Кандидат (СИ)
— Серафим. У тебя нулевой навык есть, нюхни, не брешет ли пацан.
Третий подвинул Ивана, подошёл вплотную ко мне, прислонился к стекле.
— Сильный парень, — кивнул он. — Что-то тут не так.
— Мы из Москвы! — наконец-то подал голос Лукьян. — Отдел особых поручений!
— Особых⁈
— Да, — кивнул я. — И вам лучше не знать, какой у меня навык.
Признаться, отчасти я блефовал. Лечить мне пока что было нечего, а фокусы с артефакторством работали далеко не со всей техникой. Таксист выругался на незнакомом языке и бросил пистолет на соседнее сиденье, схватился за старый кнопочный телефон и набрал кого-то.
— Алё… Не было? Где? Чё⁈
Телефон также следом отправился на сиденье.
— Мы их упустили! Бегом! Бегом в машину! Перехватите их на Парковой! Там туннель! План «б»!
Троица парней быстро всосалась в джип и дала по газам.
— Молодой человек, садитесь, только скорее, — сказал таксист Лукьяну. — Приношу извинения за доставленные неудобства. Нам следует спешить. Я, безусловно, подброшу вас до города, но, к сожалению, не прямо до окончания маршрута. Зато — абсолютно бесплатно.
— Нет уж! Пешком пойду! — закричал Лукьян, собирая выкинутые на дорогу вещи.
Такая учтивость мафиози тоже была мне в новинку. Но я разбирался в том, врёт человек, или нет. У банды было уже уйма времени, чтобы прикончить нас, если они не хотели свидетелей. Они этого не сделали, а значит, это была некая особая форма бандюганов, которых крышуют местные кланы, и которые при этом не хотели ввязываться в разборки с «федералами». И всё же, одна деталь мне оставалась непонятной.
— Мы согласимся поехать, если только вы объясните один момент. Почему вы не скрываете лицо.
На всякий случай, я продолжал держаться за пистолет.
— Да маска это, маска! Садишься уже, или чего?
Главарь оголил ворот рубашки и показал, где на коже чуть ниже шеи был ровный шов. Признаться, это было очень непросто — распознать, что лицо не настоящее.
Лукьян всё ещё стоял напротив распахнутой двери машины и с опаской смотрел то на меня, то на него. Я кивнул, мой коллега запрыгнул, и машина рванула с места.
— Так какой у тебя навык, парень? — спросил таксист.
— У меня их два, — сказал я. — И тебе оба не понравятся.
Лукьян в этот момент посмотрел на меня со смесью испуга и удивления. А таксист, что удивительно, остаток дороги молчал. Мы вырулили через перелески, острова и мосты на широкую трассу, доехали до места, где уже начинали виднеться первые городские кварталы, и припарковались у перекрёстка. И тут произошло неожиданное — таксист достал из кармана визитку и передал нам. На визитке был только номер телефона.
— Попрошу вас выйти здесь. До офиса — четыре остановки автобуса, маршруты двадцать седьмой и тридцатый. Ещё раз — мои извинения за неудобства. Если у вас будут какие-то проблемы… Можете позвонить. С москвичами мы дружим.
— Что ж. Успехов вам, — усмехнулся я. — Спасибо, что сэкономили нам два рубля.
Глава 9
Автобусы ходили исправно, и никаких стычек не произошло, хотя стайка люмпенов с городских окраин и поглядывала на нас с большим интересом. Пока ехали, я думал, как будет происходить диалог с товарищем Станимиром, и как сделать так, чтобы Лукьян ничего не понял и не узнал. Но на первом этапе всё получилось на удивление гладко.
Офис Поволжско-Уральского картеля представлял собой небольшой старинный особняк в купеческом стиле. На входе я обратил внимание на символ организации, где работает отец — три буровые вышки, в конструкциях который читались буквы «ПУ» сверху и «ГК» внизу. Я вспомнил, что среди моих футболок было несколько с подобной символикой, да и на вырванных страницах злополучного блокнота в углу был точно такой же логотип.
— Чего уставился? — спросил Лукьян. — Знакомая контора, да. Мой отец работал с их подразделением.
— А мой — работал у них, — признался я.
