Круто ты попал! (СИ)

– А ещё… – начал Огюст, но не успел договорить, потому что внезапно на дорожке, ведущей от женского общежития, появилась девичья фигурка в пышном розовом платьице. Молодой человек смотрел на неё и не мог поверить своим глазам: он никогда в жизни не видел столь очаровательного существа. Золотые локоны незнакомки были скреплены заколкой и украшены белоснежным бантом, из-под платья виднелись маленькие ножки, обутые в шёлковые туфельки, а невероятные синие глаза сияли улыбкой.
Девушка подошла к ним и молча посмотрела снизу вверх, неожиданно внимательно и серьёзно, потом прикоснулась изящной ручкой сначала к рукаву куртки Огюста, а потом к руке Бенджамина. На мгновение прикрыв глаза, она словно прислушалась к чему-то, а потом весело улыбнулась сначала сыну казначея, а потом и виконту Шелдону. Затем это волшебное видение сделало несколько шагов в сторону и исчезло в пушистом белом облачке, которое растаяло сразу после того, как девушка в него шагнула.
ГЛАВА 3 
Бенджамин
Бенджамин, задохнувшись от охватившего его восторга, смотрел, как в воздухе медленно тает пушистое облачко, в котором исчезла симпатичная девушка. Призрак! В самом центре академии, не ночью, да ещё такой плотный, словно живой! Явно очень сильный, это невооружённым глазом видно. Это же не академия, а просто сплошной праздник какой-то!
Когда виконт всеми доступными и недоступными способами добивался, чтобы отец отправил его именно сюда, он и помыслить не мог, что Академия Последнего Шанса окажется настолько потрясающей. Ему было достаточно того, что её ректором был сам Теодор Холверт — некромант, о котором юный Бенджи столько слышал от своего старшего брата. Тому выпало немыслимое, с точки зрения Бенджамина, счастье учиться в университете на одном потоке с будущим ректором. Юноша просто извёл брата вопросами о ректоре, просил по десять раз пересказывать одни и те же истории, чем довёл обычно спокойного стихийника до бешенства.
Некромантом младший сын графа Шелдона решил стать ещё в детстве, когда несколько раз от корки до корки прочёл сборник страшных историй «Ночь под кроватью», который кто-то подарил ему на праздник Середины Зимы. Призраки, нежить, нечисть, пентаграммы, зловещие слова заклятий, торжество силы некроманта над могуществом не-жизни — всё это вызывало у виконта чистейший незамутнённый восторг. Решение было принято, и юный Бенджамин начал методично обыскивать фамильный замок на предмет призраков, чтобы на них потренироваться и испытать пару заклятий, выписанных из той же самой книги со страшными историями.
Но то ли в замке Шелдонов не было призраков, то ли нездоровый энтузиазм младшего графского отпрыска их распугал, но ни одного привидения парнишка не обнаружил и мгновенно убедил себя в том, что это он — будущая звезда терейской некромантии — нагнал на них страха.
Отец сначала относился к увлечению младшего сына с иронией и определённой снисходительностью, но исключительно до того момента, как Бенджамин начал отказываться от нормальной одежды, забив шкафы в своих комнатах рубашками, брюками и плащами радикального чёрного цвета. И всё бы ничего, но паршивец повадился и к гостям выходить в таком виде, так что некоторые гостьи графа, обладавшие особенно тонкой душевной организацией, пугались и не рисковали задерживаться, что самого графа раздражало и порой злило.
Дальше стало только хуже: к чёрным одеждам добавились всевозможные странные предметы, которые томный и демонстративно мрачный виконт повсюду носил с собой. Граф был абсолютно убеждён, что ни череп какого-то грызуна, болтающийся на шнурке, ни перья чёрного ворона, торчащие из светлой шевелюры Бенджи, ни отполированная годами трость с головой какого-то чудища вместо набалдашника не являются обязательными деталями костюма молодого аристократа. К этому безобразию добавлялась щедро присыпанное белой пудрой лицо и густо подведённые чёрным глаза.
