Marvel/DC. Мы - Павук (СИ)

Пора линять.
Примечание автора: 
Вот так жестоко вклеил кусок сеттинга "Другого Мира" и намек на "Штамм". Ну, а хули нам, долбоебам? 
Блять, уже можно считать этот фанфик монстром Франкенштейна, ибо я напихаю в него всего. Хм... монстр Несущего Слово - а ведь звучит. 
  
Цветы и шрамы ч. 1
 
Когда толпа сумасшедших разорвала на куски Хьюго Стрейнджа Аркхэм изменился. К удивлению, в лучшую сторону. Айви понятия не имела что такое влетело в жернова системы, что опыты над метазлодеями если не прекратились, то существенно понизили градус. Впрочем, не ей жаловаться - от нее перестали отрезать конечности, опрыскивать пестицидами и мучать растения на ее глазах. Пребывание здесь можно было бы назвать более или менее приемлемым, если бы не тот факт, что это психиатрическая лечебница, а по совместительству тюрьма строгого режима для подонков с суперспособностями.
Ядовитый Плющ имела несколько общих набросков, как сбежать отсюда. Дальше проще - карта Готэма густо усеяна конспиративными квартирами, давно покинутыми людьми и занятыми растениями. Да и не особо они ей нужны, там где зелень - там ее дом.
Плесень.
Так она сбегала в прошлые разы, замаскировав все под небрежность персонала. Как бы люди не старались, они не могут уследить абсолютно за всем происходящим в монструозном комплексе Аркхэма. В трещинах кладки и в темных углах зарождался спасательный круг. К сожалению, Айви не могла повелевать микроскопическими растительными образованиями, но стоит ему еще немного вырасти и она сможет взять над ним контроль, усилить его, вырастить в машину смерти из ядовитых бутонов и шипастых стеблей, которая разорвет охрану и пробьет выход наружу.
А пока что оставалось только смотреть в потолок, лежа на жесткой койке, перебирая названия цветов. Она никогда не была в тюрьме для обычных людей, говорят там неплохо, почти отель, хотя, опять же, смотря какая тюрьма. Для каждого злодея строят собственную камеру, множащую на ноль его способности. В случае Ядовитого Плюща это был вмонтированный в стену куб из бронированного стекла. Металлическая кровать, привинченная к полу и прикрытая тонким матрасом, железный трон унитаза. Нет и намека на растения. И это угнетает. Без них плохо, неуютно, одиноко и тоскливо.
Иногда Айви серьезно задумывалась чего в ней больше - человека или растения. Внятного ответа пока не было, слишком много труднопросчитываемых факторов. Но скорее всего растение, новая ступень их развития, по какому-то странному стечению обстоятельств и хромосом заключенная в жалкую обезьяноподобную форму. Она мыслит, как человек, но местами с совершенно иными нормами, критериями и установками, что автоматически делает ее изгоем в людском социуме и это еще без учета зеленой кожи. Что примечательно, с растениями такого не было, им глубоко плевать на этот факт, заставляет задуматься. Физиологически она что-то среднее, гибрид. И ей не нравилось людское общество, что нонсенс для стайных человекав. Люди - ничто. Единственное на что они способны - это удобрять своими трупами землю, в этом они хороши, на кладбищах вызревают удивительные букеты, подпитываемые соками мертвечины. Кладбища... с одной стороны Айви нравились кладбища, там было не так много людей, как в большинстве других мест, можно было вслушаться в благословенную растительную тишину. Но с другой, люди заколачивали своих мертвых родственников в ДЕРЕВЯННЫЕ гробы и это выводило ее из себя. Какая насмешка... всю жизнь уничтожать растения и умудриться сделать это после смерти. Убить дерево и похоронить вместе с мертвым собой. Концентрированное извращение.
Растения лучше. Они чистые, можно даже сказать благородные. Но люди воспользовались их добротой, с корнем вырывая все блага Земли и не давая ничего взамен. Только жрут и гадят, втаптывая в грязь гармонию природы. Те акции, которыми пытались прикрыться гринписовцы, когда их кожу разрывали корни, ничто. Громкий пшик, спонсируемый теми, кто наживается на боли флоры. В этом вопросе Ядовитый Плющ справедлива, что владелец заводов, чей дым отравляет атмосферу, а отходы загрязняют воду и почву, что ребенок, сорвавший листик, отломавший веточку или поджегший куст - все эти мрази достойны смерти. Нет, не простой смерти, это слишком легко для них, слишком просто. Они должны искупить свою вину, стать благодатной почвой для новых побегов. Это честно.
 
