась меня щупальцем, и в моей голове внезапно возникла картинка. Ого, а ведь она давала понять, что очень стара. Разумеется, на её веку ей приходилось не раз видеть адских драконов! И она показала одного из них мне.
Глава 45
Дракон из этой мысленной картинки выглядел вовсе не таким упитанным, как рисуют на некоторых обложках фантастических книг. Скорее, он походил на иллюстрации с китайскими драконами. Его тело было поджарым и продолговатым, с мощным хвостом и… без крыльев! Обалдеть, они и в самом деле летали без крыльев, за счёт какой‑то внутренней магии, извиваясь в воздухе, как жуткие чёрные ленты!
– Ясно! – коротко отозвалась я и, наклонившись над желе, проговорила, активно удерживая в мозгу показанную русалкой картинку: – Я хочу, чтобы ты превратилось в тело этого дракона. По форме и свойствам это тело должно быть точно таким же, каким оно было раньше. Тебе необходимо идеально подчиняться своему хозяину‑дракону, уметь летать, да и вообще всё, что умело старое тело, только быть ещё лучше, выносливее и мощнее!
Подёргивающееся желе, которое стало красновато‑оранжевым, как расплавленный металл, затихло, будто прислушивалось к моим словам. К этому моменту оно так разбухло, что впитало в себя почти весь чай.
– Заливай скорее! – скомандовала я русалке.
Дракон помогал как мог. Он выставил язык, как жёлоб, по которому густое желе потекло в горло. Я видела, что оно полыхает в глотке, и из‑за этого полыхания не могла разобрать, происходит ли с ним что‑то ещё. Может, оно просто застряло в горле? Или часть застряла, а часть вообще прошла насквозь и превращается там во что‑то иное?
Если я права, то где‑то внутри замка, продавливая стены, вот‑вот должно появиться здоровенное драконье тело. Но пока ничего подобного не происходило.
По моей задумке, если бы всё сработало, то дракону не составило бы труда вырваться отсюда. И… он мог бы увезти меня с собой. Ведь если бы все свойства прежнего тела вернулись, то и магия защиты от жара тоже вернулась бы. А значит, с ним у меня появилась бы возможность вылететь наружу и не сгореть. Но в это, если честно, верилось с трудом.
– На всякий случай лучше спрячься снаружи, – велела я русалке. – Если Рарнарок действительно сможет вырваться отсюда, есть вероятность обрушения замка. Мне бы тоже лучше, наверное, выйти на балкон или…
– Не думаю, что в этом есть необходимость, – вмешался Рарнарок. – Если моё тело действительно восстановится и моя магия ко мне вернётся в полном объёме, я окружу вас силовым щитом. А потом помогу русалке выбраться наружу, а тебя увезу отсюда, Ярослава.
– Очень бы этого хотелось… – Внезапно я сообразила ещё кое‑что и поспешила это озвучить: – Правда, Варзар ведь наверняка попытается снова воззвать к сделке с предками и притянуть меня обратно!
– Пусть попробует, – сверкнул глазами дракон. – Я‑то ведь никуда не денусь. А значит, вместе с тобой Варзар заполучит разъярённого адского дракона, жаждущего мести. Если не согласится добровольно расторгнуть сделку, пусть пеняет на себя.
Мы ещё немного помолчали, напряжённо ожидая хоть каких‑то изменений.
– Что‑то чувствуешь? – уточнила я у Рарнарока.
– Нет…
Сработает ли? Всё‑таки желе было не так много, как хотелось бы. Чтобы его хватило на воссоздание тела дракона, оно должно стать тоненькой‑тоненькой плёнкой, пустой, как воздушный шар. Насколько жизнеспособным будет такое тело? Будет ли оно заполнено огнём, как тело моей Дуззы? Обретёт ли массу? Или из этого ничего не выйдет?
– Рано отчаиваться, подождём ещё, – приняла решение я. – Тело осы тоже сформировалось далеко не сразу, а ведь она была не настолько огромной. Полагаю, на то, чтобы тело полностью приняло форму, надо куда больше времени.
Но если честно, я уже не верила в положительный исход. И дракон тоже явно в него не верил.
А ведь Варзар вот‑вот вернётся. Надеюсь, он всё же не догнал Дуззу…
Внезапно снаружи раздались странные звуки. Больше всего это походило на неумелое треньканье на гитарных струнах. А потом я услышала то, чего никак не ожидала услышать, попав в ад, – дружное хоровое пение. Ну как пение? Это был тот случай, когда в хоре абсолютно всем медведь отдавил оба уха, поэтому они пели одинаково плохо, хоть и очень старательно:
– Ярослава‑а‑а‑а, Ярослава‑а‑а‑а, ты как лава‑а‑а‑а, ты как лава‑а‑а‑а…
Что это такое? Явно обо мне поют!
– Моё сердце обжигаешь, но меня ты отвергаешь…
М‑да, коряво сформулировано, конечно. И рифмы страдают… Впрочем, дальше стало ясно, что начало очень даже ничего. Видимо, песню писали впопыхах.
Как вам, например, эта строчка:
– Все миры к твоим ногам я сложу парам‑пам‑пам…
Или вот ещё:
– Ты зажгла во мне костёр, съела мозг, как лавожор…
Лавожор же лаву ест, разве нет? Или он всё ест и лаву в том числе? Наверное, хотели меня с мозгоедом сравнить, но не придумали хорошую рифму. В любом случае сравнение, прямо скажем, не особенно романтичное получилось…
Внезапно до меня дошло, что ведь это серенада! Серенада в аду?! Может ли быть что‑то более дикое?
Поскольку хор продолжал надрываться, я вышла на балкон и увидела потрясающую картину.
Группа из двух десятков чертей с энтузиазмом выводила очередную строчку песни, один чёрт дёргал струны какого‑то инструмента, отдалённо напоминающего гитару, а перед ними, скрестив руки, стоял гордый Люцифер. Он явно был очень доволен собой.
Глава 46
Похоже, он не сомневался, что любая девушка, жаждущая романтики, от серенады под окном непременно должна пасть к его ногам. Сразу видно, насколько неопытен он был в вопросах ухаживания. Полагаю, до этого ему вообще не приходилось ничего делать ради женщины. Демоницы и так штабелями перед ним укладывались по щелчку пальцев. Зря он, конечно, решил именно с серенады зайти. Опытный кавалер знает, что к даме сердца, как к голодному дракону, надо сразу с едой приходить. И лучше побольше захватить для закрепления результата…