 
Но последней каплей, переполнившей чашу отцовского терпения, стали регулярные визиты юного дарования на кладбище, где Бенджи, стоя на полуразрушенном склепе, с подвываниями декламировал бесконечно длинные стихи о смерти, тлене и прелестях могилы. Робкие попытки окружающих, просивших перенести эти перформансы куда-нибудь подальше от родительского замка, натыкались на ледяное презрение виконта Шелдона.
Когда граф узнал о необычной академии, которую открыл король Ганелон для, скажем так, несколько проблемных детей аристократов, он тут же задействовал все свои солидные связи, чтобы добиться включения Бенджамина в число будущих студентов.
Узнавший об этом Бенджи с воплем восторга повис у отца на шее, чего не позволял себе уже несколько лет. Счастью будущего некроманта не было предела: как же, он отправится в эту потрясающую академию к самому Теодору Холверту, который, вне всякого сомнения, не сможет не заметить его таланта! Он, Бенджи, станет лучшим учеником, а потом и… Что будет потом, виконт сказать не мог, так как настолько далеко его фантазия не залетала. Нет, конечно, он представлял себе в мечтах, как стоит рядом с закутанным в чёрный плащ ректором Холвертом, сжимая в руках магический посох, чёрный, разумеется, а перед ними падают ниц и рассыпаются в прах целые полки умертвий! Нет, не полки! Армии!!
Замок, в котором расположилась академия, полностью соответствовал представлениям виконта Шелдона о том, какой должна быть обитель некромантов: старые стены, башни, огромный сад и, главное, совершенно бесконечное, бескрайнее кладбище. Вот оно — счастье!
Несколько, правда, подпортила впечатление сама процедура поступления, но тоже только до того момента, как Бенджи понял, что уставший молодой мужчина в серой рубашке и потёртой кожаной куртке и есть тот, о ком он столько думал и мечтал: ректор Теодор Холверт, один из сильнейших, а может, и сильнейший некромант современности. Первое разочарование моментально исчезло, стоило Бенджамину понять, что раз сам лорд ректор так молод, значит, и он, виконт Шелдон, сможет добиться многого уже в молодом возрасте.
Комната, в которую привёл Бенджамина призрак демона — сам факт этого поверг будущего некроманта в состояние, близкое к экстазу, — юноше понравилась. Единственным её недостатком было обилие светлых тонов, но Бенджи почти решил эту проблему, сменив бежевые занавески на предусмотрительно привезённые с собой чёрные с элегантным узором из вышитых серебряной нитью черепов. Несколько больших плакатов, собственноручно нарисованных Бенджамином, закрыли часть светлых стен и радовали владельца изображениями могильных крестов, пентаграмм и чёрных котов. Постельное бельё виконт планировал сменить вечером: у него в сундуке была припрятана парочка очень стильных комплектов с рисунком из скелетов.
Когда Бенджамин понял, что находиться в комнате не может просто физически, он решил выйти и прогуляться по территории, полюбоваться на замок. О, эти толстые каменные стены, эти мрачные, полные тайн башни! Может быть, ему удастся даже выглянуть за ворота и посмотреть на бескрайнее кладбище, а если повезёт, то и увидеть кого-нибудь из призраков. Но, честно признался себе Бенджи, пока лучше исключительно издали. Он, конечно, великий некромант, но пока ещё в перспективе…
Параллельно с Бенджи на замок любовался какой-то толстяк в тренировочной форме академии: у самого Бенджамина в шкафу тоже лежало несколько таких. Виконт подошёл к нему и начал разговор, а когда парень обернулся, то юноша узнал в нём Огюста Стендриджа, сына королевского казначея. Они несколько раз встречались на обязательных для посещения королевских мероприятиях, но общаться им не доводилось. Компания, в которую входил Огюст, была неинтересна виконту, и это отсутствие интереса было взаимным: светским «львятам» увлечённый странными вещами сын графа Шелдона тоже был глубоко безразличен.
Поговорить толком они не успели, так как, во-первых, Огюст выглядел странно измученным и явно пребывал не в восторге от своего нынешнего положения, а во-вторых, их беседу прервало появление призрака очаровательной, совсем юной девушки, которая ничего не сказала, а просто прикоснулась к руке Огюста, а потом к его, Бенджи.