У входа стояла машина жандармерии, из чего я сделал вывод, что либо наши знакомые бандюганы здесь уже были, либо резко поменяли решение. Интерьер внутри был сдержанный, но весьма дорогой — стильные светильники в стиле хай-тек, металл, мрамор, минимум пластика. Вахтёр тщательно проверил документы, затем сказал следовать наверх, в двадцать четвёртый кабинет.
— Каждый раз — мандраж. Помнишь, как тогда, у графини? Хреновину вручали. Интересно, как она? — прошептал Лукьян на лестнице.
— Она мертва, — хмуро ответил я.
— Да? Не знал. Печально. Красивая была баба! Придумал, что будешь говорить про распаковку?
— Не баба, а девушка. Придумаю.
Связной отца, он же получатель артефакта, встретил нас у дверей кабинета. Плотного вида мужчина, не сильно высокий, внешность не то южно-славянская, не то польская, с небольшими залысинами. Я почувствовал, что он сенс, только весьма слабый, примерно как Алла. Больше всего я опасался, что он скажет лишнего. И это чуть не случилось.
— Заходите. О, вас двое. Да, всё верно, особая курьерка всегда вдвоём или втроём. Ну, давайте, доставайте, я быстро распишусь, и мы приступим…
— Добрый день, есть одна проблема… — я перебил его, выразительно посмотрев сначала ему в глаза, а затем на испуганного Лукьяна. — Целостность упаковки повреждена, а сам артефакт пришлось использовать. Мы столкнулись с попыткой террористического акта в самолёте, и несколько кейтов из аккумулятора потратились на усиление артефакторского навыка.
К счастью, Станимир резво сообразил, что к чему. Нахмурился, хоть и несколько напускным образом.
— Что ж, это… это очень плохо. Чрезвычайно плохо! Артефакт был нужен для моего руководителя, господина Котельникова. Семи-восьми кейтов для нашего дела может оказаться недостаточно!
— Приносим свои глубочайшие извинения. Вам следует написать в отзыве на заказ претензию, в этом случае вам вернут деньги, либо часть денег. Либо же вы можете написать отказ от заказа…
— Нет-нет. Пусть хотя бы семь кейтов из десяти…
— Возможно, там даже пять или шесть, — признался я, уже на ходу доставая документы.
— Ох… — Станимир вытер пот с лица. — Как вы понимаете, чаевых не будет. Я даже думаю, что вас не стоит поить чаем.
К разговору подключился Лукьян.
— Сударь, нам очень жаль, мы приносим колоссальные извинения, если есть возможность, поставьте нам четыре или хотя бы три…
— Кол, — перебил его я. — Поставьте нам кол, в этом случае апелляцию к заказу рассмотрят куда быстрее.
Станимир кивнул, бегло посмотрел на распакованный кристалл, нащупал бумажки и почти не глядя подписал.
— Я могу отпустить одного из вас, а с одним мне… нужно будет дождаться коллегу и правильно составить жалобу. Скажем, вас я отпускаю, — он указал на Лукьяна.
— Эм… спасибо, — сказал Лукьян и бросил у дверей. — Эльдар Матвеич, я напишу, какой отель выберу.
— Не жди, — покачал я головой. — Я не буду оставаться на ночь, сразу поеду.
Тут, конечно, я лукавил, потому что пока ещё не знал, как всё обернётся. Проводив взглядом моего коллегу, Станимир достал из стола пухлую папку.
— К делу. Ваш отец прислал документы. Где-то подделанные, где-то реальные. У нашего концерна есть программы грантов по поддержке одарённых детей из низших сословий. В том числе из зон добычи ресурсов, какой и является Чукотка. Главная проблема — это не в девочке. Её, я думаю, мы вывезем. Главная проблема — в женщине, её сопровождавшей. Антонида Антоновна Ткач. Новгород-Заморский. Особый отдел. Я мельком знаю её, она тоже… Вы понимаете. И я уже запросил через знакомых детали. Вы готовы ехать?
— В управление безопасности Северного Флота?
— Нет. В соседнее с ними здание. Тайную Полицию губернии.
Я удивился.
— Почему туда?
— Потому что только они могут надавить на флот.
— А нас примут?
— Думаю, примут. Тут достаточно близко. Эти ребята работают круглосуточно, если потребуется. Идёмте.
Мы спустились в гараж и погрузились на машину. Я уже узнал марку внедорожника — «Бирюса», только не 2004, как в Зеленогорье, а «2008-Экстра» — свежая, с плавным обводами, дорого выглядящая, со здоровым дорогим салоном.