Пожиратели миров. 4 том (СИ)

— Я готов поговорить с вами. Снаружи.
— Что ж, как скажешь, Грант, — пожала она плечами. Но из машины не вышла, просто ехала вдоль обочины рядом со мной. — Это по поводу судебного иска.
— С ним что-то не так? — взглянул я на неё с вопросом.
— Да, не так, Грант. Не пытайся со мной здесь играть. Я тебе не маленькая девочка, над которой можно подтрунивать, — предупредила Валерия. Теперь понятно, в кого такой характер у её дочери. — Отзови его, и всё обойдётся. Мы сможем договориться с тобой и без суда.
— Я не решаю эти вопросы.
— Не надо сейчас мне вешать на уши лапшу, мальчик. В вашем доме решает явно не Мари, уж я-то её знаю.
— Я не решаю эти вопросы, — повторил я. — Обращайтесь к ней или к нашему адвокату.
— Ты действительно хочешь проблем с нашим домом? И ради чего?
— Ради молокозавода, ради домов в центре, ради торговой сети, ради компании по сбору и транспортировке мусора. Мне продолжать перечислять?
— Достаточно остановиться на… сети магазинов. Думаю, вам этого за глаза хватит. И ещё мусорной компании, хорошо.
— Думаю, нам будет достаточно забрать всё своё, госпожа Даркмод. Всё, что принадлежит нам. А после мы можем уступить вам что-нибудь из перечисленного в пределах разумного, если вы согласитесь решить всё миром.
— Вы? Уступить нам? — улыбнулась она. — Ты видимо совсем недавно в нашем мире крутишься и не понимаешь, когда надо уступить.
— Зато я крутился в другом мире, и знаю куда лучше, когда надо додавить, госпожа Даркмод.
— Тебе не выиграть этот процесс.
— Тогда о чём вы беспокоитесь? Зачем ждёте, караулите около дома Фон-Ларьер? Подъезжаете ко мне, чтобы поговорить об этом? — задал я логичный вопрос. — Нам же не выиграть этот процесс.
Она шумно вдохнула. Да, я её подловил, и Валерия чувствовала себя уязвлённой.
— Ты слишком остёр на язык, Грант. За такие слова обычные простолюдины лишились бы в лучшем случае языка, — а потом задумчиво склонила голову набок. — А ты ведь не аристократ, понимаешь? Перед законом мы все одинаковы, но кто выделяется-таки больше. Прямо сейчас с тобой может что-то случиться просто за то, что ты мешаешь нам. Пытаешься забрать то, что наше.
— С вами тоже может что-то случиться, разве нет? — спросил я будничным тоном.
— Да, и что же? — улыбнулась Валерия.
— Ну не знаю… как насчёт гранаты в окно? — я засунул руку в карман.
— Ты угрожаешь мне? — прищурилась она.
— Угрожать вам? Вы что, госпожа Даркмод, ни в коем случае. Более того, я бы встал на вашу защиту. Но если предположить, то вы сейчас слишком близко, и никакой щит не поможет, так как через него можно будет просто просунуть руку. Обычная граната, самая слабая, достаточно отсчитать пару секунд и забросить в салон, и этого будет достаточно, так как ничего нельзя будет уже с ней сделать.
— Только будь у тебя граната… — произнесла она, будто пыталась успокоить сам себя.
— Но вы этого не знаете. Как и не знали Крансельвадские. А теперь знают.
Я сделал шаг к её окну, оказавшись достаточно близко, чтобы просунуть руку.
— С такого расстояния даже дар не поможет, вы ведь понимаете?
Она вся напряглась. Губы превратились в тонкую полоску, и прежде, чем я успел достать руку из кармана, Валерия бросила:
— Про слишком дерзких потом все читают некрологи в газетах, Грант, имей ввиду.
И машина газанула так, что взвизгнули покрышки, оставив после себя чёрный след на асфальте и едва заметный запах палённой резины. Люди меняются, когда понимаю, что они тоже не бессмертны и их конец может находиться куда ближе, чем они думали. И тем не менее…
— А она молодец… — протянул я, глядя ей в след.
В каком плане?
В том, что эта Валерия только что лично подала мне идею, как найти нашего третьего члена команды.
