Октава, плюс...(СИ)
Студия.
Тем временем в студии группы "Вишня в шоколаде" полным ходом шла репетиция новой песни одного из штатных композиторов агенства "Любовь и сирень". Мы всей толпой тихохонько по стеночке, что бы не мешать мукам творчества группы и автора песни, а Элеонора даже приставила пальчик к губам, мол не шумите. Присоединились к маэстро который сидел в сторонке и внимательно наблюдал за репетицией.
Я даже по лицам ребят видел, что песня им не нравится и играют они без вдохновения. Так лишь бы отцепиться. А автор нервничал и присутствие Элеоноры сбивало его с толку. Наконец продюсер группы остановил репетицию и попросил автора немного доработать мелодию песни. Были там некоторые нестыковки со словами. Но композитор очевидно ввиду присутствия гендиректора упёрся и ни в какую. Назревал скандал. Волевым решением Элеонора прекратила перепалку между двумя творческими личностями и отправив композитора доработать таки музыку, объявила группе перерыв.
— Так "Вишенки", — сказала Нора выйдя на середину студии в то время как музыканты снимали и отключали инструменты. — В вашем расписании появились некоторые изменения. По моей просьбе продюсер "Принцессы" Орнелла согласилась поработать с вами над вашим новым репертуаром для гала концерта. Но по её мнению ваша студия не достаточно подготовлена…э-э вернее не отвечает требованиям…то есть…Орнелла! Скажи сама, что тебе тут не нравится. Я запуталась совсем, — и леди просительно посмотрела на меня.
— Души, — улыбаясь сказал я. — В этой студии не хватает души. Музыканты есть, аппаратура есть, инструменты есть даже музыка присутствует, а души этой музыки нет. Всё работает автоматически. Автоматически выстраивается мелодия, автоматически выравниваются неточности и шероховатости в записи мелодии и сольного исполнения. Всё это происходит монотонно и безлико. Как конвейер на фабрике по сборке флайеров. На диске это ещё может пройти, а в живом концерте с живым же звуком всё. Облом! Ну-у если конечно вы поёте не под фанеру.
— Под, что? — спросила Лонна.
— Фанеру, — ухмыльнулся я и добавил, — под фонограмму.
— Нет, — сказал Терн Джой, — мы в основном поём вживую. На концертах обязательно. Только иногда в различных телепередачах приходится открывать рот под запись и то только по требованию режиссёра.
— Во-от! А я о чём? — продолжил я по дурацкой привычке заложив руки за спину и перекатываясь с пятки на носок, — так вы со временем и привыкнете, что все ваши огрехи исправляются автоматом и никто вам на них не указывает. А чего? Ну налажал так автоматика поправит! Делов-то!
Элеонора с укором посмотрела на продюсера "Вишенок". Тот грустно улыбнулся и развёл руками признавая свою недоработку.
— А приведёт всё это к тому, что и на концертах расслабитесь и начнёте фальшивить, — закончил я свой спич. И понял, что сам дурак!
Все находящиеся в студии музыканты и работники агенства, а так же магистр музыки Лей Фуртикус увидели как продюсер "Принцессы" вдруг густо покраснела и пискнув, — "извините", — пулей вылетела из дверей студии.
Агенство.
Заскочив в лифт и нажав кнопку первого этажа. Я вдруг начал задыхаться от переполнявших меня яростных эмоций. Естественно, что злился я сам на себя. В мозгу тут же вспыхнула картинка из земного фильма где главная героиня надавав по морде своему возлюбленному убегая от него сама себя лупит по щекам и по рукам.
Выбежал из лифта, метеором пронёсся по холлу и вылетев наружу сходу ввинтился в свой такой родной "мерин". Закрылся на все запоры и стал думу думать.
Кто виноват? Я! Что делать? Не знаю!
Идиот! Кто ты такой? Ты перед кем там выёживался? "Вишня в шоколаде" свыше пятидесяти лет на сцене. Это по меркам Земли 5–6 лет. Они сами ещё очень молодые, но уже мировые знаменитости. "Звёзды" самые, что ни есть настоящие! И добились они этого своим, ка-тор-жным! Трудом! Их никто не раскручивал да здесь и понятия такого нет! Заслужили — знамениты! Нет — сшибай мелочь на улице!
