Не скрыть (СИ)
Сёстры удивлённо переглянулись. Стефан определённо врал, что данное имя ему неизвестно, но это было единственное, пришедшее на ум, отвлечение от конфликта.
— Четвёртый владыка деревни.
— Новенький.
— Как давно его нашла Матерь Миранда?
— Ой, не помню.
— Я тоже.
— Может, лет десять назад?
— А разве не прямо с фронта она его приволокла? В самый разгар Второй Мировой.
Молодой человек облегчённо выдохнул. Ведьмы отвлеклись и, как ни в чём не бывало, завели диалог, совершенно позабыв о том, что должны были детально рассказать о личности Карла Гейзенберга конкретно Стефу, а не друг-другу. Но, тем не менее, пока девушки завели собственную беседу брюнет, не теряя времени, взял то самое шоколадное пирожное и целиком закинул его в рот. Язык испытал неописуемое наслаждение, когда нежный бисквит коснулся его, а шоколадная глазурь растеклась. Как давно он не ел сладкого. И не ел нечего подобного никогда. Сахар, проникший в организм, незамедлительно поднял настроение. Парень забегал глазами по банкетному столу, в поисках чего-нибудь мясного, что можно было взять в руку и не обляпаться. Отыскав пирог, набитый фаршем и луком, Стеф потянулся за ним.
— Стефан! А ты как думаешь, какое вино вкуснее: красное полусладкое или белое сухое?
Голосок, который уже начинал поднадоедать, принадлежал, несомненно, Даниэле. Молодой человек обречённо вздохнул и выпрямился, не достигнув цели.
— Он не пьёт. — ответила за него Кассандра. — Откуда ему знать? Спроси лучше у Герцога. Вот он-то точно разбирается в хорошей выпивке. — черноволосая прижимала к себе бокал, держа его стеклянную ножку тремя пальцами. Жидкость в нём была прозрачной, что так и кричало о её позиции в данном споре.
— Герцог тоже здесь? — вот так приятная новость. После инцидента, случившегося два дня назад, Стефу нужно было поговорить с торговцев, любой ценой.
— Почему ты не пьёшь? — абсолютно проигнорировав заданный им вопрос, удивилась Даниэла. — Как это так? Попробуй.
Ведьма взяла со стола свой бокал красного полусладкого и протянула брюнету.
— Я не…
Дана дожидаться окончания фразы не стала, уж очень сильно не любила принимать отказы, схватила молодого человека за подбородок и прислонила к алым губам стеклянную чашу. Чуть наклонив назад его голову, стала заливать в рот алкогольный напиток. Касс неприлично громко засмеялась, видя, как изумлённо задёргался парень. Вот от кого, от кого, а от неё именно такую реакцию и стоило ожидать. Стефан же моментом почувствовал кислый, едкий вкус, обжигающий горло и без позволения проникающий внутрь. Несмотря на то, что молодой человек этого не хотел, он не сопротивлялся, глотал всю жидкость, что попадала в рот. И когда бокал наконец опустел, а вино было выпито, появились новые ощущения: рот неприятно связало, но при этом улавливалась фруктовая сладость. Парень никак не мог разобраться, как относится к данному напитку, слишком неоднозначный вкус. И приятно и горчит. Он непроизвольно взглянул на Даниэлу, что никак не ослабляла хватку, продолжая держать лицо брюнета в своих цепких длинных пальцах. Увидев, бросающие в её сторону взгляды, быстро подарила ему поцелуй, коснувшись устами кожи чуть ниже скулы, видимо, в качестве награды за послушание. Немного помедлив, рыжеволосая провела ладонью по гладко выбритой щеке, куда только что прислоняла накрашенные губы.
— Тебе идёт. — тепло проговорила она, не прекращая поглаживать его лицо.
— Идёт что? — Стефан не совсем понял про что конкретно говорила колдунья.
— Отсутствие этой ужасной бороды тебя молодит. Мне нравится.
Дана не отрывалась от парня. Он полностью завладел её вниманием. И Стеф уже понимал, что это значит. Ему не терпелось покинуть праздник, даже с Даниэлой. Если ведьма уведёт его отсюда — он сделает всё, что она захочет, лишь бы оказаться подальше отсюда. Поесть всё равно не дают, а общество одновременно двух спорящих сестёр выдерживать тяжело.