Эко-террорист. Так прозвали ее газеты. Газеты сделанные из бумаги. Людской скот - мастера извращений. Они поливали ее грязью словами вытатуированными на мертвой и переработанной коже растений. Они живут благодаря растениям и воспринимают это как данность. Они хотят еще и еще, больше, всего больше, неутолимая печь, в которой сгорает все и вся. Воздух, которым они дышат - создали растения. Продукты, которые они едят - создали растения. Их грязная цивилизация была взращена под сенью растений.
Когда плесень созреет, когда дойдет до критической точки, она вырвется из Аркхэма вместе с толпой обитающих тут психопатов. Они не меньшая грязь, но чего у них не отнять, так это того, что вместо растений они преимущественно убивают людей. В хаосе массового побега она сможет затеряться, отсидеться и проникнуть в городской парк. Готэм ждут веселые деньки, ибо дитя Ядовитого Плюща вот-вот раскроет глаза и покроет побегами десятки ближайших кварталов и тогда...
Вой сирены. Побег? Так даже лучше.
Через вентиляционные щели в камере просачивался приглушенный шум - крики, выстрелы, топот. Айви перешла из положения лежа в положение сидя. Повела плечами, разгоняя по мышцам кровь. Темно-зеленую кровь, почти древесный сок. Возможно, неизвестный, решивший организовать очередной бунт окажется достаточно благоразумен, чтобы открыть двери в соседние камеры, развить первоначальный успех, создав ядро сопротивления. Толпа суперзлодеев уничтожит кого угодно. Жаль, что кнопки, открывающей одновременно все двери не существовало, только по одной.
Рев Бэйна перекрывает пистолетную пальбу и завывания сигнализации. Бэйн - это хорошо. Бэйн может разбить ее клетку даже без своего допинга, а с ним разнести крыло Аркхэма по камешку. Смазанный темный росчерк. Тело надрывно вопящего охранника пулей пролетело по коридору и впечаталось в стену, оставив алый мазок, оно кожаным мешком переломанных костей и разорванной требухи сползло вниз. Некоторые вещи Айви при всем своем старании понять не могла, например, почему люди идут работать в готэмскую полицию и охрану Аркхэма? Текучка кадров бешеная и все прекрасно осведомлены о том почему единицы доживают до пенсии и еще меньшее количество при этом идут цельным куском, а не суповым набором. Сколько им платят? За сколько кусков мертвых растений, насмешливо выкрашенных в зеленый цвет и обезображенных лицами "видных деятелей", они готовы пойти, зная, что риск сдохнуть во время вот примерно такого бунта равен почти ста процентам? Сколько стоит раздробленный Бэйном позвоночник? Сколько стоит сойти с ума от выкрутасов Пугало и всю оставшуюся жизнь пускать слюну, заходясь в истерике от каждого шороха? Сколько стоят глаза, выцарапанные из глазниц ложкой в руках Джокера? Сколько стоит умереть от стеблей, пронзающих вены и артерии, пустивших корни во внутренние органы?
Чей-то истошный крик. Так кричат люди со сломанными коленными суставами. Вернее, даже не сломанными, а перемолотыми в костяную крошку, смешанную с месивом измочаленных мышц и жил.
Два переплетенных тела вваливаются в сектор ее обзора. Охранник и заключенный. Руки второго скованы, металл массивных наручников вгрызается в шею первого, полуприкрытую воротником облегченного бронежилета, специально спроектированного "Wayne Enterprises" для специфических нужд Аркхэма. К слову, именно они делали камеры для заключенных. Обычно наручники застегивают за спиной, но для этого, видимо, сделали исключение. Он высокий и голый по пояс. Жилистый. Рельефный. Слишком рельефный, видно каждое мышечное волокно, напрягающееся под испещренной шрамами кожей. Плющ слышала про него, но не пересекалась, ее перемещения ограничены камерой и сеансами психотерапии, путь к кабинету которой не затрагивал камеру Виктора Заса, лишенного суперспособностей человека, который тем не менее сидел свои десять пожизненных в крыле для металюдей.