Империя это не Земля. Здесь тысячи таких планет как Земля. И их почитают на всех планетах! Свыше двух сотен миллиардов народу! И на каждой планете сотни и тысячи городов. Дурень как ты мог это забыть! Что ты там плёл о недостатках их студии? Нашей Земле до их технологий как до Империи, только с обратной стороны через всю Вселенную!
— Мама Элли! Ну почему я такая дура? Ну почему у меня нет мозгов?
— Ты не дура, — прошелестело в голове обдав меня тёплой волной. — И мозги у тебя есть. Просто они ещё не "заколосеелись", — смешок ещё одна волна и мой гнев испарился так же как и желание к продолжению самобичевания. Наступило полное спокойствие.
А чего я собственно бжу…бздю. Фу-у какие сентенции. Сам ненавижу, а поди ж ты в голову лезут. Короче! Чего я мандражирую — мысли текли медленно и плавно, — мне Никанора сказала я выполняю. Всё согласно контракту, а не нравится идите лесом. Хотя конечно здесь я не совсем прав. Ну да музыка у них слабовата, но с другой стороны те же Битлы если глядеть с высоты сегодняшнего дня, тоже звёзд с неба не хватали, а народ с ума сходил от их композиций.
Да ну его…всё! Чего я так разошёлся? Неужели гормоны так играют? Гормональный взрыв? С чего бы? На всякий случай потрогал "там". Сухо. Оттянул резинку. Заглянул. Крови нет ничего не болит. Ну и ладушки. Всё будет пучком. Я улыбнулся. И "моя" музыка всё равно лучше, а о классике я вообще громко и выразительно молчу!
Студия.
После того как Орнелла внезапно покинула студию народ немного помолчал приходя в себя, а потом Зой Лукас задал естественный вопрос:
— А куда это наш новый продюсер удрал после такой зажигательной речи?
— Неужели приспичило? — язвительно поинтересовалась Лиса.
— По маленькому? — спросил Бант.
— Нет. Судя по скорости передвижения всё же по большому, — уверенно ответил Черр.
— Понос? — уточнила Клея Флинт.
— Или золотуха, — съехидничала Деса Стебелёк.
— Дралась, дралась и усралась, — удивляясь самому себе подвёл итог маэстро. — Э-э. Извините.
— Фи маэстро, — засмеялась Элеонора, — от кого от кого, но от вас я такого не ожидала.
— Да я и сам от себя такого не ожидал, — покраснел магистр музыки. — Я думаю девочка поняла, что выбрала немного не верный тон, поняв перед кем она выступает и немного стушевалась. Но помяните моё слово зная её характер с уверенностью могу сказать. что она вернётся.
В эту секунду двери в студию открылись и вошла Орнелла. Постояв пару секунд она с достоинством поклонилась:
— Я прошу прощения у всех. Очевидно я немного погорячилась не до конца осознав, что разговариваю со "звёздами" первой величины Империи. Но всё же я настаиваю на том, что бы запись музыки производилась именно в моей студии и именно так как я этого потребую. По другому, — и она повернулась к гендиректору холдинга, — я работать не буду
Однако леди Элеонора не успела вымолвить и слова как в разговор встрял, а иначе и не скажешь, Терн Джой:
— Уважаемая госпожа продюсер, — с ехидцей обратился он к девушке, — а вы услышали от нас хоть одно слово против работы с вами?
— Хм. Нет.
— Что и требовалось доказать!
— Тогда так "Вишенки", — слово взяла леди, — собирайте вещи и через час я вас жду на стоянке перед глайдером Орнеллы. Инструменты не берите ваш продюсер вам их предоставит из своих запасов.
Надо было видеть как загорелись глаза Зоя и Клеи. Да и остальные не возражали.
Примечательно было то, что музыканты "Принцессы" всё это время предусмотрительно молчали не вмешиваясь в ситуацию с их продюсером и композитором. Предпочитали не отсвечивать удивляясь смелости и наглости Орнеллы.