Но, когда рыжеволосая отпустила его, подойдя ближе к столу, дабы взять новый наполненный бокал, молодой человек разочарованно опустил руки. Вечер для неё только начинался.
«Что ж, значит, буду искать Герцога» — мысленно решил он. — «Необходимо придумать, как покинуть эту компанию».
— Даниэла, мне нужно…
— О! Смотрите, кто к нам идёт! — Кассандра торжественно вскрикнула и одной рукой указала на сторону, куда следует смотреть, а второй же подняла бокал над головой.
Стеф, Дана и остальные, стоявшие поблизости гости, мгновенно повернулись, заинтересованные кем-то, о ком прокричала средняя дочь Госпожи. Брюнет обомлел, когда увидел в проёме деревянной арки её. Белое бандажное платье, длинной немного ниже колен, с полностью оголёнными плечиками и спущенными короткими рукавами ярко выделялось среди тёмных оттенков нарядов других женщин. Жёлтые длинные кудри, уложенные за спину, блистали в свете люстр, подобно золоту, а бледное лицо, с аккуратно нанесённым макияжем, сошло прямиком с обложек газет, в которых печатали информацию о прекраснейших дамах мира. Она определённо звезда сегодняшнего вечера. По крайней мере для него точно. «Бэла…»
Покинув пределы дверного проёма, старшая дочь хозяйки здоровалась со всеми, кто попадался ей на пути: она сдержанно кивнула головой лорду Гейзенбергу и его слуге, накрыла своими ладонями руки какой-то пожилой женщине, что подошла к ней совсем близко, губами каждому проговаривала почтительное “Здравствуйте”. Складывалось впечатление, что блондинка знала всяких встречных гостей, так норовивших к ней приблизиться. И каждый из них был от души рад видеть её. Стефан исключением не стал. В конце концов, она не появлялась в его поле зрения пару дней, никак не давая о себе знать. Ведьме необходимо было время набраться сил и восстановиться после того ужасного случая с разбитым окном и жутким морозом, проникший в столовую. Молодой человек совершенно не ждал, что она появится на сегодняшнем балу, он шёл сюда с мыслью о её плохом самочувствии. Но всё же она вышла к гостям, престав пред ними во всей своей божественной красе и полном здравии.
Когда девушка подошла к их столу она немедля поприветствовала младших сестёр:
— Даниэла. — блондинка потянулась к напудренной щеке, едва коснувшись её губами. — Кассандра. — и то же самое повторила с ланитами черноволосой.
Заметив рядом с ними Стефана, ведьма молча кивнула. А он лишь неловко улыбнулся и ответил поклоном.
— Как себя чувствуешь, сестрица? — взволнованно спросила Дана.
— Намного лучше. Спасибо. Не могла пропустить этот торжественный вечер, потому старалась прийти в себя как можно скорее. — блондинка улыбнулась на некую заботу со стороны своей младшенькой сестры.
— Что, Бэла, уже все достопочтенные зады вылизала притворной любезностью? — Касс, удовлетворённая собственной шуткой, издевательски ухмыльнулась и отпила сухое горьковатое белое вино из бокала, что жадно прижимала к себе.
— Нет, Кассандра, — спокойно отвечала она, — Ещё не все. Я не была на втором этаже. — и хоть голос беловолосой колдуньи оставался невозмутимым, уголок её губ в натянутой улыбке дрогнул. — Мама пожелала, чтобы я поднялась к ним и осчастливила своей компанией.
Брюнетка залпом избавилась от содержимого в хрустальном сосуде и так раздражённо поставила его на банкетный стол, что вот-вот и стеклянная ножка со звоном разбилась бы, впившись осколками в её пальцы.
Бэла же просто расплылась в улыбке, довольная реакцией средней сестрички. Сейчас, будучи в разных нарядах и с разнообразными причёсками, ведьмы отличались друг от друга как никогда раньше. Их характеры, голоса и цвет волос — единственное, что помогало не путаться, кому какое имя принадлежит, по крайне мере, когда все три дочки носили схожее чёрное платье и скрывали половину лица под колпаком. Но в настоящий момент нельзя было и представить, как можно их спутать.
— Ты надолго с нами, Бэла? — Даниэла, совсем не обращая внимания на растущее напряжение между старшими, будто привыкла к постоянным розням, отвела беседу к новому руслу.