Когда я попал сюда, то, едва научился пользоваться сетью, начал сразу смотреть новости, чтобы заметить что-нибудь подозрительное. Всё что угодно, что могло вывести меня на своих товарищей. Грог, насколько мне известно, делал точно так же, и могу заверить, что наш штурман-интендант точно будет делать то же самое.
 
Поэтому достаточно запустить даже не в газеты, а просто в сеть то, что узнает наш член экипажа. А если точнее кодовую фразу, которая для каждого экипажа была своя. У нас она звучала как «рассвет, наступивший вчера, принесёт закат завтра». Довольно заметная для того, кто понимает, о чём идёт речь. И если даже Грог смог отреагировать на неё, то Зерис точно всё поймёт.
Поэтому первое, что я сделал после моей непродолжительной беседы с Даркмод — вернулся обратно в поместье. Теперь со своим судном пусть и грузовым это было гораздо удобнее, чем каждый раз заказывать военный корабль с базы, за который ещё и деньги приходилось платить. К тому же я ещё собирался вернуться обратно в гимназию после этого, так как дела делами, а уроки уроками. Не сказать, что теперь они сильно мне мешали, когда появился свой воздушный транспорт, однако я действительно ждал того момент, когда эта школа закончится.
Ни Марианетта, ни Грог пока в себя не пришли, что меня несколько настораживало. Они были живы, но после случившегося почему-то в сознание не приходили. А это значило, что может уже потребоваться помощь лекаря, который самостоятельно выведет их из комы. Только где его достать, вопрос.
Что касается Финисии, то вела она себя нормально. Я уже беспокоился, что она может попытаться сбежать, однако всё обошлось. Девушка вела себя как положено, что внушало надежду. Я уверен, что её навыки ещё пригодятся нам в будущем, глядя на то, как глубоко пустили демоны корни. А пока…
Свой план я рассказал Триане, как единственной, кто была посвящена в наши дела. Не все и не глубоко, но имела общее представление, как человек, который будет работать в будущем главным секретарём по делам семьи Барбинери.
— Разместить в газете? — удивилась она.
— Не обязательно в газете, можно в принципе, где угодно, чтобы было на виду. Я видел всякие рекламы в сети, где предлагали всякое. Можно разместить такую же, но с нашим… девизом.
— Секретной фразой, — уже догадалась Триана.
— Да, секретной фразой. Часть будет в интернете, ниже телефон или почта. И вторую должен будет сказать тот, кого мы знаем. Уверен, что если он увидит это, то сразу отзовётся.
— Это можно устроить, да, — произнесла она. — Но кто он, этот человек?
— Товарищ. Наш товарищ по работе. Я думаю этого будет достаточно тебе, чтобы понимать общую картину.
— Меньше знаю, крепче сплю, поверь, я знаю, о чём ты говоришь и не против.
— Вот и отлично. Сделаешь?
— Да, сделаю. Кстати, я говорила с адвокатом по имени Галешоп, — Триана села на свободный стул.
Надо сказать, что она уже освоилась и втянулась. Я боялся, что девушка её возраста не потянет такую работу. Всё же нужен опыт в подобном, а как показывает местный мир, здесь дети развиваются несколько… медленнее, чем в Империи.
Как пример, когда там уже в четырнадцать ты полноценный член общества, который может и на заводе работать, и ножом ударить, чтобы ограбить, здесь в четырнадцать дети только в игры играют, да занимаются всякой ерундой. Тяжёлые условия заставляют взрослеть раньше. Здесь такими не пахнет.
Но в Триане я не ошибся. Достаточно умная и повзрослевшая, она хорошо справлялась со своими пока немногочисленными обязанностями и подходила к делу со всей серьёзностью. Пока ещё она не была нагружена, однако потом, когда девушка освоится, ей придётся взять на себя все дела семьи Барбинери. Идеальный кандидат, которого мы создадим с нуля для службы в семье.
— Хорошие новости? — спросил я в надежде.
— Смешанные. Он сказал, что сможет представлять интересы госпожи Барбинери без её присутствия, однако все тонкости произошедшего известны только ей, поэтому в случае чего могут возникнуть проблемы.
— Ну… — я бросил взгляд на дверь, — боюсь, что пока мы бессильны. Когда суд?
— Через две недели.
— Это как заседание или что? Как он вообще проходит.